Его чужая жена (СИ)

На удивление, он меня послушал, покинул салон спустя минуту и подошёл ко мне. Я, протянув руку, нажала на кнопку блокировки, не отводя от соседа глаз. Его взгляд заметно прояснился и стал более осмысленным. Он словно понял всю серьёзность ситуации, на миг мне показалось, что ему стыдно, но он быстро сморгнул с лица это выражение, вернув ему былое равнодушие.
— Спасибо, — произнёс он, когда я протянула ему ключ.
В сумке завибрировал телефон, и мне пришлось разорвать зрительный контакт с протрезвевшим соседом. Оглянулась на свой подъезд, там меня уже ждала машина такси, поэтому я быстро, не говоря ни слова, пошла прочь с парковки. Думаю, слова здесь были не нужны. Он итак понял, что был не прав, садясь за руль в таком состоянии.
Глава 2
Сейчас
Иду, медленно перебирая ногами и разглядывая узоры на асфальте. Домой возвращаться совершенно не хотелось, поэтому брожу по парку уже пару часов, а то и больше. Начинает накрапывать дождик, он хоть и тёплый, летний, но промокнуть под ним нет никакого желания, поэтому ускоряю шаг, и уже через десять минут подхожу к дому с лицевой его стороны.
Перепрыгивая лужи, внимательно смотрю под ноги и вижу сиротливо лежащий на тротуаре чёрный мужской бумажник. Оглядываюсь по сторонам в поисках владельца, но вокруг — никого, похоже, не я одна испугалась дождя. Нужно бежать под крышу, иначе вымокну насквозь, но рука сама потянулась к потерянному кем-то предмету. Жалко будет, если чье-то добро намокнет.
Открываю бумажник в надежде найти хоть какие-то координаты владельца, и мне везёт, натыкаюсь на паспорт, пролистываю его сразу на страничку с регистрацией. И, если растеряша живёт по месту прописки, то он — мой сосед. Вприпрыжку добежала до соседнего подъезда и стряхнула с себя капли, поежившись от неприятного касания к спине промокшего сарафана.
Набрала номер квартиры на панели домофона и принялась считать про себя. Если мне не откроют дверь, когда я досчитаю до двадцати, со спокойной совестью пойду домой. Но не успеваю произнести "девятнадцать", как динамик закряхтел, и из него раздался мужской голос:
— Слушаю, — резкий, недовольный, как будто я отвлекла его от чего-то очень важного.
— Я нашла ваш бумажник, — поспешила ответить, пока этот сухарь не бросил трубку, в динамике — шуршание, наверное, проверяет наличие обозначенной мной находки по своим карманам.
— Буду вам очень признателен, если подниметесь на двенадцатый этаж, — его голос немного смягчился.
— Хорошо, — согласилась я, и динамик щёлкнул, разрешая мне продолжить путь.
И только в лифте я догадалась посмотреть, кому же принадлежат найденные мной документы. Ковалевский Михаил Николаевич. Тот самый сосед, которого я когда-то отговорила садиться пьяным за руль.
Едва двери лифта разъехались в стороны, и я ступила на двенадцатый этаж, дверь в одну из квартир отворилась, и на пороге я увидела полуобнаженного парня, прикрытого лишь полотенцем, обвязанным вокруг бёдер. Узнала его сразу, даже несмотря на то, что ни одного признака алкогольного запоя, искажавшего его внешность тогда, три года назад, сейчас не было. Высокий, его рост я разглядела ещё в первую нашу встречу, широкоплечий и подтянутый, с прорисовывающимися кубиками пресса и развитыми мышцами груди и рук, он был похож на профессионального спортсмена. Не то, чтобы я была знакома хоть одним из них и видела их спортивные тела вблизи, но на ум пришло именно это сравнение. Внимательный, изучающий взгляд застыл на моем лице, небрежная щетина за эти годы превратилась в аккуратную ухоженную бороду, которая отлично гармонировала с чертами его лица и модной стрижкой. На вид ему не больше тридцати, а тогда он мне казался старше.
— Бумажник, — протянула руку, но он сделал шаг назад, открывая дверь шире.
— Проходи, — отступил в сторону, чтобы я могла пройти мимо него в квартиру.
Сомневалась всего пару секунд, опустив руку с бумужником вниз, и все это время сосед, прищурившись, наблюдал за мной. Интересно, узнал ли он меня?
 
— Иди пока на кухню, я надену что-нибудь поприличнее, — указал мне рукой направление, захлопнув дверь, взял из моих рук свой бумажник и скрылся в глубине квартиры.
На кухне сразу направилась в сторону окна и, опираясь ладонями о подоконник, уставилась на лесопарк, раскинувшийся за нашим домом. Все-таки, с третьим этажом мы с Лешей прогадали, нужно было покупать квартиру выше. С двенадцатого этажа открывался шикарный вид на город, и, если приглядеться, в ясную погоду можно, наверное, увидеть противоположную его окраину. Дождь продолжал поливать улицы, но с такой высоты почти не было видно залитых водой дорожек и тротуаров, зато было интересно наблюдать за колышащимися от ветра макушками деревьев.
— Спасибо за бумажник, — вздрогнула от неожиданности и повернулась. Сосед стоял, облокотившись о косяк, одетый в спортивные черные шорты и такого же цвета футболку. На лице — непроницаемая маска, непонятно, о чем он думает, так пристально меня разглядывая. — Давай, хоть чаем угощу, в знак благодарности? — я кивнула, и он, покачивая бёдрами и приковывая к себе моё внимание, зашёл на кухню.
Нужно отвернуться, думала про себя, но взгляд, словно приклеенный, следил за каждым его движением. И он, будто чувствуя это, периодически оборачивался и ловил меня за подглядыванием, и даже в такие моменты я продолжала на него пялиться. Только его самоуверенная ухмылка немного привела меня в чувства и заставила отвести глаза.
— Как тебя зовут? — его низкий голос прозвучал очень близко, заставив моё тело напрячься.
— Оля, — ответила, не оборачиваясь и продолжая чувствовать его присутствие позади себя.
— Оля, — произнёс моё имя приятным барритоном. — Красивый вид, правда?
— Да, мне нравится, — на одном дыхании выпалила, когда он подошёл ближе и упёрся руками в подоконник, заключив меня в плен.
— Скажи, Оля, зачем ты здесь? — полушепотом, щекоча дыханием ухо, спросил.
— Бумажник… твой.. — сбиваясь, пробормотала, не понимая, чего он хочет.
— Только из-за него? — повёл носом по затылку, сделав глубокий вдох. — Промокла? Хочешь, я сниму с тебя мокрую одежду?
Я задрожала, когда он прижался ко мне сзади, оставляя руки расставленными по сторонам.
— Что ты делаешь? — нашла в себе силы спросить, но оттолкнуть и освободиться из его своеобразных объятий не было желания.
— А ты как думаешь? — потерся об меня сзади, и я стала задыхаться от нахлынувших эмоций и ощущения горячего возбужденного мужского тела рядом.
Разум кричал: "Беги", а тело млело от прикосновений чужого мужчины. Он, склонившись, зарылся лицом в мои волосы, опаляя кожу горячим дыханием, от чего я перестала соображать что-либо вообще. По спине побежали мурашки от ощущения его горячего тела сквозь влажную ткань моего платья. Пальцами провел по голой коже рук, от плеча до пальцев, переплётая их со своими. У меня перехватило дыхание, и мне уже было плевать на то, что это неправильно, что я сейчас должна быть дома, что рядом со мной совершенно незнакомый мне человек, именно в этот момент мне было жизненно необходимо его присутствие рядом, его уверенные ласки, мне было нужно чувствовать себя желанной. И я готова была на все, только бы он продолжал так меня касаться.
— Позволишь? — его руки, пробежавшись по бёдрам, подхватили подол короткого сарафана и потянули вверх, я не стала сопротивляться, прикусила нижнюю губу в предвкушении и приподняла руки.
Секунда, и я стою перед ним в одном нижнем белье. Перекидывает мои волосы через плечо и оставляет на шее лёгкий поцелуй, меня начинает трясти. Я вцепилась пальцами в подоконник, чтобы удержать равновесие, когда почувствовала его пальцы, расстегивающие застежку лифчика.
 
— Ты же не против? — спускает лямки вниз по плечам и берет меня за руки, позволяя лифчику упасть на пол, поворачивает меня лицом к себе и впивается в губы.
Я цепляюсь за его плечи, прижатая ягодицами к подоконнику, а он, крепко сжимая мою талию, буквально впечатывается в меня, не оставляя никакого пространства между нами. Каждой клеточкой чувствую его желание, и тело отзывается на него сдавленным полустоном.