Гений среди растений (СИ)
И не едут.
— Да сколько можно? — она бросила взгляд на часы. С момента заявки шестой час пошёл, чем можно всё это время заниматься? — может, их поторопить немного?
— Я бы не стал, — отозвался Глас. — Ты сейчас в центре внимания всех подряд. Любое неправомерное действие — и все всё узнают.
— И что теперь?! Сидеть в грязи и хватать зиверт за зивертом?!
— Ты могла бы связаться со своими друзьями. Попросить у них временно приютить вас.
— Не у кого просить. Сам знаешь, один не светится, а второй…
Она судорожно выдохнула, остро жалея, что не курит, а через маску особо не подымишь. Лиса нет. Больше нет. А то, что от него осталось, сейчас допрашивают в министерстве. Никак не среагировала. Возраст такой — ты стесняешься грусти и печали до слёз, почитая их слабостью. Злости бы… Да на кого? На «чистовиков»? Да кто ж их, сволочей любит, исполнителей безвольных. На тех, кто ими командует? Ну, сегодня она пообщалась с одним таким — усталый до невозможности дед, в глазах которого ни воли, ни жизни. Его ненавидеть?
Но так действительно сидеть бесконечно нельзя. Рано или поздно комбез исчерпает ресурс и сам превратится в источник заражения. Не свинцовый доспех чай, он не предназначен для длительного пребывания в опасных зонах — перебежать по улице до работы и обратно. Час-два в худшем случае. Потом очистка. Не шесть часов!
По протоколу должно быть просто. В случае утечки и реакции необходимо отключить установку, пройтись по горизонтальным поверхностям тряпочкой с дез-смесью — там, помимо прочего, ингибитор реакции. Пары минимальной концентрации допустимо отправлять в домашнюю вентиляцию, так как на выпускных клапанах фильтры, и большую часть заразы отловят. Потом прибудет спец, всё починит, даст добро, и можно будет снимать костюм. Разумеется, предварительно прошерстив со счётчиком Гейгера каждый угол капсулы на предмет остаточного заражения.
Но это по протоколу. Фактически же — не едут. Она машинально проверила статус заказа: в очереди. Местком, по идее, управлял только одним домом. Фактически же соотношение «местком на дом» соблюдалось в лучшем случае в центре и в новостройках, агломерации типа этой справлялись как могли. Отсюда и…
— Диня, голодный? — мальчик кивнул, и она протянула ему протеиновый батончик. — Ешь аккуратнее, не вдыхай.
Мальчик кивнул, а она задумалась. При всей неприязни к Гласу и его изобретениям, говорил он по существу. Возможно, есть смысл попробовать перекантоваться где-нибудь ещё? Ещё часа четыре — и оба защитных комплекта можно утилизировать. А запасных нет. Их нужно заказывать, надеясь уложиться в квоту — штрафы к рейтингу дают о себе знать — и тот же местком должен доставить. Когда-нибудь. В духе починки кондиционера, блин.
— Ладно, я не могу никуда залезть, но ты-то можешь? — спросила она у Гласа.
Тот помолчал немного, видимо, сомневаясь. В итоге ответил всё же:
— Залезть не проблема. Но что именно ты хочешь чтобы я сделал? Передвинул твой заказ наверх? Добавил ему приоритета?
— Не смешно. Даже мне понятно, что это слишком заметно. Просто посмотри статус заказа и сколько людей передо мной.
— Секунду, — в наушнике щёлкнуло. Лера прислушалась, пытаясь уловить хотя бы намёк на треск клавиш, но внутри совершенно не мешающего наушника царила лишь мёртвая тишина.
— Надо было уточнить, что там с его зарядкой, — спохватилась она. — А ну как батарейки сядут в самый неподходящий момент?
— Лера, а что значит МТО? — оторвался от комма Диня. Машинку тоже предстоит надраить.
— Что? — очнулась от раздумий она.
— МТО. В новостях пишут, что возможны перебои с поставками из-за диких на юге.
— Материально-техническое обеспечение, — автоматически ответила Лера. — Средства индивидуальной защиты, инструмент и так далее.
— А… Это то, чем должны были починить нам кондиционер? Поэтому никто не едет?
— Нет. На случай вызовов у месткома всегда существует резерв. Ты что там за чернуху смотришь вообще? Дай комм.
— Новости, говорю же, — мальчик попытался было спрятать аппарат, но она была быстрее.
Присмотрелась. Ну да, новости. Тот самый, официально одобренный. Правда, в комментариях там творилось такое… Их малец и читал.
— Отдай, — слабо заспорил он. — Мне и так скучно.
— Мне тоже, знаешь ли, — огрызнулась Лера. — Я бы сейчас фильм посмотрела. Или музыку послушала. А не сидела тут в уличном. Ну где там Глас?
— Здесь я, — отозвался собеседник. — Ты первая в списке. Но с пометкой LR, которую обычно ставят неблагонадёжным.
— Эй! Какое «неблагонадёжный»?! Семьдесят шесть пунктов!
— Шестьдесят шесть. Минус десять за порчу домашней собственности.
— Докатилась, — сознание, будто помимо воли, тут же прикинуло количество кляуз, жалоб и проявлений позиции, разделило на количество — и завыло. Для простого возвращения своего потрудиться предстояло… — Но раз первая.
— Поправка. Только что бригада выехала на заказ сразу за твоим.
— Да они там совсем офонарели, что ли?! Какой у них там адрес?
— Ты же не собираешься идти туда драться?
— Нет. Но хотя бы потороплю.
— Жди. Это лучшее, что ты можешь сейчас сделать.
— Да сколько можно ждать уже?! Время первый час. Не ложиться же спать в таких условиях?
— Дикие ложатся — и ничего.
— Рада за диких, — фыркнула она. — А я планирую детишек — и не уродов, а генетически нормальных.
— Если дело не выгорит, никаких детишек тебе не светит.
— Да выдадут тебе бункер, не беспокойся. Разве что моей пользы здесь не особо…
— Ты будешь жить. С детишками. Это ли не польза?
Глас определённо недоговаривал. Что-то стояло за его выбором конкретно её кандидатуры. Мог взять кого угодно — для работы говорящей головой не нужны ни навыки, ни интеллект выше уровня табуретки. Тогда почему она? Но спрашивать… Сейчас других проблем хватает.
И — видимо, в качестве ответа — тут же заверещал домофон: прибыли мастера.
— Показывайте, хозяюшка, — пробубнил из-под маски первый, пока второй сноровисто достал счётчик и хмурился потрескиванию из-под маски. — Что у вас там?
Явились, не запылились.
— Всё в заявке, — кивком приказав Дине спрятаться в комнате и не отсвечивать, она повела первого мастера на кухню.
— Вскрывали? — будто уличив её в чём-то непристойном. — Что же вы так, Валерия? Взрослая же девушка.
«Ой, да захлопнитесь вы к чёрту! И так ехали полгода, а рот свой открывают! Доиграетесь — и я вам устрою внеочередную проверку! Тише, тише. Ты не Глас. Всё, спокойно. Выдыхаем. Это ему можно хамить в глаза чинам и ничего за это не получить. А ты получаешь строго то, что заслужила. Выдыхай».
— Чинить будете?
— Будем, конечно, — хмыкнул второй, спрятав счётчик, — но сначала…
Он многозначительно постучал согнутым указательным пальцем по комму — явно намекая на проставленную оценку. Смешно. Раньше бы почесал подушечки указательного и среднего о большой или щёлкнул бы себя по кадыку. Время идёт, а люди не меняются.
— Никаких «сначала», пока я не увижу работающую установку, — всё, ловить прорвавшееся раздражение поздно. Минус ещё два балла. Чёрт, чёрт.
— Ну как знаете, гражданочка, — ответил второй, снимая со спины рюкзак с инструментом. — А могли бы по-людски.
Первый посторонился, безбожно пачкая грязной одеждой и без того не самые чистые стены. Это тоже мыть. И всё, что после них, мыть — ни одна скотина не догадалась ополоснуть обувь в тазике со смесью.
— Работайте, — велела она и ушла в комнату.
Хотелось кого-нибудь прибить. Или наорать. Но сегодня она слишком хорошо убедилась, как ценит государство лояльных граждан, а как относится ко всем остальным.
«Может, и не стоит их всех спасать, — всплыла крамольная мысль. — Пусть выжигает солнышком».
И тут же затрясла головой, выгоняя пакостливые идейки. Нельзя. Они все тоже люди. И так же, как она, имеют право на шанс выжить. Как бы ни старались испортить впечатление о себе.
— Я не хотел бункер, — непонятно с чего ожил Глас. — Он мне не нужен.