На краю чужого мира (СИ)

Михаил присел у стены, сделал пару глотков из фляги. Странно, он ясно слышал, как капает вода, но воду так и не нашёл. Может, если пошёл бы в другую сторону, то наткнулся бы, но пока проблема остро не стояла. Больше беспокоил тоннель, ведущий в никуда. Похоже, он выбрал неверное направление. Несколько секунд он раздумывал, а не пойти ли обратно, но решил, что коней на переправе не меняют. Развернуться можно в любой момент, не так уж и далеко он ушёл от колодца, по его прикидкам туда — километра четыре, может, чуть больше, так что, быстрым шагом — час с небольшим.
Алого с прожилками черноты духа, Михаил увидел спустя час, тот спокойно валялся на каменном полу, прямо посредине прохода. Стянув с пояса цилиндр, Бельский медленно принялся сокращать дистанцию, заиметь серьёзного зверодуха ему очень хотелось. Понятно, что сейчас он не сможет его использовать, поскольку нужно сначала законтролить его, потом дрессировать, а Свент накануне вечером говорил, что это куда сложнее, чем тренировать низшего зверодуха, те восприимчивы, а сильные могут бороться очень долго. И ещё не факт, что, покинув ловушку, не нападут на хозяина. Бывали случаи, причём даже в полку, когда погибали солдаты, которым повезло раздобыть алого.
Сократив дистанцию метров до пятнадцати, Бельский активировал руну захвата. Шаг, ещё шаг… Дух шевельнулся, но удирать не торопился. Бросок оказался точен, на этот раз боярин решил кидать не на пол, в надежде, что цилиндр не укатится, а прямо в цель. Ловушка приземлилась совсем рядом, слегка задев кусок довольно большого сгустка алой энергии, который мгновенно из растекшийся кляксы превратился в шар и рванулся прочь. Но было поздно, его окутало белое сияние. Алый дух был очень силён, он отыграл сантиметров двадцать и, наверное, бы выбрался, если бы не Михаил, боярин вскочил и в три прыжка оказался рядом с рвущейся на свободу сущностью. В его руке возникла созданная чёрной энергией родового духа шпага, и Михаил вонзил её в пол буквально в сантиметре от вытянувшегося в толстую кишку шара. Мгновение, и алый наткнулся на клинок, который слегка сверкнул молнией, опалившей духа. Запахло озоном, словно после грозы. Сущность отпрянула, снова собираясь во внушительный шар, размером с арбуз килограммов на двенадцать. Похоже, он всё же потерял часть себя при соприкосновении с оружием. Но теперь, отступив, он оказался всего в паре сантиметрах от активной ловушки, которая захватила его целиком. Окутанный белым сиянием шар сделал ещё одну попытку вырваться, но смог только сдвинуться на пару сантиметров. Правда, при этом умудрился стронуть с места сам цилиндр. Борьба ловушки и алого заняла ещё минут двадцать, ловушка победила. Повесив заполненный артефакт себе на пояс, Михаил усмехнулся. Интересно, он первый догадался использовать оружие, дарованное внутренним духом, чтобы поймать алого? Ведь решение лежало на поверхности, на него натолкнули слова Свента о том, что бояре светлых родов могут уничтожать чёрных охотников. Он даже кинул болт в одного, не слишком крупного, размером с картофелину. Всё вышло, того разнесло в куски, забрызгав стены тоннеля светящимися сгустками, которые медленно стали тускнеть, после чего истаяли. Наверное, если бы Михаил ударил шпагой алого непосредственно в сущность, его бы тоже разорвало, а так он просто заставил духа отпрянуть и вернуться к ловушке. А ведь неплохой доход — шестьсот империков за сокола. Сколько же алый в деньгах выйдет? Не меньше двух тысяч, и не в ассигнациях, а в золоте. Отличное дело можно замутить.
Вполне довольный собой, Михаил потопал дальше, решив для себя, что ещё час, и если ничего не изменится, он развернётся и пойдёт обратно к колодцу.
Тусклый свет впереди он увидел совершенно случайно, решил посидеть и дать глазам немного отдохнуть в полной темноте. Поэтому, когда он заметил некое сияние дальше в тоннеле, он сначала удивился. До него было далеко, гораздо дальше, чем доставало зрение через артефактные очки. Торопиться он не стал, посидел, как и задумывалось, минут пять с закрытыми глазами, затем вернул артефакт на место, так как без него передвигаться по туннелю либо с лампой, либо на ощупь. Через пару минут он уж медленно крался в сторону света, который теперь виден и в очках, и тут он был куда ярче, даже глаза стали слегка слезиться.
  
— А что, если? — шепнул Бельский сам себя и стянул с пояса артефакный цилиндр с соколом.
Активировав открытие, он дождался, когда его полупризрачная птичка взлетит и опустится ему на руку. К счастью, зверодух отлично контролировал свои когти и ни разу даже зацепки на рукаве мундира не оставил. А сейчас Михаил вообще в крепком зачарованном плаще.
— Лети вперёд, — нащупав сознание сокола, приказал он, — я должен знать, что там за свет. Передашь картинку. Понял?
Птица склонила голову на бок, словно раздумывая, стоит ли ей выполнять приказ человека. Потом всё же кивнула и, хлопнув крыльями, рванула вперёд. Сорок метров, оставшихся до свечения, зверодух преодолел за считанные секунды. Мгновение, и он растворился в этом свете.
Прошло секунд десять, и Михаил получил картинку — довольно большой зал, метров сто, не меньше, весь серый, так сокол видит через тьму, никакого свечения. Для разведчика там внутри тьма, вывод? Зверодухи не видят сущности, значит, светятся именно они.
— Назад, — мысленно скомандовал Михаил. — Давай обратно в артефакт.
Не прошло и трёх секунд, как серебристая молния ворвалась в тоннель и приземлилась на брошенную на пол ловушку. Несколько секунд, и птица исчезла, а Михаил, заблокировав контейнер, повесил его себе на бок. Входил в зал он во всеоружии — в правой руке шпага, в левой чёрный болт, вокруг летают полупрозрачные тёмные лоскуты дымчатой брони.
Перешагнув границу тьмы Михаил на секунду зажмурился, так резануло его по глазам яркий свет, и это ещё артефактные очки приглушили яркость. Он ожидал увидеть сотни духов, а вместо этого увидел выбитые на полу совершенно незнакомые руны. По периметру зала семь кругов, довольно больших, и из каждого торчит светящееся бело-голубым призрачное энергетическое щупальце. Больше всего это напоминало огромного осьминога, который просунул свои конечности в гигантскую пуговицу.
Михаил замер на краю зала, не решаясь сделать шаг. Энергетические жгуты не обратили на него никакого внимания, просто хаотично извивались, вытягиваясь вверх. Но самое интересное, что зал был тупиковым, один вход, через который прошёл Бельский, он же выход. Боярин обошёл его по кругу, стараясь не приближаться к щупальцам, места между ними и гладкими отполированными стенами вполне хватало. В центре был ещё один рунный круг, но сейчас его знаки не горели, да и щупальцев там не было. Михаил присел возле двери и озадаченно уставился на свою находку. Он пожалел, что выкинул папиросы Акима, хоть он уже лет пять, как бросил, а вот сейчас захотелось посидеть, подумать, выпустить в потолок пару колечек. Только подумать ему не дали. В зал ворвался зверодух, таких Михаил ещё не видел. Тот был большим, не как крушила, которого они с дьяком развоплотили в кремле, поменьше, но всё равно, не похож ни на что, ранее виденное боярином. Во-первых, образ был взят не со зверя, самое чёткое определение — существо. Во-вторых, оно по цвету отличалось от всех зверодухов, те были чаще всего светлыми, голубоватыми или белыми, слегка светящимися, это — красно-чёрным, невероятная раскраска. Больше всего это напоминало вулканическую лаву. В-третьих, у него было несколько хвостов, каждый из которых заканчивался наконечником, и сейчас они извивались, словно змеи. В-четвёртых, что-то у него было и от собаки, и от волка, но ими он не являлся, мех отсутствовал, только чешуя, крепкие лапы с тремя внушительными когтями, голова… Вот с головой всё было сложно, больше всего это напоминало череп, обтянутый шкурой. Венчали её два рога, вытянутые вперёд, любой бык от зависти бы удавился. Дополняли картинку алые глаза.
Тварь повернула голову и уставилась на боярина, и взгляд этот не сулил ему ничего хорошего. Михаил вскочил и метнул чёрный болт в бок зверодуха. Даже, если он чей-то, он Бельскому явно не друг. В принципе, боярин ожидал, что эффекта не будет, но всё же расстроился, когда энергетический заряд просто растёкся по красно-чёрной шкуре, а потом и вовсе исчез. Что там Аким говорил, беги? А куда бежать-то? Здесь, в зале, не спрятаться. Даже, если вырваться в коридор, зверодух в два прыжка догонит.