Изморозь (СИ)

Единственное, что успокаивало и не давало запаниковать — знание о том, что все это временно. Энергия восстановится, нужно только подождать и набраться терпения.
С содроганием вспомнил заключенных Изморози, не имеющих возможности пользоваться своими способностями. Данное ограничение было ужасно и на первый взгляд выглядело несправедливым и жестоким, но я осознавал, что там сидели не безвинные овечки, а преступники, большинство из которых отбывали статью за убийство, поэтому хотя бы в этом вопросе, был солидарен с руководством тюрьмы.
Если бы на заключенных не применяли ограничители силы, то охране пришлось бы туго. Сейчас осужденные нелюди боялись даже вздохнуть, не то, что перечить работникам Изморози, а будь у них возможность применить магию, и бунтов было бы не избежать. Вышедшие из-под контроля нелюди становились опасны, и даже надзирателям Изморози могло быть не под силу с ними справиться.
Пока размышлял, почувствовал, что сил подкопилось, но все равно набралось недостаточно. Необходимо было применить медитацию. Как там меня Егор учил?
Уселся на верхнюю ступеньку, закрыл глаза и погрузился в свой внутренний мир.
Не знаю, сколько так просидел, но, когда снова вернулся к реальности, ощутил себя в разы бодрее.
— Так, что у нас? — пробормотал тихо.
Отлично. В районе солнечного сплетения начал формироваться уже знакомый клубок ярко-золотистого цвета с темными вкраплениями по бокам.
Интересно. Раньше это выглядело немного по-другому. Ну, да ладно.
Главное, я почувствовал, что теперь смогу применить способности и взломать установленную защиту.
Провозился долго, делая перерывы на восполнение энергии. В голове зашумело, в глазах начало темнеть. Будь я обычным человеком, давно бы «двинул кони».
— Ха-ха!
Будь я обычным человеком, не попал бы в подобную ситуацию и никогда не оказался в Богом забытом подземелье с паукообразными монстрами.
Когда последний штрих был завершён, я почти без сил повалился на спину и несколько минут тупо лежал на неудобных, жестких и влажных ступенях, не в состоянии подняться, а ведь мне необходимо было еще открыть эту чертову дверь.
Пора было погреметь замком.
Один ключ не подошел, а вот второй легко погрузился в замочную скважину, но через пол-оборота замер.
— Твою ж бабушку! — выругался я, продолжая упорно поворачивать ключ в нужном направлении.
Повезло. Не прошло и пары минут, как послышался треск, оповещающий об удачном открытии замка.
Не стал медлить, уперся одной ладонью в кованое железо и попытался протолкнуть люк вверх. Главное, чтобы с той стороны не оказалось замка, иначе мне крышка.
Небольшое дребезжание земли вокруг двери показало, что процесс пошел. Люк сдвинулась на пару сантиметров.
Ох, как тяжело. Одной рукой не справиться, да и двумя тоже. Придется использовать остатки энергии, постепенно перекачивая ее в ладони и увеличивая силу.
Конечно, до орка мне далеко, Утес вынес бы эту металлическую хрень с одного раза, причем с лёгкостью, но ведь и я не лыком шит, кое-что умею.
Необходимо поднапрячься в очередной раз. Эх, жалко плечо. Разбережу рану, но что уж теперь поделаешь.
— Итак: раз, два, три, поехали, — произнес я, качнув энергию в руки.
  
Глава 20
 
Я предполагал, что это окажется тяжело, но, чтобы настолько. Уже почти смирился с тем, что придется остаться погребенным в туннеле, вряд ли в ближайшее время хоть кто-то решит наведаться в подземелье. Значит шансы на спасение становились минимальными, точнее, их почти не осталось.
К моему удивлению, когда в последнем усилии толкнул люк, он сдвинулся с места, и на мою голову посыпалась земля... Много земли.
Отплевываясь и пытаясь не быть заваленным под его толщей, отступил в сторону, а когда землепад прекратился, вновь посмотрел вверх и обомлел. Через небольшую образовавшуюся щель, пробивался яркий дневной свет.
— Уфф-ф, наконец-то мои труды увенчались успехом.
Несмотря на то, что от проделанных усилий боль скрутила все внутренности в тугой узел, а плечо заломило так, словно его зубами рвал матерый волчище, я радостно оскалился, понимая, что остался последний шаг, и я смогу вылезти из этой чертовой пещеры.
 
Все остальные действия воспроизводил на автомате, полностью уйдя в себя и отрешившись от реальности.
Правильно мне тогда говорил Калачев, нужно было учиться блокировать болезненные ощущения, да только я в тот момент пропустил его слова мимо ушей, сейчас бы подобная способность пригодилась как нельзя кстати.
Когда смог отодвинуть люк достаточно, чтобы можно было вылезти на поверхность, даже не поверил в свою удачу. Неужели мои страдания подошли к концу?
С трудом подтянулся на подрагивающих руках и уже в полуобморочном состоянии повалился на заиндевелую траву.
— Брр, холодно.
Хотя, чему я удивляюсь? Не июль месяц, как-никак середина октября, да и нахожусь я не в Москве — Матушке, а в Западной Сибири. Хорошо хоть в центральной ее части, не на севере, а то точно бы дал дуба.
И все же невероятно, как я еще не сдох от переохлаждения в своей наполовину сырой одежде.
Ах, да, я ведь почти постоянно гонял энергию по всему телу, разогревая организм и не давая себе замерзнуть. Сейчас же, преодолев настолько изматывающий путь, был уже не в состоянии поддерживать обогрев.
Вдохнул чуть влажный осенний воздух и раскинув руки в стороны, блаженно зажмурился.
Как же хорошо увидеть над головой голубое небо, услышать, как шумят кроны деревьев, ощутить под ладонями опавшую листву. Даже боль отступила на короткое время, давая насладиться обретенной свободой.
Радоваться к сожалению пришлось недолго.
Веки начали наливаться свинцом, заставляя глаза на мгновение закрыться. Неимоверным усилием заставил их распахнуться вновь.
Хрен вам!
Если сейчас засну, то точно больше не проснусь и тогда все мои усилия пойдут насмарку.
— Нет уж, — простонал, кривя губы от вновь вспыхнувшей в плече боли и с превеликим трудом поднялся на ноги, тряся головой и прогоняя так не вовремя накатившую дремоту.
Огляделся вокруг и похолодел. Все-таки лес. Я был готов к подобному раскладу событий, но все же надеялся его избежать, так как не был уверен, что в своем нынешнем состоянии, смогу из него выбраться.
Охватившее меня уныние, прервал донесшийся откуда-то справа звук, похожий на скрежет автомобильных шин.
Неужели я недалеко от трассы?
Хотел сразу же рвануть вперед, но поборол нетерпение и принялся, стиснув зубы, возвращать металлический люк на место.
Не хватало еще, чтобы кто-то непосвященный наткнулся на странный туннель, уходящий глубоко под землю и хранящий в себе древние знания.
Почему древние знания?
Я что еще могло находиться за закрытой дверью, которую я не решился взломать?
Ничего, в скором времени я вернусь и все выясню, а пока нужно сделать так, чтобы ни одна живая душа не заметила вход в пещеру.
Пришлось опять повозиться, растрачивая последние крупицы энергии.
Когда закончил засыпать вставший на место люк землей и опавшими листьями, сразу рванул вперед.
Ну, как рванул? Скорее побрел, хромая и постоянно спотыкаясь.
Я даже не представлял, как покажусь в таком виде перед людьми. Заросший, грязный, оборванный, в окровавленной одежде — я походил скорее на зомби, нежели на живого человека.
Трасса оказалась не трассой, а узкой гравийной дорогой, с одной стороны которой, вдалеке, виднелась небольшая деревушка.
— Тишь да гладь, — хмыкнул я и двинулся в направлении поселения, почему-то нервно оглядываясь назад.
Как только вылез на поверхность, вновь стало казаться, что за мной продолжается наблюдение.
Глупо, но страх наткнуться на загонщиков Топорина никуда не делся, к тому же, я понимал, что далеко от тюрьмы мне все равно уйти не удалось.
Остановился от пришедшей в голову мысли.
Что если кто-то из охранников проживает в этой деревушке? Случись такое и меня враз вычислят. К гадалке не ходи, моментом упекут обратно, хотя нет, не упекут, сразу отправят на тот свет.