Лорд 4 (СИ)

— Народу мало, Лорд, — вздохнул Семянчиков. — Нам же ещё нужно леса патрулировать, за немцами следить, да за союзниками в Витебске вполглаза приглядывать.
— Ванька дело говорит, Киррлис, — поддержал собрата Прохор. — Попервой ребятушки нормально будут службу тянуть. А вот как усталость накопится, вот тут и звереть начнут. А там и до беды недалеко. Своих-то не тронут, а вот гостюшек порвут. Мож даже и насмерть.
— М-да… ясно, — озадачился я после его ответа. — Ладно, думаю, что пара дней у нас есть. За это время можно набрать маны и золота с самоцветами для перерождения некоторого количества оборотней.
Простых солдат, новых то есть, я решил не ставить в строй. Оборотни сейчас полезнее будут. Они легко поставят на место любого зарвавшегося наёмника иномирянина, даже среднего мага. Плюс выследят любого хитреца, решившего нарушить мой закон о запрете покидать территорию Цитадели. Нарушители, конечно, могут и подготовиться, что по их следам пойдут оборотни. А могут и обмишуриться, как скажет Прохор. Так что со всех сторон выбор оборотней для ближайшего перерождения — это лучший вариант.
— Это, Киррлис, — вновь подал голос Прохор, — народу нормального мало на примете, мужиков раз-два и обчёлся, иху его.
— Сколько?
— Я за четверых готов ручаться.
— А у меня пятеро на примете, — следом сказал Семянчиков.
— Этого мало? — я вопросительно посмотрел на них.
— Да у нас сейчас полтора десятка здесь ходят, ещё столько же вокруг по лесу круги наматывают. Да у передка сидят со снайперами немало ребят. Так что, девять — это мало. Ещё бы два раза по столько же хотя бы.
— Ого, почти три десятка! — покачал я головой.
— Много? Не хватит энергии волшебной? — слегка обеспокоился Прохор.
— Хватить-то хватит, не грандмастеров же обучать, — ответил ему, машинально посмотрев на своих мастериц. — Но где взять ещё почти двадцать надёжных человек, если у вас только девять?
И тут эта парочка так многозначительно переглянулась между собой, что я понял: решение проблемы у них есть, правда, раз они сразу не сказали, то решение весьма неоднозначное.
— Та-ак, — протянул я, заметил эти переглядывания, — рассказывайте, что у вас там за идея.
— Да мы тут покумекали с парнями и решили, что можно и девок с бабами брать к нам. В смысле, побольше брать. Те, что есть, нормально себя ведут. И никто за них не дерётся, — быстро сказал беролак.
— А теперь поподробнее, — потребовал я.
— Да чего тут рассказывать-то…
Всё было так, как я и подозревал, едва услышав про желание оборотней увеличить свои ряды за счёт слабого пола. Эти кандидатки оказались подружками бойцов из волчье-медвежьей дружины. После перерождения у молодых мужчин энергии оставалось в избытке, несмотря на всю муштру и постоянные вылазки на разведку, в патрули, да на боевые вылазки. Этих остатков хватало и на женский пол, который, к слову, с огромным интересом посматривал на обладателей пары обликов — человеческого и звериного. К тому же, среди них было больше всего владельцев наград. А побрякушки, как ни крути, очень привлекают противоположный пол. Это и в моём мире работало. Ещё очень многие из оборотней оказались одинокими: вдовцами да бобылями. Поэтому ничего удивительно не было в том, что за несколько месяцев все или почти все такие одинокие волки (и медведи тоже) обзавелись подругами и невестами.
— Вы же в курсе риска? — спросил я оборотней.
— Да.
— А они?
Под «они» подразумевал оборотней и их избранниц.
На этот вопрос мои собеседники ответили вразнобой:
— Да, наверное… должны быть… это ж всем известно.
— Понятно, — недовольно произнёс я. — Полчаса даю на то, чтобы посчитали ваших кандидатов, сообщили о рисках и узнали о том насколько они готовы его принять.
— Сделаем, — заверили они меня, затем переглянулись, кивнули друг другу, после чего Семянчиков встал из-за стола и быстро вышел из кабинета. Прохор тут же сказал. — Ванька всё сделает, а я тут посижу, а то негожа уходить всем вожакам с совета лордовского.
Дальше я коснулся весьма щекотливого момента, касающегося сближения с Советским Союзом. В свете новой информации и предположений требовалось сыграть на опережение и заключить пару договоров. Причем по-настоящему, на бумаге, с подписями, печатями и прочими местными чиновничьими правилами. Плюс от себя добавлю магии чуть-чуть. Это будет — или должно стать — определёнными гарантиями на тот случай, если к русским попадут иномиряне и согласятся работать на них. Пара слабеньких магов, легко пустят пыль в глаза государственной верхушке, заставив посчитать себя как бы не более сильными и выгодными партнёрами, чем я.
 
— Ещё нам нужно будет договориться с красноармейцами о совместном ударе по немцам в нескольких направлениях, — перешёл я к новой теме. — Необходимо отодвинуть линию фронта от нас как можно дальше. Для этого нужно захватить Полоцк, Ушачи и Лепель. А ещё очистить направление Лепель-Витебск от немцев. К счастью, там нет сплошной линии обороны, как между Лепелем и Полоцком, только отдельные укрепузлы и патрули между ними.
— Зато они дюже крепкие эти укрепузлы, — подал голос Прохор.
— Так и есть, — подтвердил Паша, который из-за своей природы и прошлого стал главой воздушной разведки. Собственно, львиная часть разведданных поступала от его сородичей соколов.
— Плевать, — отмахнулся я. — Даже лучше для нас, что большая толпа гитлеровцев собрана в одном небольшом месте. Накрыть сначала массовым заклинанием сна или паралича, потом пустить оборотней, чтобы добить — всё!
— Ты лорд, тебе лучше видать, что делать.
— Иномирные гости могут и к немцам перейти, не только к нашим, — вдруг сказал Есин.
— Могут, — тяжело вздохнул я. — Сам об этом думаю и дёргаюсь. Зато… — я на пару секунд взял паузу, потом продолжил, — зато если такое случится, то русские должны лояльнее с нами общаться.
— Ага, как же, — фыркнул Прохор. — Как бы совсем не подумали, что енто мы на две стороны решили сыграть.
— Ну, — пожал я плечами, — будущее покажет. Сейчас мы может только предполагать и попробовать подготовиться к тому или иному развитию событий.
Зря я сожалел когда-то, что мой Очаг имеет такую плохую связь с остальными Очагами из других миров. То время было настоящей сказкой. Теперь же… ладно, прорвёмся. Может даже мне только на руку будет всё это. Когда у немцев окажутся свои знатоки магии — а они точно будут, ещё до конца этого года — то в СССР просто обязаны пойти мне навстречу в моём желании обзавестись личным независимым кусочком территории. Каким бы собственником и жёстким правителем Сталин ни был, но перед лицом большой неприятности он должен выбрать малую, если я правильно понял, что он за человек.
Вскоре появился Семянчиков со списком кандидатов на перерождение и с заверением, что все они в курсе опасности и готовы рискнуть жизнью, и мужчины, и женщины. Данным вопросом я занялся поздним вечером. Первым делом я принимал клятву верности у кандидатов, после чего они уходили в Казематы Оборотней, откуда возвращались уже в новом облике. Всего набралось одиннадцать мужчин и двадцать пять женщин разного возраста. Из них всего троих не приняла вассальная клятва. Причём один из этой троицы был из тех, кто буквально сегодня согласился стать оборотнем в ответ на призыв Ивана вступать в дружину. Вторым был пожилой мужчина из проверенных кандидатов. Оказалось, сменить человеческую шкурку на волчью шерсть он хотел из чисто эгоистических побуждений: омолодиться. Служить кому-то он не хотел, причём напрочь не желал. Хотя на словах говорил совсем другое, оттого и смог втереться в доверие. Третьим неудачником, вернее неудачницей стала разбитная бабёнка из полуцыган, попавшая во второй лагерь с беженцами. Отец у неё был белорус, мать цыганка. Последняя воспитала свою дочь в привычном ключе, так как папаша сначала махнул рукой на воспитание из-за малого возраста, а потом умер — утонул пьяным во время ловли рыбы в составе артели. В общем, бабёнка тоже была себе на уме, привыкнув жить по принципу: втираться туда, где лучше. Для неё молодость, здоровье, сила с уважением и инаковость оказалось этим самым «лучше».