На краю чужого мира (СИ)

Михаил пожал протянутую руку купца и вопросительно посмотрел на него.
— Деньги готовы?
— Как договаривались, — заверил его купец, — три сотни злотней вольников. Но прежде, чем отдам, хотел узнать, не нужно вам чего? Знаю, вы на золотого духа поохотиться хотели, поисковик наверняка нужен?
— Нет, не нужен, — покачал головой Бельский, — при покойном имелся запас ловушек и артефакт для обнаружения так необходимой мне для усиления сущности. Разве что заберите это недоразумение, — он закинул на прилавок тяжеленный самострел, которым его бесплатно снабдили здесь же, — не пригодился. Болты оставлю, они отлично подойдут к тому, что был при покойнике. Разве что, кузнецу вашему снесу, пусть посмотрит на его состояние. Уж больно долго он пролежал под открытым небом, тетива размокла, плечи ржавчиной пошли.
— Понимаю, — с усмешкой произнёс Демид, вешая здоровенную дуру обратно на стену. — Сомневаюсь, что за последние полста лет, что его ловчим выдают, из него хотя бы раз кто-нибудь стрельнул. Его и за стены-то всего раз пять выносили.
— Меня уже просветили на этот счет, — ответил Михаил, — и раз он всегда к вам возвращался, значит, причиной гибели ловцов не становился. Раз с этим разобрались, давайте поговорим о моём быте. Прошу вас доставить в мой дом ещё пару стульев, посуду, минимум, на трёх персон, два комплекта простой одежды, кожаные тапки, полотенце, бельё постельное два комплекта. Продуктов, рыбы копченой, уж больно вкусная она была, мяса про запас, овощей, крупы, пять бутылок местного вина, которым угощался за столом совета во время вечерних посиделок. Ах да, у вас треуголка есть зачарованная? А то я остался без головного убора, а капюшон не всегда удобен. И одежда для хождения по лесам, чтобы не привести китель и штаны в непотребный вид, мне в них ещё на материк возвращаться.
— Найдётся, — ответил Демид, при этом скептически хмыкнул, услышав про возвращение в цивилизацию. — Мне нравится ваш оптимизм, боярин, — произнёс он, — сам таким был. Только вот прошло уже двадцать три года, а я всё ещё тут. Вацлав, — крикнул он, и из другой двери, скорее всего, склада, появился тощий мальчуган лет шестнадцати. — Всё слышал, что боярин просил?
— А как же, Демид Семёнович, сейчас соберу. Только скажите, что по овощам и крупам нужно, и в каком количестве? Может, соленья какие? Есть капуста квашеная, огурцы и помидоры бочковые.
— Вот, молодец, — похвалил его Бельский. — Давай всего по килограмму. Картошки, пусть будет мешок, редьки, если есть, муки. Про яйца забыл, их десяток. А пока ты всё это грузишь и считаешь, мы с Демидом Семеновичем займёмся подбором одежды.
В итоге Михаил вышел из лавки спустя час в новой треуголке и с кошелем, в котором было двести тридцать злотней, тяжёлый такой кошель. Ещё пятьдесят составил кредитный залог, если что понадобится, чтобы мешок с деньгами не тащить, остальное ушло на оплату покупок. Демид клятвенно заверил, что всё будет доставлено через час прямо домой. И Бельский, предупредив Марию, что ей нужно принять покупки по списку, прихватив пострадавший от погоды самострел Василько, отправился в гости к барону Шталену, местному кузнецу и оружейнику. Всё оружие ковал он, княгиня Долгорукова только руны наносила, превращая его в артефакты, и баловалась созданием таких экспериментальных изделий, как его самострел. Вообще у Михаила был не только заказ на починку наследства покойного ловчего, но и на два десятка маленьких болтов к стреломёту, как ещё иногда самострелы звали. У него была идея по улучшению этого изделия, но для этого нужно поговорить сначала с артефакторшей, которая стояла в планах на посещение сразу после кузнеца.
— Барон Штален, — по-простецки представился мужик лет пятидесяти, здоровенный, звероподобный, в простой рубахе и прожжённом кожаном фартуке. — Наслышан про вас, боярин Бельский. Если не против, давайте по-простому, без сиятельств.
— Не против, — согласился Михаил. — Правда, я уже начинаю путаться к кому по титулу, а к кому просто так.
— А тут всё просто. Ирка Воронецкая не приемлет титулов, стоит её княгиней называть, сразу лицо кислое. Остальные, если забудете назвать их светлостями, точно не обидятся, и уж точно на дуэль не вызовут. Тут только князь Кемский насчёт этого переживает, называет нас всех волюнтаристами, ну а нам плевать. С чем пожаловали, боярин?
  
— С заказом, привести в порядок самострел Василько, — Михаил передал в руки барона оружие ловчего, — а то долго он провёл на свежем воздухе.
— Сделаю к вечеру, тут возни немного. А знаешь, что, боярин, давай так, я этот заберу, а тебе выдам новенький, почти точно такой же. Хотя нет, даже получше, мы тут с княгиней Долгоруковой покумекали, голова у неё светлая, и придумали взвод самострела рычагом сбоку, очень удобно, взводится одним движением. Скорострельность сразу до пяти стрел в минуту выросла. Так что, с вас два злотня, и в расчёте, знаю я, что вы при деньгах теперь. Вон, треуголка у вас новая.
— Ещё лучше, — согласился Михаил, — тогда два жёлтеньких с меня. Но это не всё, мне нужны болты вот такие, — он протянул зачарованную стрелку к малому самострелу, что ему княгиня подарила. — Скорее всего, ты же их делал?
— Не, не я, но повторить смогу, а вот зачаровывать, это уже к Екатерине Федоровне. Знаю я о её идее про малый стреломёт под одну руку, слабоват он оказался, но в лесу против чёрного, наверное, сгодится. Сколько болтов нужно?
— Давай так, десяток с наконечниками под зачарованные, и пять просто стальных, пристреляться и на людей, если потребуется в брюхо всадить.
— Завтра к вечеру всё будет, — немного подумав, озвучил сроки барон. — Заказ у меня большой от совета, тоже на болты. А по цене, с наконечниками из духова железа — по два золотых, со стальными — серебрушку штука.
— Нормально, деньги сейчас возьмёшь?
— Да, как хочешь, тут своих не обманывают, все на виду, по зубам так прилетит, что к лекарке замучаешься бегать.
Михаил отсчитал золота за новый самострел и болты. Да уж, сумма в три сотни оказалась не так уж и велика, потихоньку разойдётся, но копить Михаилу было не на что, всё уже имелось. Получив стреломёт новой конструкции взамен отданного, он махнул барону Шталену и направился обратно к заставе, до которой сотня метров. Следующим визит у него был запланирован в дом Екатерины Фёдоровны, и вопросов к артефакторше у него накопилось много. Постучав в дверь, он немного подождал ответа, но, не получив такового, всё же толкнул створку и вошёл внутрь. В комнате с кроватью, где он провёл с княгинями незабываемую ночь, было пусто. Михаил окинул взглядом помещение, здесь жила Ирина, вероятнее всего, она ушла на охоту за духами, поскольку на крюке, вбитом над кроватью, отсутствовал колчан с болтами и самострел. Ну, а что, в принципе, ей делать? Служба такая.
— Есть, кто дома? — громко крикнул Бельский.
— Есть, — раздался откуда-то снизу приглушённый и сильно недовольный голос человека, которого отвлекли от чего-то важного. — Сейчас поднимусь.
Не прошло и трёх минут, как под лестницей, ведущей на второй этаж, откинулась крышка люка, и оттуда выбралась недовольная княгиня Долгорукова в каких-то невероятно сложных артефактных очках, толстые увеличивающие стёкла которых делали её серые глаза просто невероятных размеров. Правда, как только она разглядела, кто к ней пожаловал, её губы тронула робкая неуверенная улыбка. Она передвинула очки на лоб и, подойдя к Михаилу, привстав на цыпочки, как-то неловко скользнула по его губам робким поцелуем.
— Чем обязана, ваше сиятельство? — отпрянув, словно испугавшись содеянного, произнесла девушка слегка дрогнувшим голосом. — Давайте присядем, — предложила она и, пройдя к столу, заняла один из стульев.
— Вопросов у меня к вам много, княгиня, — присаживаясь напротив, сказал Бельский. — Например, по поводу ловушек. Я тут стал обладателем наследства Василько, но у него все ловушки твоего производства. Оба моих духа в цилиндрах, которые на континенте сделаны. Так что, нужно их либо переместить в твои кубики, либо сделать переходник, чтобы кормить их из блюдец твоего же производства.