Братство Роха (СИ)

Защитники лагеря открыли прицельную стрельбу почти одновременно. Этот залп выкосил ближайших ящеров, и каждый последующий выстрел убивал очередного хищника. Но паре самых шустрых всё-таки удалось прорваться почти к самому частоколу.
Дальше произошло что-то невероятное, и если бы не сумасшедшая реакция Гунта, то быть бы беде. До частокола оставалось метров пять, когда один ящер вдруг присел на задние лапы, уперев упругий хвост в землю. Другой хищник с ходу запрыгнул ему на спину и, широко раскрыв свою зубастую пасть, отправился в полет к частоколу.
Марк мог поклясться чем угодно, но ящер, к которому запрыгнул на спину его собрат, в момент прыжка выпрямил задние лапы и хвост. Имея такой трамплин, у верхнего хищника были все шансы преодолеть частокол.
Его выдающийся полет прервал Гунт, выстрелив в него на лету. После этого за частокол упали только кровавые ошметки хищника, обильно оросив кровью и кусками дымящийся плоти замешкавшегося Кейва.
Нижнего ящера благополучно добил Эол.
Всё! Врагов в доступной видимости больше не было.
Гунт подошел к Кейву, стоявшему с опущенной головой.
— Своими нерешительными действиями, — жестко начал он, нависая над пилотом, — ты подверг опасности всех, кто находится за сетью!
— Я, тут… перезарядка, не успевал… — начал расстроенно оправдываться Кейв, — растерялся… нет опыта полевых выходов… я пилот, не штурмовик… не повторится больше, клянусь вам.
Гунт еще несколько секунд сверлил глазами пилота, затем расслабился и выдохнул.
— Выбросишь куски ящера за частокол, — чуть смягчившись, назначил он ему наказание. — Остальным действовать по ранее намеченному плану.
* * *
На исходе третьего дня начали сворачивать лагерь.
Палатки и остальную поклажу еще днем уложили в носилки и этой ночью решили спать под открытым небом возле костра. Сеть и частокол по-прежнему давали надежную защиту от непрошеных гостей, и поэтому это предложение Марка все восприняли более-менее спокойно, хотя и вопросов к Марку и Солрсу после нападения ящеров было немало.
Следопыты заверили всех, что частокол надежен, а приоротехи готовы на такую самоубийственную атаку только после дождя. В обычную сухую погоду они ничем не отличаются от других обитателей джунглей с той лишь разницей, что охотятся всегда стаей, но банду хищников, контролирующую этот район, выбили полностью, и другая появится еще не скоро, так что можно жить спокойно.
Частокол после атаки приоротехов показал свою надежность еще раз.
Сразу после той бойни вокруг лагеря стали появляться мелкие грызуны и другие падальщики покрупнее. Затем пришли хищники посерьезней и устроили себе пиршество прямо возле частокола. Некоторые из них безуспешно пытались взобраться на него, но тщетно.
Высота и четко выверенные углы зарытых глубоко в грунт заостренных кольев показали, что орденские следопыты не зря ели свой хлеб, возводя это укрепление.
Марк посоветовал никого не убивать, иначе эта трапеза будет длиться бесконечно долго, привлекая всё новых и новых участников. Он, как всегда, оказался прав, и к утру на поляне даже костей не осталось. Хотя остаток дня и всю ночь все были в напряжении и не выпускали оружия из рук.
Гунт и Дорн на третий день собрали датчики и разрядившиеся ловушки, завершили все приготовления в ангаре, и наутро осталось только собрать сеть, взорвать вход в бункер и отправиться к дому на озере.
Рупет
До ближайшего города под названием Рупет оставалось всего половина дневного перехода.
Двадцать дней изнуряющих шатаний по Пустоши и джунглям подошли к концу.
Лес Шершней, по которому они пробирались уже больше пяти дней, после джунглей казался легкой безопасной прогулкой, хотя и тут всякого зверья тоже хватало.
Здесь, по словам Марка и Солрса, часто охотятся, заготавливают лес и дрова, и человека встретить можно чуть ли не чаще, чем зверя. Но следопыты повели всех совсем другими тропами, чтобы им на пути никто не попался.
Марк прекрасно знал этот лес и всегда выбирал стоянки для ночлега более чем безопасные. Это и охотничьи домики, и неглубокие пещеры, и островки посреди бурных рек, огороженные крепкими частоколами. Ночевать в палатке или под открытым небом почти не приходилось.
 
Когда до городка под названием Рупет оставалась половина дневного перехода, решили разбить лагерь, да и место для этого Марк подобрал более чем удобное — заброшенная лесная сторожка с всё еще крепкими стенами и забором.
Такое бывает.
Промысловый зверь уходит, и охотники перестают посещать эти места.
В городок для оформления надлежащих бумаг решили отправиться втроем. Марк, Солрс и Гунт. Для утверждения печати необходима была его рука как главы Братства, а двое следопытов должны были поставить свои подписи под документами в конторе, иначе Братство могли и не зарегистрировать.
Долго гадали во что нарядить Гунта, чтобы не вызвать ненужных подозрений и расспросов.
Доспех отпадает — слишком.
Разом заинтересуются все тайные службы города, начнут вынюхивать, и всё такое…
Под доспехом у него была мягкая с длинным рукавом форменная кофта и плотно облегающие ноги штаны. В этом в город тоже не зайдешь. Засмеют. Потом хоть во что наряжайся, всё равно будут тыкать пальцем и посмеиваться. А в таком городке, как Рупет, весть о чудаковатом главе Братства разлетится вмиг, а вот этого совсем не надо.
Коротко посовещавшись, решили, чтобы Гунт шел к городу как есть, в полной броне. Там они с Марком подождут Солрса где-нибудь в ближайшем лесочке, он зайдет в городок сам, выберет в лавке что-нибудь подходящее Гунту по размеру и отнесет ему.
А потом Гунт и Марк, заплатив необходимую пошлину, спокойно пройдут через пост. Это обязательно. Чужак без жетона, что выдают на посту, в любом селении вне закона.
* * *
— Это и есть та самая застава при входе в город? — тихо спросил Гунт у Марка.
Тот кивнул, наблюдая за удаляющимся Солрсом.
В ожидании его, они притаились за деревьями невдалеке от дороги, метрах в ста пятидесяти от двух каменных домишек и бревенчатого шлагбаума между ними.
К шлагбауму через лес вела хорошо укатанная дорога, по которой и шел сейчас здоровяк.
За заставой просматривался широкий мост, упирающийся в распахнутые настежь железные ворота трехметровой высоты. Мост был перекинут через заполненный водой ров, который опоясывал городскую стену по кругу. Стена была сложена из толстых горизонтальных бревен и возвышалась примерно на пятиметровую высоту.
Возле шлагбаума видна городская стража, состоявшая из крепких коренастых воинов числом не больше десяти. Чуть в стороне, в тени раскидистого дерева расположился чиновник, восседавший на деревянном стуле с прямой спинкой и массивными подлокотниками. Желтые одежды говорили об его особом статусе и полномочиях. Перед ним низкий столик, чернильница и перо.
Завидев Солрса, идущего к шлагбауму, воины без суеты распределились между собой, разбившись на тройки, один вышел навстречу и встал перед бревном, перекрывающим проход.
Чиновник заинтересованно привстал в своем кресле, чтобы получше рассмотреть идущего к ним путника.
Солрс подошел к встречавшему и, остановившись от него в двух метрах, перекинулся с ним парой слов. Стражник указал рукой на чиновника и отошел в сторону, пропуская здоровяка.
Марк, внимательно наблюдавший за тем, как развиваются события, сообщил:
— Всё, сейчас он оплатит пошлину, получит жетон и пройдет в город, а нам остается только ждать. Главное, чтобы он успел вернуться до закрытия врат, а то придется ночевать в этих кустах.
Гунт и Марк отошли ещё чуть дальше от дороги и укрылись в густой листве.
Мимо них то и дело проходили небольшие караваны и одинокие путники, спешившие в город. До закрытия основных ворот оставалось еще часа три или около того, так что Солрс обязательно должен успеть.