Слишком сладко (ЛП)

Наши глаза встречаются, и это все, что ему нужно.
Мой пульс тут же учащается. Не из-за Брэндона. И не потому, что Джонни обхватывает его за шею, впиваясь пальцами в плоть с такой силой, что ногти белеют. И даже не потому, что Конор вдруг оказывается рядом со мной, отпихивает меня назад и впивается ногтями в лицо Брэндона.
А потому, что Джонни доложит об этом Нико, и мне снова придется лгать. Если он узнает о призе, то бросит меня.
Я не собираюсь терять лучшее, что было в моей жизни, из-за женоненавистнического мировоззрения Брэндона Прайса.
— Какого хрена? — буркнул Брэндон, вырываясь из рук Джонни. — Отпусти меня, чувак! В чем проблема?!
Двое его приятелей бросаются на помощь. Один посылает сжатый кулак в живот Конора, а другой прыгает на спину Джонни, вскарабкиваясь на него, как на дерево.
Все это выливается в ад.
Кто-то снова толкает меня назад, и я врезаюсь в твердую грудь. Последнее, что я вижу перед тем, как Коди поворачивает меня лицом к себе, — это разъяренный Кольт, набрасывающийся на Брэндона. Весь в огне и пламени, когда он наносит удар за ударом.
— Он выложил за тебя двадцать пять тысяч?! — кричит Коди, перекрывая шум вокруг. — Какого хрена ты нам не рассказала?!
— Я… Прости, я…
— Оставь это на потом, — огрызается он, прижимая меня к себе, пока прибывают еще вышибалы и еще футболисты.
Кольт в безумном бешенстве молотит Брэндона кулаками, не обращая внимания на его кровоточащий нос и рассеченную бровь. Случайные посетители вечеринки набрасываются на всех, кто попадается им на пути, и драка выходит из-под контроля в считанные секунды.
— Вытащите ее на улицу! — кричит Джонни, указывая на выход.
Коди хватает меня за запястье, прокладывая путь сквозь толпу зрителей. Никто из присутствующих больше не танцует. Все остановились, чтобы посмотреть, как двадцать мужчин бросаются с кулаками.
Как только мы оказываемся на улице, я дважды вздрагиваю, набирая в легкие хрустящий вечерний воздух.
— Тебя стошнит? Черт, твоя сумка наверху.
— Я в порядке, — бормочу я, прислонившись к стене. — Пожалуйста, не говори Нико о призе. Пожалуйста, обещай…
— Ни за что! Не проси меня держать это в секрете. — Он отступает назад, ероша волосы на голове. — Почему ты нам не сказала?! Как давно это происходит?!
— С вечеринки в честь Весенних каникул, — бормочу я, глядя на землю под ногами. Я должна была остаться дома… ничего бы не случилось, если бы я просто осталась дома сегодня вечером.
Да кого я обманываю?
Тройняшки узнали бы об этом довольно быстро, и я была бы там, где сейчас нахожусь, — готова потерять мужчину, которого люблю.
Как только Нико поймет, что помимо всех моих недостатков, я приношу с собой кучу проблем и драмы, он поставит под сомнение наши отношения.
Он уйдет.
Возможно, сейчас я его возбуждаю, но в долгосрочной перспективе мало что говорит в мою пользу. В наше время феминизма, сильных личностей и уверенных в себе женщин, которые знают, чего хотят и как это получить, я — фрик. Аномалия. Кто-то, над кем можно поиздеваться и посмеяться.
Я осторожная, слабая и застенчивая. Я боюсь темноты и нервничаю при виде незнакомцев. Я неловкая, неуверенная в себе и неопытная.
Нико заслуживает женщину, которая будет владеть каждой комнатой, в которую войдет. Впусти меня в эту комнату, и единственное, что мне будет принадлежать, — это лучший угол, в котором можно спрятаться. Он заслуживает ту, кто будет ему ровней и бросит вызов на каждом шагу.
Женщина, которая сделает его жизнь интересной и в то же время легкой. Ему и без меня хватает забот, чтобы добавить к ним глупую драму в колледже.
— Кто тебе сказал? — спрашиваю я, разочарование сжимает мое сердце.
Даже если Нико не отпустит меня, как только узнает, наши отношения скоро закончатся.
— Грейсон, — огрызается Коди. — Но это должна была быть ты! Господи, Мия! — он обхватывает меня за плечи, притягивая к себе. — Ты хоть понимаешь, что могло случиться, Жучок? Ты должна была рассказать нам. Ты должна была рассказать Нико.
 
Я качаю головой, мое дыхание становится поверхностным, а слезы грозят пролиться.
— Он последний, кому я хочу об этом рассказать.
— Почему? — он отталкивает меня. — Он позаботится об этом.
Я отступаю назад, заправляя за уши выбившиеся пряди волос.
— Он также поймет, что я приношу только проблемы. Он дает мне все, что я когда-либо хотела, а я… Я просто фаза.
— Ты не чертова фаза, Мия, он…
— Все в порядке, — говорю я, дрожа подбородком. — Он стоил того, чтобы ждать, и он стоит слез. — Я сжимаю губы, заставляя себя улыбнуться. — Я возьму свою сумку. Уверена, Джонни уже позвонил ему, и он уже в пути.
— Оставайся здесь. Я возьму твою сумку.
— Нет, не возьмешь, — говорит вышибала, охраняющий дверь. — Тебе нельзя возвращаться.
— Я не дрался, — кричит Коди. — Она не пойдет туда одна, мужик. — Вышибала пожимает плечами и отходит в сторону, когда Джонни выходит из клуба, держа Брэндона и Кольта за воротники, и выталкивает их на улицу.
Коди бросается вперед, как пружина, и обхватывает Брэндона за шею.
— Ты отменишь это. Сегодня вечером, ты понял?!
Воспользовавшись секундой их невнимания, я возвращаюсь внутрь. Джонни вытаскивает еще двух парней, и еще один вышибала идет за Конором, подталкивая его к выходу.
Вечеринка снова в разгаре, драка под контролем. Я поднимаюсь по лестнице и обнаруживаю Грейсона в кабинке с несколькими друзьями, моя сумка надежно спрятана у него за спиной. Взяв ее, я захожу в туалет, чтобы собраться с мыслями.
Миновав двух девушек в дверях, я обнаруживаю, что в туалете пусто и немного тише, чем в остальной части клуба. Музыка не смолкала, пока двадцать с лишним парней наносили удары. Она все еще звучит, пока Сикс играет свой любимый сет.
Я хватаюсь обеими руками за раковину, глядя в свои стеклянные, слезящиеся глаза в зеркале.
Один день, чтобы прожить настоящим.
Именно это я твердила себе с тех пор, как поцеловала Нико. Я знала, что это слишком хорошо, чтобы продолжаться, и боролась с тем, чтобы не устроиться слишком комфортно, не позволить своей романтической стороне взять бразды правления в свои руки и представить будущее, которого у меня никогда не будет.
Я вытираю щеки, когда дверь распахивается внутрь, заливая уборную песней Сикса I Got 5 on It, которая заглушает торнадо мыслей, рождающихся в моей голове.
На секунду я перестаю понимать, что это не уборная унисекс.
Я не понимаю, что эти три парня не должны здесь находиться…
Все встает на свои места, когда мои глаза встречаются с его глазами.
Он немного изменился со времен школы: сбросил вес, который никогда не был лишним. Его кожа пепельного цвета, глаза тусклые, но в них отчетливо светится презрение, а огромный холодный кулак сжимает мой живот.
Воздух мгновенно меняется. Неумолимая аура надвигающейся гибели заполняет пространство, когда его лучший друг, Майкл, наклеивает на дверь импровизированную табличку «Не работает», а затем захлопывает ее. Он стоит на своем, загораживая выход своим крупным телом и приветствуя меня хитрой ухмылкой.
Мне нет дела ни до него, ни до Джесси, который пристально смотрит на меня сузившимися глазами. Мое внимание приковано к Джейку Грею, к его стально-серым радужным оболочкам, почти полностью поглощенным дутыми зрачками, к тому, как он скрежещет зубами взад-вперед, к дрожанию его рук…
— Скучала по мне, губки для минета? — спрашивает он, небрежно опираясь бедром о раковину.
Холодный страх закрадывается в мое нутро, ведь между нами меньше пяти футов. У меня нет ни единого шанса, но я хватаю с раковины свою сумку и застегиваю молнию.
— Хватай ее! — кричит Джейк.
Я почти дотягиваюсь рукой до перцового баллончика. Так близко, но Джесси вырывает сумку из моих рук, отбрасывает ее в сторону и заводит мои руки за спину, его костлявые пальцы больно впиваются мне в запястья.