Переступившая черту (СИ)

- Лори, вы не устали от сегодняшних откровений? – спросил Хамид, наливая в бокалы голубоватый напиток. – Может, перенесём продолжение на завтра, или любой другой день?
- Нет, нет, - торопливо выпалила Лори. – Лучше сегодня.
- Не боитесь, что ваш разум этого не выдержит?
- С чего бы? Всё, что я услышала, только радует.
- Ну-ну, - пробормотал Хамид.
- А что такое «адаптация»? – спросила итальянка, пригубив необычную жидкость.
Не то чтобы этот вопрос был в «топе» тройки важных вопросов, просто ей нужно было время, чтобы привести в порядок свои мысли, размякшие после вкусного обеда.
Хамид немного задумался.
- Как бы вам…- неуверенно заговорил он. – В Аравийский Союз входят новые страны, которые не знают о том, что происходит под Куполом. Сообщать им о тех же «коконах» или ещё о чём-либо приходится очень осторожно. Первым делом, людей нужно привести в чувство, ведь многие из них только-только перестали слышать стрельбу и прятаться от бомбёжек. Бандиты, которые ничего не умеют кроме как с автоматом наперевес рыскать в поисках наживы… они ведь не станут в один день законопослушными гражданами. Их приходится держать в информационной изоляции и много работать с ними. Наши психологи лечат их искорежённые души, пытаясь минимизировать последствия ужасов войны… - Хамид замолчал, прикрыв глаза. – Это мы и называем карантином, - глухим голосом заговорил он вновь. – Легче всего с детьми, их забирают в закрытые школы, где обучая, развивают интеллект… Я ведь говорил вам, что лучше всего поддаются молодые? После пары лет обучения и студенты, и школьники получают возможность выбраться из карантина…
- А взрослый человек… он когда?.. – невразумительно спросила Лори.
Но Хамид её понял:
- Первое, что от него требуется – это искренне поверить в Бога, - ответил он. – Не внешне проявлять это, крича на каждом углу, что совершил сотню молитв, а сердцем и душой осознать и полюбить Господа… Это первый шаг. Дальше, уже проще.
- А я?..
- А вы должны были оставаться в карантине, - строго сказал Хамид.
- И почему же не оставили?
Аравиец сцепил пальцы рук.
- Я не уклоняюсь от ответа, - предупредил он. – Но об этом вам расскажет тот, по чьему указу вы здесь.
Лори заволновалась.
- И кто же он? – спросила она, не особо надеясь услышать исчерпывающий ответ.
Хамид молчал некоторое время, за которое итальянка успела потерять надежду.
- Этот человек – птица высокого полёта, - объявил мужчина, откровенно удивив этим Лори. – Он Советник.
- Чей советник?
- Он член Совета. Чтобы вы понимали, Совет состоит из восьми человек. Именно эти люди управляют всей Аравией. Кемаль Наим расскажет вам всё, что связано с вашим пребыванием здесь. И я готов отвезти вас к нему, как только мы закончим с вашими вопросами.
Лори была впечатлена статусом человека, заинтересовавшегося ею. Правда, это не помешало любопытству:
- Он какой-нибудь принц? Или как тут их называют? Шах? Раджа?
- У вас какая-то каша в голове, - не удержавшись, рассмеялся Хамид. – Шах, раджа… Были у нас шейхи, но… Кемаль и остальные Советники не относятся к правящим семействам. То есть к «бывшим правящим».
- Что значит «бывшим»? Их что, свергли? – округлила глаза Лори.
- Нет, но правят нами другие. Это особые люди. Мы их называем Новыми.
- Новыми?!
- Может быть, когда-нибудь им дадут другое название, - продолжал свои пояснения Хамид. – Но сейчас их называют так.
- А что это значит – новые?
- Ну… это ДРУГИЕ люди, - с нотками благоговения произнёс Хамид. – У них другие потребности, другие мысли… они вообще… на другом уровне.
- Не понимаю, - Лори даже головой замотала.
- Ну, например, есть те, кто имеют статус КИМ-один, - терпеливо пояснял аравиец, - они очень умные, быстро всему учатся и используют восемь-десять процентов своих возможностей. Те, у кого КИМ-два - процент использования достигает двенадцати-пятнадцати. А Новые… они уже подбираются к двадцати процентам. И способны на такие вещи, которые для простых людей являются чем-то из области фантастики.
 
- А этот Кемаль… он тоже из этих?
- Да, - просто ответил Хамид.
- И я должна выполнить какое-то задание?
- Кемаль сам расскажет об этом.
- А когда всё закончится, я останусь здесь или вернусь в Европу?
- Это зависит от вас. Как вы сами захотите.
- А работать здесь можно?
- Что значит можно? Нужно, если хотите прокормить себя и дочь. Ну, или выходите замуж, и тогда вашим обеспечением займётся ваш муж.
- А не имея мужа и будучи одинокой женщиной, я буду подвергаться дискриминации?
- Стереотипы, Лори, стереотипы. Вы никак не хотите избавиться от них. Наши женщины учатся, работают, строят карьеру. Только не забывают о своём предназначении.
Лори вопросительно изогнула бровь.
- Дети, сеньорита. В феминистическом угаре и в погоне за непонятным равноправием, западные женщины забыли о своём священном долге – продолжение рода человеческого.
- Ну, конечно, - саркастично хмыкнула Лори, - нам положено сидеть дома, драить полы в ожидании своего господина, который об нас ноги будет вытирать.
- Стереотипы, - повторил Хамид, укоризненно качая головой. – Лори, мы все ошибались. Если западные дамы, уничтожив устоявшийся миропорядок, добились так называемого равноправия, то восточные женщины, позволили загнать себя в какие-то жуткие рамки мужского шовинизма. На самом деле, женщина – сакральный сосуд, несущий в себе бессмертие рода людского. Как я говорил, люди зацикливаются на каких-то одних вещах, забывая учитывать их в общем контексте. В Коране сказано, что женщину нужно заслонять от чужих взглядов, укрывать её в доме… Но люди, а именно мусульмане, забыли, что укрывать её нужно оберегая, защищая, как самое ценное в своей жизни. А не запирать, лишая какого-либо общения. Но это уже в прошлом, Лори. Сегодня наши женщины образованны, работают, но при этом мужчины не забывают, что их нужно беречь и заботиться о них.
- Обо всех? - насмешливо спросила Лори. – Умаются, наверное, пока о трёх-четырёх благоверных позаботятся.
- Да, западники высмеивают и осуждают многожёнство и не хотят понять, что в своё время оно было спасением для многих женщин. В Средние века мужчины умирали молодыми, оставляя своих жён наедине с жестоким миром. Для многих это означало голодную смерть или проституцию. Разрешив мужчинам иметь несколько жён, наш Пророк подарил вдовам шанс на нормальную жизнь. Лучше уж быть третьей-четвёртой женой, чем торговать своим телом за кусок хлеба. Это было мудрое решение. Ведь сказано, что всех жён нужно обеспечить одинаково, а это означало, что позволить себе такое могут только состоятельные люди. У нас обходились без разводов. Если супруга оказывалась бездетной, не было нужды мучиться с нею, мечтая о ребёнке, или разведясь – обречь на одинокую старость. Можно жениться ещё раз. Правда, и это благое начинание сумели исказить до невозможности, приводя в дом по нескольку женщин без всякой на то необходимости. Нынче с этим покончено. Поскольку голодная смерть сегодня никому не грозит, наши девушки не идут вторыми или ещё какими-то жёнами… Разве что старшее поколение всё ещё мыслит по старинке и среди них немало ярых сторонников прежних обычаев. Но будущее в руках молодых и им решать в каком мире им жить.
Хамид замолчал.
Лори поторопилась задать следующий вопрос:
- А какие у вас здесь цены? Я смогу снять жильё? Сколько, например, будет стоить новый планшет?
- Айкомм, - сказал Хамид. – Наши последние модели называются айкомм. Его вам преподнесут в подарок.
- А если я захочу купить эту… как её… виману?
- Возьмите кредит.
- Ага, - саркастично протянула Лори, - а потом всю жизнь выплачивать проценты?
Хамид посуровел.
- Забудьте, - посоветовал он. – Наша религия запрещает ростовщичество. Наживаться на процентах – прямая дорога в ад. У нас кредиты выплачиваются в рассрочку.
- Что, вообще без «накрутки»? – поразилась Лори.