Инфернальная магия (ЛП)

Его сильное тело прижималось к её спине.
— Я не собирался тебя убивать.
Он крепко сжимал её волосы в кулаке, а другой рукой схватил за плечо, и Урсула никуда не могла деться. Его рука распаляла её кожу через платье, согревая грудь.
— Ты опять говоришь о себе в третьем лице? Это реально странно.
Её переполнило облегчение.
— Ты сказал, что нет смысла бороться с Эмеразель. Как и нет смысла мне бороться с тобой.
Кестер ослабил свою хватку.
— Мне стоит тебя убить. Не буду притворяться, будто это не приходило мне в голову.
Она вышла из его хватки, обнимая себя. В стороне от его тёплого тела холодный воздух заставлял её ёжиться.
— Но ты не будешь меня убивать?
Свет золотистого светильника омывал её точёное тело.
— Стоило бы, но нет.
— Почему?
Он пожал плечами, на чертах его лица воевали смятение и злость.
— Я не хочу тебя убивать.
— Я думала, ты делаешь всё, что прикажет тебе Эмеразель.
— По большей части да, — он отвернулся, его лицо внезапно сделалось печальным. — Но я её ненавижу.
Урсула покачала головой.
— Не понимаю. Я думала, ты её Палач. Зачем ты делаешь то, что она хочет, если ты её ненавидишь?
В его глазах сверкнуло пламя.
— Я ненавижу это прозвище. А остальное — не твоё дело в данный момент, — он явно не был готов обнажить душу.
Задрожав, Урсула обняла себя, косясь на диван, который так и манил её ноющее тело.
— Ладно. Но в чём смысл всего этого? Почему она так помешана на присвоении душ?
— Отдохни минутку, — сказал он, кивнув на кресло. — Может, пора тебе кое-что узнать о твоём мире, прежде чем мы пойдём охотиться на Абракса.
Урсула со вздохом плюхнулась в кресло, позволяя мягким подушкам окружить её. Её мышцы пели от облегчения.
Кестер провёл рукой по своим волосам.
— Души людей дают богам силу. Огонь Эмеразель питается душами её просителей. Магия Никсобаса работает аналогично. Боги постоянно воюют за человеческую валюту и давным-давно сформировали фракции тени и света, чтобы сражаться друг против друга. Когда Абракс осушил Хьюго, он не дал нам заполучить душу. Он также крадёт любую магию, что Эмеразель вложила в Хьюго, — он с беспокойством посмотрел на неё. — Совсем как он осушил твой огонь до того, как Зи его остановила. Если честно, то какое-то чудо, что он не забрал твою душу.
— Странно. Мы испытали отвращение друг к другу в тот же момент, когда его губы коснулись моих.
Он уставился на неё, и на его лице промелькнуло удивление.
— Серьёзно?
Урсула кивнула.
— Но это значит, что он украл душу Зи?
— Как минимум половину её души.
— Чёрт, — Урсула сделала глубокий вдох, стараясь вытолкнуть эту ужасную мысль из головы. — Если инкубы работают на Никсобаса, то на кого работают фейри? Есть бог, к которому мы можем обратиться за помощью?
— Нет. В отличие от всех остальных магических существ на земле, они не примыкали к какому-либо союзу. Они потомки ангелов, которые давным-давно выбрали прийти на Землю.
— С чего бы они захотели жить на Земле вместо небес? — все тело Урсулы ныло от измождения, но ей впервые кто-то что-то нормально рассказывал, так что надо выжать из этого максимум.
— Фейри — просто гедонисты. Они наслаждаются земными удовольствиями.
Урсула глянула на Зи, чья рука безвольно свесилась с края стола.
— Мы можем спасти её, если найдём Эйба.
— Абракса, — его глаза полыхали. — И может, мы сумеем отобрать у него ещё и душу Хьюго, чтобы Эмеразель не пришлось забирать твою душу. А затем я прибью его.
— Что случится, если мы не вернём остатки души Зи?
— Она не проживёт дольше нескольких дней.
Ужас пробежал по её спине, и Урсула достала свой белый камешек из сумочки, перекатывая его между пальцами.
— Она умрёт?
— Да. Убери свой талисман. Я заново наполню тебя. Ты истратила остатки энергии на глупые попытки противиться мне.
Урсула открыла рот, чтобы запротестовать, но слишком устала для споров.
— Как ты меня наполнишь?
Кестер подошёл к ней, протягивая руку. Она сжала его ладонь, и он заставил её подняться на ноги. Когда она встала, её голова помутилась от головокружения, и Кестер обвил одной рукой её спину, поддерживая.
 
— Я напитаю тебя огнём Эмеразель.
Внезапно она остро осознала его обнажённую кожу и жар, исходивший от его тела. Она посмотрела на медленное поднятие и опадание его груди, впитывая его приятный землистый аромат. «О Боже. Я же не запала на этого парня, нет?»
— Это будет больно?
— Нет, — его взгляд скользнул к её плечу. — Я просто положу руку на твой шрам. Мой жар перетечёт в тебя.
— Ладно, — Урсула не могла отвести взгляда от его сногсшибательного лица. Неудивительно, что он такого высокого мнения о себе.
Кестер спустил лямку её платья, затем лямку розового лифчика. Прохладный воздух в помещении пощипывал её кожу. Кестер плотно прижал ладонь к её плечу, закрыл глаза и заговорил на том своём странном языке. Восхитительный покалывающий жар исходил от его кончиков пальцев и расходился по её коже, лаская шею. Жар двигался медленно, шёпотом проходился по горлу, скользил ниже по грудям, пульсировал в животе. Это её воображение, или большой палец Кестера медленно поднимался и опускался на её пояснице, лениво гладя её кожу через платье? Горячий, эйфорический восторг просачивался в тело Урсулы, полыхая в её нутре, и она подавила желание прильнуть к его сильному телу. Расплавленная сила горела в её венах, и она ощутила, как губы изгибаются в улыбке. «Я снова в строю».
Кестер открыл глаза, посмотрев на неё.
— Лучше? — его палец всё ещё неспешно поглаживал её поясницу, и она чувствовала, что выгибается навстречу.
Её глаза задержались на его идеальных губах, и буквально на секунду Урсула подумывала поцеловать его… но напомнила себе, что а) большую часть времени он был самовлюблённым придурком, б) бессознательное тело Зи лежало в считанных метрах от них, и в) его прозвище — «Палач». Наверное, не лучшая идея целовать того, чьё прозвище связано с казнью людей.
Урсула размяла шею.
— Чувствую себя изумительно. Я готова найти этого инкуба.
  
Глава 27
 
Кестер пересёк комнату, выдвигая ящик небольшого деревянного комода. Оттуда он достал чёрный свитер и натянул на свой точёный торс.
— С нашим планом есть маленькая проблемка.
— Что?
— Я понятия не имею, где найти Абракса. Он древний и могущественный инкуб. Он обитает в манхэттенском логове Никсобаса, и я понятия не имею…
— Я знаю, куда он направлялся.
Надев серые брюки, он бросил на неё резкий взгляд.
— Он тебе сказал?
— Он говорил что-то про Оберона. Хотел взять меня туда как питомицу или типа того.
Кестер скривил губы, зарычав.
— Ты знаешь, что это такое?
— Нет, но я надеялась, что ты знаешь.
— Это приватный клуб для фейри. К сожалению, у них строгая политика относительно посетителей, подкреплённая древней и могущественной магией, которой даже я не могу манипулировать. Туда можно попасть, только если фейри даст тебе недвусмысленное разрешение, — он кивнул на Зи. — И она единственная фейри, с которой я знаком. У Абракса явно есть связи.
Урсула покачала головой, и чувство вины давило на её грудь подобно камню.
— Если Абракс такой неуловимый, я не могу упустить эту зацепку, — это её вина, что душа Зи пропала. Если бы она не запорола первую миссию своим отталкивающим характером, всего этого не случилось бы. И само собой, если бы П.У. изначально не вырезала метку, то Зи сейчас потягивала бы шампанское в «Клубе Лалик». — Должен же быть кто-то, кого ты сумеешь подкупить.
— Фейри не заинтересованы в деньгах.
— Ты серьёзно? Ты когда-нибудь ходил по магазинам с Зи?
— Она — исключение… фейри-одиночка. Большинство фейри Нью-Йорка принадлежат к двору Оберона и обладают всем богатством, какое только пожелают.