Табу (СИ)

Мне совсем не хотелось вмешиваться. К тому же достойных вариантов решения вопроса не находилось. Однако стоять в стороне при виде потерянного мужчины я не стала:
— Кровать широкая, — осторожно начала я и едва не испепелилась под суровым взглядом шефа, который просто вопил: “ТАБУ! ТАБУ! ТАБУ!”. Желание сделать что-то хорошее, предложить помощь сразу умерло. Забилось в угол, взвыло и попросило не приближаться к Коршуну. А в тот момент он был похож именно на хищную птицу, разве что не летел на меня. — Это так, к слову. Вы в своём чудесном саквояже матрас не притащили?
Шеф скривился ещё сильнее и уставился в окно.
Смеркалось. На улице было достаточно светло для позднего вечера, и побег хоть и имел место, всё же являлся скорее крайностью, чем необходимостью. Кирилл Витальевич понимал это. Он отлично знал, что любопытная Тамара Алексеевна, которая наверняка шпионила для Колобка, сразу бы заметила перемещения начальника. И доложила, куда нужно.
— Так, хорошо, — не выдержала напряжённого молчания и раздражённо рявкнула. — Я буду спать на полу.
— Не будете, — припечатал холодным ответом мужчина и вздохнул.
— Тогда почему вы себя ведёте, как ребёнок? — ворчливо уточнила. — Вы сами заварили эту кашу, не посоветовались со мной. Причём с самого начала это была ваша идиотская идея.
Слова сорвались с губ резко, неожиданно, отчего я сразу прикрыла рот ладонью. Но вернуть ничего бы не получилось.
— Идиотская идея, — словно завороженный повторил мужчина и немигающим взглядом уставился на диван.
Не произнося ни звука и не двигаясь, он стал похож на весьма реалистичную статую. С широкими напряжёнными плечами, крепкими сжатыми в кулаки руками и отсутствующим видом.
— Я не это имела в виду, — слабо попыталась отмазаться.
— Да нет, именно это, — голос шефа стал тихим и спокойным. Он резко вышел в коридор, и в мыслях успела промелькнуть ужасающая догадка: собрался рассказать Борщёву. Всё! Прямо сейчас!
Тело одеревенело, хоть мозг и пытался подать сигнал тревоги. Стоило бы бежать следом, умолять, ныть. Какая к чёрту разница, кто и где будет спать? Главное, что в сухой квартире. А уж с остальным можно было разобраться.
Однако Коршунов не ушёл. Просто перенёс спортивную сумку в зал, переместил диван подальше от окна и расправил. Я, как завороженная, наблюдала, что же будет происходить потом? Без особого энтузиазма он снова раскинул диван, прикинул расстояние, пробубнил что-то недовольное под нос и взял одну подушку. При этом как-то уж слишком воровато, будто боялся, что хозяйка немедленно бросится на защиту своих вещей.
— У вас даже матраса нет?
Лучше, у меня в большом встроенном шкафу в коридоре имелась раскладушка, однако она так скрипела, что мы с Кириллом Витальевичем ни за что бы не уснули, поэтому я виновато потупила взор и всплеснула руками для убедительности. С неохотой пришлось признать, что неумолимо наступало время для сна, и я застелила диван заманчивым свежим постельным бельём с космонавтами.
— Если вы обещаете не пересекать границу, — я упала на левую половину и провела ладонью, обозначив территорию врага, — то можете спокойно спать тут.
Коршунов нахмурился и сложил руки на груди. Только протест не помог материализоваться матрасу, чтоб спать на полу, и он с крайне раздражённой миной он побрёл в коридор.
— Обещаю не приставать, — с весёлой ухмылкой бросила в спину мужчине, как вдруг из коридора послышалось.
— А вот я не обещаю.
Галлюцинация? Неудачная шутка? Я списала всё на позднее время и моё желание спать, поэтому без зазрения совести упала на своей половине. Надежда, что начальник передумает располагаться на полу, уже почти умерла. Он явно верил, что подобное могло привести к ужасающим последствиям. Однако перед тем как отключиться я с грустью осознала, что никакой мужчина не соблазнится женщиной в халате с рогом несуществующего парнокопытного на капюшоне. Разве что извращенец.
Мне стало всё равно. Я устала и перенервничала за день, поцелуй с Коршуном выбил из колеи, а уж его внезапный визит и подавно.
 
Мысленно уговаривала себя не покидать реальность и дождаться Кирилла Витальевича, чтоб выяснить его отношение к ночёвке на общем спальном месте. Но глаза упрямо не желали открываться.
— Вы же понимаете, что не оставили мне выхода, Эвелина Павловна? — ворчливый тон начальника раздался где-то над ухом. Я в ответ только блаженно улыбнулась. — Невыносимые условия, уж простите.
Большие ладони с огрубевшей кожей прошлись по моим ногам, потом переместились на бедра и только в конце, когда они добрались до плеч, я поняла, что Кирилл Витальевич просто сдвигает меня в сторону, поэтому расслабилась. Он бы не сделал ничего плохого спящей девушке… Точно не посмел бы…
Сквозь дремоту я почувствовала, что руки Кирилла Витальевича снова пытаются сделать нечто невообразимое. Только теперь они аккуратно, миллиметр за миллиметром, стягивали с меня халат. А я не сопротивлялась, решив, что со всеми проблемами разберусь позже. Например, утром.
Только на следующий день проще не стало.
Я проснулась от чудесного запаха с кухни и звуков готовки. Укутанная одеялом, халат аккуратно висел на подлокотнике дивана. Самое странное, что начальник не только сдвинул меня ночью, но уже успел аккуратно заправить свою половину. Подушка и старенький плед лежали настолько ровно, что сразу захотелось на них покататься и сбить. Всё же сдержала гневный порыв и на цыпочках отправилась на кухню.
Это было нечто. Впервые Кирилл Витальевич выглядел таким домашним и уютным. Он стоял у плиты в шортах, футболке и фартуке, в ладони держал лопатку и угрожающе ей размахивал над сковородой. При этом мужчина двигался в такт какой-то песне, вертел задницей и дёргал плечами.
Губы сами растянулись в довольной ухмылке. Я тихо сбегала в комнату за телефоном и включила запись видео. Такой шанс давался в жизни лишь раз. Не только компромат, но и доказательство для бухгалтерии и вездесущей Машки! Ценнейшая информация. Кроме всего прочего мне просто хотелось оставить хоть что-то себе на память о Коршунова. Самую малость.
Через пару секунд шеф резко обернулся и едва не подпрыгнул до потолка. Голубые глаза округлились, а сам он схватился обеими руками за грудь в области сердца.
— Вы меня напугали, Эвелина Павловна! — укоризненно воскликнул мужчина и нахмурился, заметив мой телефон. — А что это вы делаете?
— Всего лишь добываю доказательство, — пожала плечами и спрятала мобильный за спину. Подальше от цепкого взгляда начальника. Но он не успокоился. Скорее наоборот, весьма разозлился.
— Удалите всё немедленно. Я не хочу светиться в ваших соцсетях, — возмутился Кирилл и поджал губы. — Удаляйте сейчас же или это сделаю я.
Покачала головой.
— Не сделаете, — прошептала недоверчиво и шагнула назад, подальше от мужчины, который был похож скорее на разъярённого зверя. Медведя. Или быка.
Коршун нахмурился и смело двинулся на меня. Внезапно даже для самой себя я развернулась и побежала в комнату. Единственная идея, что пришла в голову — спрятать гаджет в сумке. Ведь джентльмен вряд ли станет рыться в дамских вещах настолько беспардонно.
В отчаянной попытке спасти крупицу счастья, рухнула на диван и поползла к валяющейся на тумбочке сумке. Но Кирилл Витальевич тоже был не лыком шит: достаточно аккуратно, чтоб не переломать, надавил ладонью на мою поясницу и припечатал так, что любые движения стали затруднительны.
Почувствовав себя крайне отважно, как героиня заморского боевика, я резко оттолкнула его руку и перекатилась на спину, спрятав телефон под своим телом. Требовательные ладони Коршуна моментально попытались приподнять меня и вытащить гаджет. На попытку захвата я стала извиваться и гневно пыхтеть, как паровоз.
— Да прекрати уже! Дай сюда телефон! — рявкнул шеф, неожиданно перейдя на "ты".
Оставаться в долгу я не собиралась.
— Что такого, всего одно видео! Я не буду его выкладывать.