Слесарь 4 (СИ)
— Думаю, баронесса, это примерно пятая часть от положенной благодарности за спасение от баронов, — твердо ответил я, не отводя глаза от груди баронессы, — Так что, вы мне еще сильно должны, но, боюсь, уже не сможете отдать положенное.
— Вы не рыцарь и не благородный человек. Я не держу вас больше, — отчеканила баронесса и отвернулась от меня.
Вот так, спасай прекрасных незнакомок в тот волнительный момент, когда они лежат без ничего из нижнего белья, с раздвинутыми ножками перед похотливыми, но умелыми воинами, рискуй, наверно, единственной жизнью, получай ранения и всякий урон и что в итоге?
Никакой благодарности, всегда одно и тоже.
Бонс нашел все же корыто, которое его воины притащили в башню и поспешно наполняли его водой из ближайшего колодца, раздобыв где-то пару ведер и коромысло.
Баронесса что-то приказала кучеру и тот срочно отъехал от башни и направился в сторону замка, форейтора она все же оставила при себе, как слугу и гордо удалилась в ворота башни, за ней с несчастным видом шагал новый слуга, тащя на себе пару корзин с едой, припасенных слугами в дорогу.
За ними следом поспешил и Бонс, но я перехватил его и предупредил, как лучше действовать будет в ближайшее время:
— Приготовьте арбалет. Я встречу графа со свитой около башни и ударю силой, попробую выбить его и еще одного лучника. Ваша задача пристрелить одного лучника, тогда вас точно не будут штурмовать. Держи связку болтов, вам пригодится.
— Благодарим за помощь, ваша милость. Все сделаем, как вы сказали, — видно, что Бонс понимает, в какую жопу лезет баронесса и то, что против троих лучников с одним арбалетом им ничего не светит.
Он шмыгнул за ворота и закрыл их за собой.
Все, четверо воинов, форейтор и пожилой стражник баронов затворились в башне вместе с баронессой и сидят там без шансов. Со мной остался молоденький стражник, как его там, Токсим, но я отправил его быстрее уйти в деревню поближе к лесу и сказал ему — дожидаться меня там, он шустро притопил, смешно держа копье в руках.
А сам приготовился к встрече с графом и его войском. Надел шлем с плюмажем в цветах баронов и зарядил арбалет, проверил копье под рукой и отъехал к другой стороне площади перед башней. Сейчас мне придется рискнуть, но мне хочется остаться в памяти воинов баронессы, как крутой боец. Если мои замыслы воплотятся, я смогу убить или вывести из строя всю силовую верхушку противника, может и самого графа.
Главное, после этого смертоубийственного подвига, чтобы не ранили мою лошадь, ведь в кольчуге совсем тяжело убегать, поэтому надо оставить немного маны и подзарядиться от камней, на это необходимо минут пять и тихое место. Тихое место, это в каком-нибудь доме, если попадут в лошадь, если не попадут, тогда, у той бедной деревни.
Все, послышался шум подъезжающих всадников, скрип упряжи и шум голосов, не скрывающихся от обитателей башни. Граф и его люди или знают про итоги битвы на поляне или подозревают, что воинов у баронов осталось совсем мало и нет смысла сильно остерегаться. Или знают от местных, что башню охраняют два воина, которые не тянут и на половину одного, что скорее всего.
Я оглянулся на башню, увидел даже лицо баронессы в одном из окон, с плотно сжатыми губами и злым взглядом, вспомнил прошлую ночь и тихонько вздохнул. Хорошо, что успел получить с Делии хоть немного ласки, иначе не стал бы и думать о подвигах, уже минут десять скакал бы к замку, где у меня много чего осталась и даже одно неоконченное дело есть.
Надо признать, что внутренние мои струны с особой чувствительностью отнеслись к ночи с баронессой и такой тип дворянок меня безусловно привлекает, как объект вожделенной страсти.
Почему я думаю об этом в такой момент — мне просто страшно, на самом деле, и очень хочется думать о чем-то приятном.
Я спокойно сидел на лошади, надеясь, что шлем с цветами покойных баронов не спровоцирует команду открыть по мне огонь и граф Бельвиц захочет сначала обсудить с одним из своих подельников хотя бы вопрос, как идут совместные дела и где в итоге деньги, которые он вложил в общий бизнес.
Сначала на площадь выехали двое его личных охранников, присмотрелись ко мне и сразу же спросили, где мой жеребец.
— Погиб смертью храбрых! — громко и с пафосом ответил я в шлем и, наконец, граф не стал дожидаться конца проверки и выехал тоже на открытое место, продолжая оставаться за спинами охраны и за деревьями от наблюдающих сверху из башни.
Я тронул поводья и подъехал к солидной уже группе воинов, выехавших на край площади. Слева и справа я увидел спрыгнувших с лошадей лучников, которые достали луки и наложили стрелы, продолжая обшаривать глазами окна башни и ее парапет.
Значит, граф все же не в курсе, что случилось на поляне и кто теперь может находиться в башне и считает меня одним из баронов, который неуместно дурачится, к чему он уже давно привык. Но может скоро приказать и меня, как надоевшего дурачка и лишнего компаньона, нашпигуют стрелами.
Поэтому я сделал вид, что открываю забрало и процесс этот мне не очень подвластен, что-то пошло не так и я не могу показать свое лицо, но за оружие я не хватаюсь и поэтому охрана графа не чувствует какого-то подвоха. Пока я, не подъехав на самое близкое расстояние к графу, отделенному от меня теперь парой охранников, не бросаю пустую руку в его направлении и, потратив половину маны, мощным ударом не сношу и охрану, и графа, даже достается всем, кто сгруппировался возле своего сюзерена. Я пришпориваю лошадь и скрываюсь от начинающих что-то понимать лучников среди лошадей, на которых только что сидели и граф, и его отборные бойцы из охраны. Натыкаюсь на третьего лучника, прикрывавшего господина сзади, выбиваю его из седла нацеленным ударом и скачу мимо, в глубь застройки, прорываясь через цепочку воинов графа. Которые еще не понимают, что произошло, но уже замечают чужака в своих рядах и тянут мечи из ножен, пока все же не пытаясь догнать меня и ожидая команды графа.
Раздается крик, что из башни стреляют и ранили какого-то Джона, надеюсь, что одного из стрелков и я продолжаю скакать изо всех сил в глубину селения, прикрываясь домами и вскоре понимаю, что у меня получилось прорваться сквозь воинов графа и теперь я с каждой секундой, пользуясь неразберихой и отсутствием четких команд, отрываюсь от врагов. Но они видели меня и видели, куда я поскакал, и погоня может начаться каждую секунду.
Прости, Делия, я сделал все, что мог и больше не собираюсь рисковать своим здоровьем за ваши жизни. Выбил из седла и графа и пару его охранников с лучником вместе, насколько они покалечены и не готовы сражаться, я не знаю, но маны потрачено много и такое падение с лошади после удара невидимым молотом, не так то просто пережить, потеря сознания и переломы от скоростного падения в бессознательном состоянии почти наверняка гарантированы.
Получается, я вывел из строя графа и еще троих-четверых воинов, еще одного точно подстрелили из башни и теперь против четверки Бонса осталось на пять-шесть воинов меньше, если они не успели еще кому-нибудь загнать болт между ребер.
Четырнадцать опытных бойцов против четверых, оставшихся в башне, при одном опытном лучнике — это соотношение гораздо лучше прежнего, но, все равно, не оставляет шансов защитникам башни. Лучник, маскируясь среди деревьев, может при поддержке своих, легко ранить или убить пару защитников, и оставшиеся воины захватят укрепление, атакуя со всех сторон. Или не будут атаковать и просто подождут и через пару дней страха и голода мини-крепость сдастся и выдаст баронессу с голым задом, связанную и уже оттраханную своими же кнехтами перед лицом неминуемой гибели из-за ее глупого упрямства. Остальные вояки, без раненого или покалеченного графа, тоже встанут в очередь и перед смертью баронесса может, и поймет, что спорола конкретную дурь, забравшись в эту башню, из которой не убежать.
Свои то знают, что в замке осталось всего пара воинов и помощь оттуда точно не придет, могут договориться на приемлемые условия сдачи.