Что вы скрываете, Хандзо-сан?! Том 2 (СИ)

Добравшись домой, когда уже смеркалось, я первым делом взглянул в окно. Ну да, Сацуки в квартире. Горит свет на кухне.
Поднявшись в лифте на свой этаж, вышел на площадку. Затем прошёл к своей двери и увидел впереди гору.
— Ну что, добрый вечер, сосед, — оскалился сумоист. Судя по виду, он был взбешён. — Ты думал, что я такой дебил⁈ Так вот с кем она мутит⁈
— Ты о чём вообще? — удивлённо взглянул я на сумоиста, который пыхтел как паровоз, пытаясь совладать с нарастающим гневом.
— Я видел только что, как моя жена зашла сюда! В твою квартиру!
Какого ёкая она куда-то выходила⁈
И как теперь успокоить этого гиппопотама? Судя по глазам, которые наливались злобой, меня ждал не очень весёлый разговор. И, скорее всего, травмоопасный.
  
Глава 22
 
Я смотрел на гору, которая надвигалась на меня, и почувствовал, как кортизол выплеснулся в кровь. А следом за ним пришла и способность.
Сумоист только собирался сделать шаг, а я уже просчитал десятки вариантов развития событий.
В одном варианте он прижимает меня своим пузом к двери и сдавливает шею. Я задыхаюсь, а он кричит в лицо. Затем передавливает чуть сильней мой кадык. И тот хрустит.
В другом варианте я говорю, что всё не так, а он кричит, что я лжец. Накидывается. Бьёт по голове. И я благополучно теряю сознание.
В следующем — я пытаюсь его успокоить и всё объяснить. Но гнев уже кипит в его крови. Он набрасывается на меня, ломая челюсть.
И так ещё тридцать вариантов.
Но тридцать первый мне понравился. Там обходилось без драки. Этим способом и воспользовался для решения конфликта.
— Да у меня уже есть девушка. Зачем мне твоя Сацуки? — обратился я к нему. — Пошли в квартиру, сам с ней поговоришь.
— Давай, открывай! — зарычал сумоист.
Ну вот, в глазах уже промелькнула тень сомнения. Это уже прогресс.
Я впустил гору внутрь, и она увидела Сацуки. А Сацуки увидела её. Взвизгнула, попятившись назад.
— Стой на месте, — рыкнул сумоист. — Сейчас я твоему любовнику хребет ломать буду.
Борец кинулся на меня, но я отпрыгнул в сторону. Моя рука нащупала графин с водой, который я оставил в прихожей. Резким движением выплеснул всё его содержимое в лицо сумоиста.
— Пх-ха… апх-ха, — он не ожидал такого. Остановился, вытер лицо, а затем тут же остыл. Растерянно посмотрел по сторонам.
Вот теперь можно и поговорить.
— Очнись, приятель, я не с ней, — как можно миролюбивей обратился я к сумоисту. — Она испугалась и пришла ко мне.
— Говори! Это правда? — выдохнул сумоист, вытирая остатки воды с шеи.
— Да, правда, Ёширо-кун, — затараторила Сацуки и принялась врать. — Ко мне ломились в дверь… мужчины, все в татуировках. Помнишь, ты говорил, что задолжал якудза? Может, они и были?
— И что они говорили? — нахмурился сумоист.
— Не разобрала, — продолжала врать, даже не моргнув глазом. — Но ругались громко.
— Как же они достали, — выдохнул борец, окончательно остывая. И задумавшись.
Почему я не вмешался и не сказал правду? Не хотел подставлять под удар своего друга. Зачем ему такие проблемы? Если этот Ёширо выяснит, что Ютаро уже переспал с его женой — горя точно не миновать. Поломает моего худосочного друга пополам и здрасьте не скажет.
Сумоист, наконец, вышел из задумчивого состояния и пробормотал вслух:
— Хотели на мою жену надавить, значит?
— Я не твоя жена, Ёширо-кун, — резко ответила Сацуки.
— Формально ещё моя, — также резко ответил сумоист. — Так что умолкни.
Ещё разборок мне тут семейных не хватало. Я решил сместить акценты на якудза. Тем более было интересно, кто на него наехал. Хотя я догадывался.
— А что за клан? — всё-таки спросил я. — Кто оябун?
— Клан Кобаяши. Кумагаи Хисао этот поперёк горла уже стоит, — горько признался сумоист. — Задолжал им денег в своё время. А теперь расхлёбываю. Опасные люди.
— Могу прямо сейчас всё уладить, — как бы между делом ответил я.
И это было правдой.
— Что? — изумлённо вскинул брови сумоист. — Ха-ха-ха! Это якудза, парень! Одно лишнее слово — и тебе уже пальцы режут или кидают на корм рыбам. Жить надоело?
 
Я улыбнулся, позвонил Кумагаи. Давненько мы с ним не общались.
— Да, слушаю, Хандзо-сан, — голос оябуна вновь был недовольным.
Я для него был словно внешний раздражитель. Да и ёкай с ним, пусть терпит. Нечего было на меня покушаться. Он теперь мне по гроб жизни должен.
И пока Кумагаи не начал мстить, почему бы не воспользоваться своим влиянмем на него?
— Доброго вечера, Кумагаи-сан, — ответил я.
В ответ на это сумоист удивлённо вытянул лицо и даже слегка побледнел.
— Один человек задолжал вам денег, Кумагаи-сан, — продолжил я, отходя немного в сторону. — Зовут Ёширо, работает секьюрити в ночном клубе.
— Ну да, есть такой, Хандзо-сан, — ответил Кумагаи. — Вам тоже задолжал? Я бы предложил свою помощь, но там всё непросто. Он нам должен крупную сумму.
— О каком долге идёт речь, Кумагаи-сан? — поинтересовался я у оябуна.
— Шестьсот двадцать тысяч йен, — ответил глава клана Кобаяши. — И это не считая процентов. Их почти столько же.
— Он не должен мне. Наоборот. Хотел бы поручиться за него. Предлагаю проценты убрать.
— Да это же бред, Хандзо-сан, — услышал я в трубке.
— При условии, что он вернёт в удобное для вас время, — напористо ответил я.
Кумагаи тяжко вздохнул.
— Только потому, что вы просите, Хандзо-сан, — процедил он. — Только поэтому. Тогда эти шестьсот двадцать тысяч пусть возвращает через неделю.
— Скажите ему это сами, Кумагаи-сан. Передам ему трубку, — сказал я и вернулся в комнату, где сумоист застыл в тишине. Он угрюмо молчал, посматривая искоса на Сацуки.
— Тебе хотят что-то сказать, — протянул я трубку борцу, включая на громкую связь. Специально так сделал, чтобы Кумагаи ещё какую-нибудь сумму не придумал или задание.
— Ёширо, ты на связи? — услышал я донёсшиеся из трубки резкие слова оябуна.
— Да, Кумагаи-сан, я на связи, — ответил сумоист.
— В общем — проценты я снимаю, — продолжил Кумагаи. — Но… чтобы весь долг вернул не позже недели.
— Я не соберу такие деньги за неделю, Кумагаи-сан. Можно хотя бы по частям? — пробормотал сумоист.
— Я что тебе — банк, чтобы рассрочку давать? Неделя, — рявкнул Кумагаи. — Не позже. Шестьсот двадцать тысяч.
Сумоист помрачнел, и трубка задрожала у него в руке.
— Знаешь, что мы со злостными должниками делаем? — зловеще ответил Кумагаи. — Лучше тебе не знать.
— Дай-ка мне трубку, — попросил я сумоиста и протянул руку.
Сумоист протянул телефон. И я, не отключая от громкой связи, спросил главу клана: — Кумагаи-сан, у вас карта привязана к телефону?
— Да, привязана, — настороженно ответил оябун. — Серьёзно, Хандзо-сан? Вы хотите погасить долг этого человека?
Я провёл несколько манипуляций на экране смартфона.
— Уже погасил, — радостно ответил я ему.
— Точно! — в шоке воскликнул Кумагаи. — Пришли деньги. Тогда вопрос с Ёширо улажен.
— Благодарю, что откликнулись, — сказал я на прощание, и оябун сбросил звонок.
Сумоист какое-то время переваривал случившееся. Затем изумлённо посмотрел на меня.
— Блин, дружище, как же ты меня выручил, — судя по взгляду, он до сих пор не мог поверить, что долга больше нет. Затем он кивнул. — Меня зовут Асаяма Ёширо.
— Хандзо Кано, — кивнул я в ответ.
— Я теперь твой должник, Кано-кун, — ответил сумоист. — Если нужна помощь какая — обращайся. С радостью помогу! А деньги соберу и отдам. Правда, не так быстро.
— Хорошо, Ёширо-кун, — улыбнулся я в ответ. — Можешь не спешить с деньгами. Это не принципиально для меня сейчас.
Пока я мог себе позволить потратить такую сумму для улаживания конфликта и налаживания отношений.
— Ну ладно тогда. Я пошёл, — Ёширо растерянно осмотрелся, понимая, что он в чужой квартире. Затем удивлённо взглянул на Сацуки, и вновь перевёл взгляд на меня. — В общем, Кано-кун, если что — обращайся.