Кандидат (СИ)

Вздохнув, Рэд решительно встал и вышел, захлопнув за собой дверь гермолюка.
Джон же остался размышлять.
Ощущение шока никак не проходило.
Неужели он смог бы так же…
Джону было всего семнадцать лет, когда Галактика содрогнулась от ужаса, узнав о судьбе Пентарры. Тогда самому Джону потребовалось несколько месяцев, чтобы хоть частично осознать весь чудовищный смысл того, что произошло, масштабы трагедии поражали воображение, её просто не с чем было сравнить, жизненный опыт человека того времени попросту не мог справиться с подобным кошмаром. История Пентарры так до конца и не уложилась в юном сознании, такими чудовищными были обычные серые цифры.
Один из тысячи обитаемых миров. Для Третьей Эпохи это было слишком большой ценой.
Однако время шло, Сектор Керна был где-то далеко, среди знакомых Джона не было никого из слишком поздно вернувшегося из злополучной Экспедиции флота ГКК, как не было и никого родом оттуда. Пентарра стала ещё одной, пусть титанической строчкой в списке жертв Третьей Войны, что никак не могла завершиться уже столетия.
Почти два века как ужасы прошлого, казалось, окончательно покинули пределы их Галактики, однако эта нежданная трагедия стала лишним напоминанием — враг не побеждён, мирная жизнь миллиардов разумных существ по сию пору оставалась возможной лишь благодаря силам КГС, который изо дня в день продолжает сражаться там, за Вторым Барьером.
Забытая планета… одна из многих. И вместе с тем единственная.
Размышляя об этом, Джон привёл свои мечущиеся мысли в порядок и незаметно для себя уснул беспокойным сном.
Ему снился Рэд, в боевой броне пехотинца, испачканной чьей-то кровью.
Он был мрачен, даже зол.
Он был зол на Джона. Правда, тот так и не понял, почему.
Ранним утром, когда для обычного человека вокруг ещё царила полная темнота, Рэда разбудило тревожное чувство — за ним кто-то пристально наблюдал.
Один рывок, и он уже на ногах.
Прислушавшись к собственным ощущениям, он заставил себя успокоиться. Было тихо, в траве шуршали лишь припозднившиеся грызуны, да метрах в ста от лагеря чувствовалось дыхание пары зверей покрупнее. Обстановка, подходящая для семейного пикника. Что же такое его разбудило?..
Немного напрягшись, оперативник сумел ощутить в полукилометре отсюда дыхание спящего чутким сном Рихарда. Вокруг — никого, просто согласись с этим, даже приученные реагировать на малейшую опасность десантные лошади похрапывали, спокойно жуя.
«Галактика знает, что такое. Чудится невесть…» — мрачно подумал Рэд, осторожно, чтобы не потревожить уснувшую тут же Исили, укладываясь на успевшую к утру остыть землю.
Тут ему удалось увидеть то, что он безуспешно пытался почувствовать.
Едва заметная на фоне блёклых звёзд, не издавая ни единого звука, скользила к ним человеческая фигура. Волна озноба пробежала по спине Рэда, он отказывался считать это человеком. Пусть ты сто раз великолепно подготовлен, двигаешься абсолютно бесшумно, не выдавая себя ничем, но даже высочайший профессионал не способен полностью погасить мысли, чувства, эмоции. Их ореол сопровождает каждого человека, тончайший фон, присущий живому, разумному существу. Почувствовать его может каждый специально тренированный оперативник, для этого даже не нужно было обладать даром и проклятием Рэда.
Он же сейчас не ощущал — ничего.
Паника комком рванула к горлу. И закопошилось что-то на самом дне его памяти.
Бестелесным призраком ночной гость подошёл почти вплотную, на секунду нависнув над ним, словно присматриваясь к чему-то, затем кивнул в сторону от лагеря, как бы приглашая отойти.
Рэд стряхнул с себя оцепенение, ему уже нетрудно было догадаться, кто перед ним. Нежданный союзник в этом ставшем невероятно щекотливым задании, помощь Совета, которой они не просили, да просто и не осмелились бы просить ни при каких обстоятельствах. Это был тот, о вероятном прибытии которого сообщал в своём послании Сиреал Паллов.
Отойдя на два десятка шагов, Рэд выжидающе, стараясь не выказывать нервозной своей реакции, уставился на фигуру гостя, резонно полагая, что первым говорить в данном случае следовало отнюдь не ему.
 
Однако вступать в диалог незнакомец отнюдь не спешил. Несколько долгих секунд Рэд чувствовал себя редкой бабочкой в руках опытного энтомолога. Его изучали. Его раскладывали по полочкам. При этом оперативник продолжал чувствовать вокруг одну лишь необъятную тишину, от этого было не легче, по телу пробегали холодные и горячие волны, волосы на голове шевелились, мысли сбивались в кучу, так что позже он, не будучи в полной уверенности, едва мог вспомнить этот невероятной силы голос, что прозвучал в тот момент у него в голове. Он произнёс что-то вроде «Первый, как всегда, прав», и чувство тёплого участия, искреннего интереса не замедлило тут же бросить Рэда в очередную волну горячечного смятения.
Его тайну, его беду раскрыли за доли секунды. Это мог сделать только его собрат по несчастью.
Неизвестный чуть дрогнул в момент узнавания, и тут же преобразился, будто разом потёк раскалённый добела металл. На его лице проявились эмоции, он явственно зазвучал в пси-сфере, Рэд почувствовал, будто с его затылка сняли ладонь, только сейчас стало возможным ощутить, как давил на него этот… человек. Ощущение тут же съёжилось, померкло, но всё равно, оно было здесь, рядом, стояло и смотрело прямо ему в глаза.
— Простите, я каждый раз… сгущение — несколько непривычный для меня процесс, мне бывает сложно его контролировать. Ещё раз простите, что тем самым я вам доставил некоторое неудобство.
Голос пришельца был размеренным, чуть глуховатым, он произносил слова с большими паузами, словно каждое из них тщательно взвешивалось, предварительно выверялось. Впрочем, несомненно, так оно и было.
— Впрочем, мне показалось, этот эпизод… был вполне познавательным для нас обоих.
— Ничего, ничего… — пытаясь собраться с мыслями, Рэд мямлил какую-то невнятицу, а сам всё глядел на своего вдруг обретшего плоть собеседника. Куда девались неуловимые колебания материи, пронизывающий тебя насквозь взгляд? Теперь могло показаться, что перед тобой и вправду простой смертный… не могло, подумал он тут же.
— Не спешите с выводами. Вы, я вижу, жаждете узнать, как меня называть. Извольте, моё имя в первом — Риэлт Хард, но вам оно ничего не скажет. Зовите меня Элн, Воин Элн, — поправил он тут же себя.
Рэд опешил. Нетвёрдой рукой он потянул из ножен свой именной клинок десантника и уставился на гравировку лезвия. Copiae portum in Eln Bellator habitant. Во Элне Воине живёт Десант. Кажется, это был новолат времён Второй Эпохи.
— Это вы… — неуверенно произнёс Рэд, пряча элн обратно в ножны.
— Скорее, наоборот. Моё имя восходит к этому символу. Но с Планетарным Корпусом мы действительно ровесники. Вас это смущает?
Рэду оставалось покачать головой. Нарочитое обращение «на вы» выбивало из себя. Воин Элн был тем, кто некогда создал, выпестовал Десант согласно ведомому одному Совету плану. Кто знает, какие глубины простой человеческой скорби скрываются теперь за этими глазами, и совесть не позволяла тяготиться подобным обществом, разве что он мог опасаться теперь совершить какую-нибудь непоправимую оплошность.
— Вы здесь как представитель Совета, или, может, Клана Воинов?
— Не представитель, нет, — раздался голос в ответ. — Мне следует лишь наблюдать. Каждый в этой Галактике должен быть занят своим делом, благо их хватает на всех, ваше же… Ваше истинное дело ещё далеко впереди.
— Что вы имеете в виду?
Элн пожал плечами.
— Поймёте, когда настанет время. Главное в этой жизни, вы уж поверьте, просто наслаждаться ею, радоваться тому, что имеешь, и не слишком загадывать на будущее. Не стоит спешить, время — жестокая штука. Оно всегда всё расставляет по своим местам, загоняя в свои ловушки.
Гость словно в задумчивости постоял, склонив голову, потом поглядел куда-то за спину Рэду. Тот не стал оборачиваться, если будет нужно — Элн сам скажет.