Лорд 4 (СИ)

Гитлеровская оборона, которую они строили с весны и всё лето, была разорвана во многих местах всего за час. Часто возникали ожесточённые стычки уже на позициях, в траншеях, но заканчивались они быстро и всегда одинаково: на земле оставались мертвецы в фельдграу, а бойцы в экзоскелетах и оборотни уходили дальше.
*****
— Они сумасшедшие, если хотят в такой ветер прыгать с парашютами, — сказал Иван Мякшин. В армии он служил в пятнадцатом году. Тогда потерял половину пятки и оглох на правое ухо в результате немецкого артобстрела, после чего был комиссован. С того момента трудился в колхозе, а после прихода немцев чуть не угодил зимой в огненный амбар. Так он назвал не случившуюся казнь деревенских жителей. Карателей и полицаев убили оборотни из летучего отряда, а жителей освободили и помогли им добраться до безопасного места в лесу, куда оккупантам и их прихлебателям хода не было. Во время июльского набора в дружину он оказался среди счастливчиков, сумевших стать оборотнями. Иван выбрал себе в качестве второй ипостаси медведя. После перерождения он не только скинул пару десятков лет, но и избавился от увечий.
— Да не такой он уж и сильный. Если прыгают, то знают, что делают, — не согласился с ним незнакомый парню штурмовик в необычной экипировке. Это было похоже на то, как если бы все части тела бойца заключили в клетки, а те соединили проводами, шарнирами и амортизаторами с кучей неизвестных узлов и механизмов. И эти «клетки» добавляли парню столько прыти, что за ним Мякшин угонится только в своём медвежьем облике. И не только прыти. Силушки в обладателе клеток было столько, что Иван не стал бы бороться с ним ни за какие коврижки. Один из штурмовиков походя загнул вражеский пулемётный ствол под прямым углом. А другой пинком отбросил немецкого пехотинца на пяток шагов, как узел с тряпьём.
Дюжина штурмовиков, оборотней и стрелков сейчас защищали большое поле западнее Полоцка, куда советское командование решило выбросить воздушный десант. Сверху на грифоне наворачивала круги наездница, ведя разведку с воздуха. Никто не думал, что погода испортится, когда строили планы в советском штабе. Но и менять их потом там не стали, посчитав, что тучи не помеха лётчикам с амулетами ночного глаза, а ветер не настолько силён, чтобы десантники не справились с посадкой на чистое поле, защищаемое союзниками.
— Ага, как же, — буркнул в ответ Иван и дальше спорить не стал.
Всем дружинникам было в тягость просто так торчать в чистом поле тогда, когда в городе сражаются их товарищи. Иногда в той стороне раздавались настолько мощные взрывы, что дрожала земля под ногами. А уж про ярчайшие вспышки и зарево над Полоцком и вовсе можно было не упоминать. Яростные схватки на улицах обязательно приведут к гибели многих жителей и разрушению домов. И как бы дружинники ни старались свести к минимуму подобное, совсем без них не получалось обойтись.
— Ольга передаёт, что к нам с севера приближается несколько машин и два броневика. Немецких, разумеется, — вдруг сказал штурмовик. Ольга — это наездница на грифоне, ведущая наблюдение с воздуха. У неё с собой был такой же передатчик, как у штурмовиков в экзоскелете. — Спрашивает, что делать?
— Ничего пусть не делает! — торопливо произнёс волколак. — Пусть их нам оставит, а то скучно совсем. Мы быстро туда и обратно. Всё равно самолётов ещё не слышно даже, так что успеем.
Сказал и немедленно обернулся в волка. Вслед за ним также поступили остальные оборотни. После чего вся группа рванула в ту сторону, откуда к ним ехали гитлеровцы. Штурмовики в экзоскелетах ничуть не уступали в скорости оборотням в зверином обличии.
В считанные минуты они добрались до врага. Немцы даже не успели покинуть машины, когда по ним пронёсся вихрь раскалённого свинца. Тяжёлые пули из штурмовых винтовок и пистолетов-пулемётов гномолюдов с легкостью дырявили тонкие борта «ганомагов». А уж брезент и доски с жестью на грузовиках пули пробивали, будто промокашку из школьных тетрадей. Два взвода солдат вермахта потеряли больше половины личного состава ещё до остановки автомобилей. Убитые и раненые сослуживцы мешали уцелевшим быстро выбраться наружу.
 
Расстреляв магазины, дружинники взялись за гранаты с рунами. Несколько негромких взрывов выпустили в окружающий мир сотни стрел Диррона, которые пронзили тела ещё живых людей.
Один из грузовиков неожиданно вспыхнул. Пламя в считанные секунды охватило кабину и кузов. Оттуда выпрыгнули две человеческих фигуры. Одну буквально на лету срезал короткой очередью молодой волколак. Второго немца прикончил штурмовик одиночным выстрелом в голову, стоило тому оказаться на земле. Перед тем, как уйти обратно на позиции, в каждый грузовик и бронетранспортёр дружинники забросили по две обычные гранаты и одиночными выстрелами проконтролировали неподвижные тела немцев, которые успели выпрыгнуть наружу.
Стоило им вернуться на поле, как сначала Ольга сообщила, что слышит шум самолётов на востоке, а потом гул авиационных двигателей уловили чуткие уши оборотней. Уже скоро появились транспортники. Они шли под самыми облаками, иногда скрываясь в них. Дружинники разбежались по полю, принявшись раскидывать осветительные амулеты.
— И что не прыгают? Пора бы уже, — вслух сказал Мякшин, смотря за советскими самолётами, задрав голову. И словно его услышав, из нутра самолётов посыпались крупные ящики, а вслед за ними человеческие фигурки. Быстро открылись парашюты.
Первые оказавшиеся на земле десантники сбросили парашюты и схватились за автоматы, принявшись водить стволами по сторонам. Следующие взялись за ящики, в которых лежали пулемёты и противотанковые ружья с гранатами. Мякшина, который незамеченным подобрался к группе парашютистов на краю поля, чуть не пристрелили.
— Свои! — крикнул он при виде наведённых стволов, забыв про пароль.
— Да… в бога душу мать! — высказался один из бойцов. — Чего подкрадываешься? А если бы убили?
— Меня сложно убить, — хмыкнул Иван и только сейчас спохватился, громко назвал пароль. — Яуза!
Ответил ему совсем другой красноармеец, до которого было метров тридцать.
— Осётр! — крикнул он и почти бегом сорвался с места, торопясь поскорее оказаться рядом с дружинником.
Выдвинулись десантники к Полоцку только спустя полчаса, которые понадобились на сбор и распаковку ящиков, где лежало тяжёлое оружие: ручные и станковые пулемёты, противотанковые ружья, гранаты и взрывчатка.
Дружинники же остались на месте, чтобы встретить вторую волну парашютистов. Им в помощь остался взвод бойцов, которые принялись торопливо расчищать поле от парашютов и ящиков.
  
Эпилог
 
Наступление завершилось полным успехом. Красная Армия заполучила огромный плацдарм, освободив три крупных города и множество деревень и посёлков, не считая хуторов. Сражение длилось двое суток. Наступающие советские части смогли дойти до границы с Латвией. Но без поддержки растянувшиеся соединения попали под несколько сокрушительных ударов гитлеровцев, спешно подтянувших резервы, и были вынуждены отступить. Под Оршей до сих пор кипит бой. Там красноармейцы отбиваются от немцев, наседающих на них с трёх сторон. Мои дружинники и маги помогают удерживать город. Без этого гитлеровцы давно бы вернули назад свои позиции. Соколы и наездники на грифонах «держат» небо, где вовсю хозяйничает краснозвёздная авиация. Советские лётчики вызывают у меня уважение. Они раз за разом совершают вылеты, забыв про отдых и сон. И пусть им не мешают «мессеры» и «фоккеры», но угроза с земли осталась. Вражеская пво постоянно собирает кровавую жатву.
Лепель отчего-то меньше всего интересовал немцев. Там сражения практически затихли. Остались лишь бои местного значения и выкуривание мелких групп оккупантов, оказавшихся в окружении. Вокруг Полоцка накал боёв заметно стих, хотя совсем уж тишины там не было. На третьи сутки немцы провели две крупных атаки с предшествующим им артиллерийским налётом. Третьей атаки не было. Возможно потому, что соколы навестили их и вывели орудия из строя вместе с расчётами. Воздушные разведчики докладывают, что немцы подтягивают подкрепления через Латвию. Остаётся дождаться, когда там наберётся достаточно эшелонов с живой силой и техникой, после чего провести диверсию с мощными магическими амулетами, как уже делал.