Гром Раскатного. Том 6 (СИ)

— Понял. — кивнул я. — И что дальше?
— Трускин — один из выживших в бойне в здании тогдашней фирмы «Кристалл IT». И уже долгое время скрывается.
— Слишком много знает? — догадался я. — И до сих пор еще жив при нынешних регалиях?
— Именно, — Верескина отхлебнула чаю и покосилась на меня. — Он слишком много знает о секрете этого движка. Он один из помощников в его разработке, ну и поэтому, чтобы выжить, он в бегах. До сих пор.
В целом, история выглядела очень чистой. Ну, по отношению к тому, работает ли Трускин на Устранителей или нет. В бегах особо не поработаешь, а если бы и работал, то его бы давным-давно засекли.
По итогу, у меня был потенциальный нехилый такой IT-специалист, но с очень серьезной проблемой, для него, разумеется. Решить ее… в целом, я бы мог. Но нужно ли это ему самому?
Тамаре он может вешать лапшу на уши сколько угодно, но сколько я за свое время встречал «бегунов от страны», они все были лютыми затворниками. И, учитывая, что даже года в бегах хватает, чтобы измениться психологически, такой человек начинает избегать общества.
И даже если у Трускина проблема решится, далеко не факт, что он захочет вернуться в город.
На данный момент он скрывается в глубоковой провинции — городе Забивка на Урале. Далековато от нас.
— Допустим, — все же заговорил я. — Мне он пригодится и я готов решить его проблемы. Как нам с ним связаться?
— По мобильному телефону, — пожала та плечами. — Через анонимный сайт, там… — она увидела мою ухмылку и сразу же все поняла. — Нет, Георгий, там только чат и ничего большего!
Сказать, что меня удивил Трускин, значит не сказать ничего. Дядька связался с нами через онлайн-конференцию, все с того же анонимного сайта, который не отслеживал пользователей по IP-адресу.
Сам по себе он оказался очень грамотным, и Тамара здесь не соврала. А в беседе — весьма интеллигентным и интересным. За наши пятнадцать минут диалога он много что рассказал. Как о самих разработках, где я поинтересовался только количеством кода, дабы уже понимать, шарит он или нет, так и о проблеме.
За ним охотились наёмники из весьма серьезной группировки. И нет, это была не группировка с собачьим именем. Хех. Или кличкой даже. Все было куда побрутальнее:
— «Черепки», — продолжил Трускин. — Я от них скрывался три года, и все три года они меня находили.
— А сейчас, — заговорил я. — Сколько вы уже скрываетесь в новом месте?
— Пока два месяца. Я бы и хотел улететь за границу, например, чтобы уж сто процентов дышать каждый день свободой от преследования, но… я пытался! У них есть свои люди в «системе», и любые мои данные чётко отслеживаются. Они не просто преследуют меня, они охотятся! Перекрывают кислород везде, где только можно.
— А до этого места, где скрывались?
— Пытался добраться автостопом до Петербурга. Не получилось. Как они вычислили меня, я не знаю, но в одном из придорожных кафе в помещение ворвались бандиты. Чудом я смог избежать смерти, да и то потом лежал на трубах у коллектора и отогревал спину. Полдня в снегу зарытым пролежать, знаете ли, здоровья не хватит!
Хм. Ладно.
Пока мы разговаривали с ним, я наводил справки про «Черепки». На балансе барона Симохина они работали уже лет пять, не меньше. Несколько раз меняли своё название и лидера, но по итогу давным-давно город их знает именно под этим «названием».
Группа многочисленная и наглухо отбитая. Занимается заказными убийствами и основной грязной работой. Впрочем, как и любая другая группа наёмников. Сами по себе они достаточно вооружены и имеют весьма серьёзных в бою магов.
За год, конечно, нервы они Трускину извели знатно. Но этому настанет конец, я решился.
— Хорошо, — спустя короткую паузу, заговорил я. — Я решу вашу проблему, но учтите: работа у вас будет тяжёлой, хоть и щедро оплачиваемой. Вы-то как сами, хотите вернуться в люди?
— Разумеется, — быстро закивал тот. — Мне не нравится затворническая жизнь!
Вот это меня порадовало. Психологических проблем у него было предостаточно, учитывая постоянные погони. Но тем не менее, он не свихнулся так, чтобы закрыться и зарыться от всего мира.
  
— Частые переработки, — продолжил я. — Это будет актуально для вас как никогда. Однако взамен будет — безопасность.
— Как вы это сможете сделать? — явно засомневался Семён. — То есть… вы хотите, чтобы я уже начал работать на вас, не разобравшись с…
— Все будет под контролем, — улыбаясь, сообщила Тамара. — Мы можем приехать за тобой лично, если хочешь, — тут она со мной даже не посоветовалась. — Но, зная Георгия, могу с уверенностью сказать, что он человек слова. Тебе правда нечего бояться, когда за дело берётся Раскатный!
Это звучало как боевой клич, на самом-то деле. Я лишь ждал ответной реакции. Меня, если честно, удивило, что Семён, судя по его вопросам, думал, что я сначала разберусь с его проблемами, а затем возьму работать.
Мне нужна была гарантия, и он, в целом, это понял. Работаешь на меня? Ты в безопасности. Всё. Точка. А там уже все проблемы будут решаться по мере их поступления.
Семён всё же согласился. Со словами: «Я так устал перебираться из деревни в деревню… меня до тошноты заколебала эта Забивка», он скинул нам свою геолокацию.
Когда я засобирался в деревню, Тамара начала напроситься со мной, хотя… мы так не договаривались. Да, безусловно, она ляпнула слово «мы», но я собрался ехать один, только с Колей.
Её настойчивость ехать со мной была обусловлена просто. Она пояснила мне, что её семья была знакома с Семёном, и она хочет лично убедиться, что всё пройдёт гладко.
— А как же слова, — сощурился я, уже на улице. — Что ему нечего бояться, когда за дело берётся Георгий Раскатный?
— Это да, — кивнула она. — Я не сомневаюсь в твоих способностях. Но хочу присутствовать при всём этом лично.
Я не стал особо противиться. Только вот Тамаре, перед тем как выехать, пришлось переодеться. Мы доехали до казармы Управителей, где она за десять минут переоделась в гражданку: джинсы, футболка, кофта, да и поехали в деревню.
Почему я не взял с собой других людей? Например, Катю или Ваню? А всё просто. Я хотел минимизировать риски и привлечь гораздо меньше внимания. Хотя…
Блин, Майбах в деревне?
Я призадумался перед тем, как мы выехали из города о том, как Трускина находили раньше. Вот история про кафе мне понравилась больше всего. И оттуда я кое-что понял.
Видимо, у «Черепков» был свой хакер или IT-специалист, который понимал, как подключиться к камерам и как работать с ними так, чтобы можно было найти человека по лицу. Это было довольно-таки любопытно.
И если я прав, придётся найти его.
На фоне поездки начался ливень. Я сидел за рулём, а Тамара задумчиво пялилась на капли дождя на стекле пассажирского места, не говоря ни слова.
Дмитрий Васильевич Честнов. Лидер группировки «Черепки».
— Мы вышли на след! — именно с такими словами в небольшой подвальный тренажерный зал зашел глава банды — Честнов Дмитрий Васильевич.
При всем своем достаточно крепком телосложении, он всегда причудливо держал руки у груди, аки зайчик. Кто-то из банды говорил, что Честнов пережил серьезную операцию после заболевания. Кто-то говорил, что у него бзик.
Но никто и близко не был к правде. О ней, разумеется, позже.
Честнов выбрал исполнителей на новое задание по простому принципу. Кто первый повернулся на его «приход», тому и все конфеты. Клык и Рысь, в момент, когда зашел босс, лупили новенького наемника, который только-только влился в банду. Со словами: «Ты не каратист, а дерьмо!» они выбивали из него всю дурь.
— Ты и ты, — пальцем указал на наемников Честнов. — За мной в мой кабинет.
Кабинет босса наемнической банды «Черепки» был отдельным произведением искусства. Все внутри было завешено фотографиями обнаженных женщин, стены — все в дырках и в крюках, на которых висело артефактное оружие. А вот стол — был залит эпоксидной смолой.