Слишком сладко (ЛП)

Каждый раз, когда он так отчаянно притягивает меня к себе, у меня в животе происходит тачдаун, и восемьдесят тысяч фанатов дико ликуют.
— Еще один, — говорит он. — И да, мы в порядке.
Желание поцеловать его возвращается в десять раз сильнее, когда он делает то же движение, что и Тео, и мои волосы взметаются по полу, прежде чем он поднимает меня на ноги.
— Я не жалею об этом. Ты — твердая восьмерка, — отвечаю я.
— Тогда не извиняйся. — Он обводит меня вокруг пальца, а затем обхватывает меня за плечи. Моя спина внезапно оказывается вровень с его грудью, его теплое дыхание у моего уха контрастирует с его ледяным тоном.
— Восемь? Я восьмерка в твоей книге?
— Не расстраивайся так. Это хорошо. У меня никогда не было восьмерки.
— Восьмерки? — повторяет он, совершенно обескураженный. Его шаг на мгновение замедляется, прежде чем он приходит в себя и понижает голос до горлового шепота. — Что, черт возьми, не так с моими поцелуями, детка?
Я поворачиваюсь, встречаясь с горячим взглядом его темных глаз.
— Они слишком короткие.
ГЛАВА 17
Нико
Эта девушка знает, как держать меня в напряжении. Сначала она показывает мне уверенную, дерзкую сторону, которую прятала бог знает где, крадет мой десерт и заменяет его чертовыми M&Ms, а потом оценивает мои навыки на восемь.
Я весь вечер пересматривал наш поцелуй, считая его лучшим в своей жизни, а она оценивает его на восемь?
Это просто сводит меня с ума.
Я хочу доказать, что она ошибается, повысить оценку и целовать ее, пока наши губы не онемеют, но… Я не могу. Она не моя, чтобы целовать ее.
Она принадлежит Коди.
Затылком я ударяюсь о стену. Я все еще чувствую вкус ее сладкого рта. Один поцелуй — и я уже чертовски зависим. Как, черт возьми, мне остановить это? Невротические мысли, растущая, жгучая потребность…
Кого я обманываю?
Я не могу остановиться или отстраниться.
Я слишком далеко зашел, чтобы сдаться без боя.
Я никогда не думал, что пойду против брата, но я достиг точки невозврата. Сегодня ни одна моя мысль не была не связана с Мией.
Я неделями только о ней и думал.
Она слишком молода, еще учится в колледже. Она должна веселиться, развлекаться и наслаждаться своей молодостью, пока не началась обыденная жизнь. Я не тот парень, который ей нужен. Слишком навязчивый, слишком чертовски собственнический, но…
У меня все получится.
Уже почти два месяца я учусь обращаться с ней, прикасаться и разговаривать.
Она не такая мягкая, как я думал вначале.
Каждый раз, когда я вижу ее, я открываю для себя новую часть ее характера. Она спорит, показывает мне мое место и противостоит мне, когда чувствует себя уверенно.
В ней две части бензина и одна часть спичек. Но в ней есть и искра, и когда все это соединится, она будет гореть ярко.
Я бросаю сигарету на землю и вхожу в здание, не тратя времени на обдумывание того, что уже решено. Теперь уже нет пути назад. Победа или поражение, но мне надоело притворяться, что я не могу стоять в стороне, наблюдая за тем, как мой брат пытается завоевать девушку, которую я хочу.
Все, кроме тройняшек и Тео, ушли. Комната опустела полчаса назад, но Мия была дома гораздо дольше. Она была измотана и едва держалась за столом. Поскольку Коди нигде не было, я позвонил таксисту, который отвез нас домой пару недель назад, и сунул ему сотню, чтобы он подождал, пока Мия зайдет в дом.
Лучше перестраховаться, чем потом жалеть.
Я толкаю дверь в бальный зал обеими руками, позволяя створкам удариться о стену.
— Где Коди? — спрашиваю я, не заметив его возле нашего столика.
— Он где-то здесь, — говорит Конор, катая по столу бутылку водки. — Садись. Мы будем пить.
— Нет, пока я не поговорю с Коди.
— Почему? — Тео сужает глаза, глядя на меня. Либо он хмурится, либо он пьян и видит двояко. — Давай, брат. Выкладывай все, что накипело. — Он похлопывает по стулу рядом с собой, невнятно произнося слова. — Ты сегодня весь день на взводе.
— Он всегда на взводе, — размышляет Конор, подбрасывая в воздух виноградину и ловя ее ртом.
 
— Но не так, — продолжает Тео. — Сегодня ты напряжен по-другому, и ты меня пугаешь, потому что я знаю это напряжение. Я видел тебя таким раньше.
— Я в порядке, — отвечаю я, не в настроении раскрывать тему. Что бы Тео ни думал, что он знает, он ошибается. — Куда, блять, делся Коди?
— Это Кайя, не так ли? — Тео вздыхает, наливая рюмку. — Твоя бывшая. Вот что тебя раздражает, верно? — он хватает меня за плечо и сильно сжимает, наклоняясь ближе. — Последний раз ты вел себя так странно, когда был с ней. Ты злишься, что она не пришла сегодня?
— Я не знал, что она была приглашена.
— Адриан сказал, что видел, как вы разговаривали в Рейве несколько недель назад… — он с трудом выдохнул через нос. — Послушай, я люблю тебя. Я поддержу тебя, ясно? Если она — то, чего ты хочешь…
— Ты думаешь, я позволю ей приползти ко мне? Мы не вместе, Тео. И прежде чем ты спросишь, мы не трахаемся. Она была пьяна в стельку и умоляла дать ей еще один шанс в Рейве, но этого не будет.
— Слава Богу. — Он откидывается в кресле, театрально вытирая лоб. — Честно говоря, я был бы здесь ради тебя, но я рад, что она тебе не нужна.
— Он ведь не пошел домой? — спрашиваю я, дергая ногой по полу.
— Кто?
— Коди.
— Нет, он здесь, — вклинивается Кольт, поднимая рюмку и жестом приглашая нас присоединиться. Мы все запрокидываем головы назад, глотая отвратительную жидкость, которая обжигает мой пищевод. — То, что ты сегодня напряжен, — это не из-за Кайи. — Он тычет в меня пальцем, глаза остекленели, в крови слишком много алкоголя. — Меня не проведешь, брат. Ты запал на Мию.
Я знал, что он бросит это в меня при первой же возможности. Я выпил сегодня две рюмки, но в ушах звенит, и меня снова охватывает стыд.
Я открываю рот, но он бьет рукой по столу, прежде чем я успеваю произнести хоть слово.
— Не лги. Не лги мне, Нико. Я вижу, как ты следишь за ней, как ты, черт возьми, обнимаешь ее и волнуешься, когда ей хоть немного не по себе.
— Мия? — Тео наливает нам еще по рюмке и хихикает под нос. — Блондинка с Коди? Ты пьян, братан. Тебе больше ничего не надо. Разве она не в старших классах?
— В колледже, — поправляю я. — Я бы с удовольствием тебя развлек, Кольт, но мне нужно поговорить именно с Коди.
— О, он знает, — усмехается Конор, запуская еще одну виноградину. — Он не слепой. Никто из нас не слепой.
Черт. Мои руки становятся холодными, покрываются потом, а в легких поселяется безвоздушное чувство тревоги.
Мне следовало поговорить с ним раньше.
— Ты убедил Мию выпрыгнуть с тобой из самолета, и ты бросаешь взгляд на Коди, когда он недостаточно внимателен, — говорит Кольт, откинувшись в кресле. — Ты, мать твою, поцеловал ее, Нико. Ты поцеловал ее.
— Она тебе сказала?
Или, может быть, что-то менее подозрительное…
Тео задыхается, икает и снова задыхается.
— Ты поцеловал девушку Коди? Братан! — его глаза расширились, они стали больше, чем серебряные доллары. — Это… нет, это просто нет. О чем ты думал?!
— Мия не девушка Коди, — рычу я, сжимая шею. — Он хочет ее, но она не его. Пока нет. — Я перевожу взгляд на Кольта. — Не могу поверить, что она тебе рассказала.
— Не сказала, но я видел, как она прикасалась к своим губам всю дорогу на автобусе.
Рассказала? Я не знаю, потому что, разозлившись, я сел на переднее сиденье, воткнул оба наушника и врубил Guns N' Roses на полную громкость.
— Она меня поцеловала, — объясняю я с глубоким, пораженным стоном. — Мы только что приземлились. Думаю, ей нужно было как-то выпустить адреналин, и она использовала меня. Это была ерунда, Кольт. В лучшем случае чмок, но… — я опираюсь локтями на стол, массируя виски. — …я потерял контроль. Я притянул ее к себе, потому что не мог не поцеловать ее. Я боролся с этим несколько недель.
Может, и хорошо, что они знают. Может, они помогут. Мне нужно, чтобы они сказали мне, что я смогу преодолеть эту влюбленность. Что я могу забыть о Мие. Что в этом нет ничего страшного.