Гений среди растений (СИ)
«Ну да, где тебе, скандинавской харе, понять. Не дышал нуклидами, не трясся от страха, слыша, как ломают соседнюю дверь. Действительно, почему это я к властям не обратилась?»
У федерации наблюдались крупные проблемы с математикой. Они умели отнимать и делить. Вот с прочими действиями… И, спрашивается, зачем прогибаться под непонятного крикуна из сети, если можно присвоить его наработки и выступить спасителем мира?
— Прошу, — Ахабс приглашающе махнул рукой в сторону раскрывшихся дверей. — Нам на верхний этаж.
Хитрая система. Здесь, как и в основной части центра, первый этаж либо не задействовали вовсе, либо залили бетоном наглухо, создавая подушку-фундамент. Потому вместо входной двери прямо с улицы курсировал сквозной лифт со всеми удобствами.
Места хватало и на двоих, и на пятерых в случае чего — стоявший поодаль швед с неудовольствием прикрыл глаза, а Лера с буддийским спокойствием услышала знакомый шум разбрызгивателей. Сверху хлынула дез-смесь, облегчённая, домашняя версия — больше для контроля, чем для действительно чистоты. Если хлопья полезут — лифт встанет, механизмы переключатся на промышленный концентрат…
Смесь отключилась, ей на смену пришёл тёплый ветерок, легко высушивший одежду. Так что к моменту, когда кабинка добралась до мансарды-2, оба человека внутри были чистыми и сухими.
Сложно сказать, чего она ожидала, направляясь на переговоры. Может быть, строгих кабинетов, служек с мёртвыми глазами, бегающих по пропахшим хлоркой коридорам, суровой охраны… Но не того, что двери откроются прямо в круглый зал с панорамным окном и телевизором на противоположной стене. Вокруг стола в непринуждённых позах расселись люди, половину из которых она вполне себе узнала — люди из ящика, из новостей.
Министр. Тот дядька из Новосиба — надо полагать, ведущий астроном Федерации. Представитель ООН по правам человека. Помимо них в комнате заседали два американца, судя по стоящему перед ними звёздно-полосатому флажку, и собственно Лера и Ахабс.
— Я агент Ка, — подал голос министр. — Сегодня я проктор аттестации соискателя и председатель заседания в случае успешного прохождения. Давайте начинать. Милочка, вам не нужно что-нибудь? Воды, карамельку, таблеточку для спокойствия?
— Аттестации? — растерянно переспросила Лера.
— Успокойся, — щекотнул ухо бестелесный голос. — Это я беру на себя. Просто повторяй за мной.
— Может, мы просто узнаем про квантовый компьютер, — один из американцев, сухой, с прямой как жердь спиной, покачал головой, будто разминаясь. — У меня сегодня ещё куча дел.
— Джулай, я узнавал ваше расписание, — скрипнул министр. — И кроме очередной попытки вытащить племянника из расследования, на сегодня у вас ничего не запланировано. Ещё возражения есть? — он обвёл взглядом собравшихся. — Нет? Тогда начинаем. Соискатель Роза… просто Роза утверждает, что обладает нужными компетенциями и ресурсами для расчёта минимизации последствий солнечного кризиса-2. Соискатель?
— Я, — хрипло откликнулась Лера.
— Возможно, у вас есть уже научные труды на нужную тематику.
— Труды?
— Исследования, — терпеливо пояснил Ка. — Патенты. Статьи. Если есть, то мы можем опустить аттестацию.
— На деле есть. Но зачем им знать? — усмехнулся Глас. — Но они пока не догадываются, зачем мы на самом деле здесь собрались.
Лера отрицательно покачала головой.
— Хорошо. Первый вопрос…
* * *
Да, это было слишком просто. Сдача экзамена с наушником в ухе — классика жанра. Хотя не оставляло впечатление, что захоти она нагуглить решение хотя бы одного вопроса…
— Аттестация успешна, — наконец, закончил допрос министр. — Поздравляю, соискатель, вы достаточно компетентны, чтобы подписать договор намерений.
— И когда мы увидим ваш так называемый «компьютер»? — едва дождавшись окончания экзамена, тут же влез лысый дядька в свитере с кожаными вставками. — Вы же привезли его с собой, так?
— Извините, Лев Денисович, но не нужны никакие компьютеры, чтобы понять: все мажорные решения — это бред пьяных идиотов, — начал Глас. — Сейчас вас должны интересовать не расчёты, а вероятностный анализ, который я вам и предоставлю.
— Надо полагать, вы дока не только в солярологии, но и в вероятностном анализе? — хмыкнул лысый Лев Денисович.
— А как же. Считаю я определённо лучше вашего. Смотрите, — Лера коснулась комма, и телевизор включился, на нём ворохом чертежей запестрели какие-то графики, напрочь ей непонятные. Но Глас рёк, и она рекла за ним. — На основании того, что ВЫ знаете о Солнце, достаточно выстроить простенький вероятностный график с учётом каких-то семнадцати переменных. Перечислить их?
Учёный зашевелил губами, складывая пальцы, помолчал. Но возразил в итоге:
— Почему семнадцать? Я насчитал всего пятнадцать!
— Ещё влияние тёмной материи и ингибиция термоядерного синтеза, — подсказал Глас, и учёный смолк, согласно кивнув. — Так вот. На текущий момент наиболее простым выходом из ситуации является повторный блэкаут. Полностью управляемый.
Присутствующие зашумели, переглядываясь.
— Абсолютно исключено! — взорвался Джулай. — Мы не можем позволить себе ещё один «день солнца»! Каждые сутки простоя биржи стоят миллиарды! А что делать с «эвтанази», безвылазно сидящими в виртуале? А с людьми на искусственных почках и лёгких — ваша, между прочим, заслуга!
— Смотрите цифры сами. Простой график в семнадцатимерном пространстве. Ерунда для КК, но определённые сложности для ваших машин. Заметьте, я не пытаюсь говорить вам, что делать, я всего лишь отвечаю на вопрос — поможет ли то, что вы сами придумали.
— Да кто ты такой? — не выдержал второй американец. — С чего ты явился непонятно откуда и думаешь, что мы станем тебя слушать?
— Кто я такой? — картинка на экране сменилась россыпью отсканированных листов с патентными записями. — У меня много имён. Но лучше всего вам пусть говорят мои достижения. Механизмы биржевого прогнозирования — позапрошлый год. Обработка биг-даты внеполитического спектра — десять лет по текущий, патент возобновляемый. «Хавок», на котором вы прилетели, уважаемые Джулай и Уилсон, построен с использованием уточнений на основе моих моделей.
— Физик, теперь ещё математик, — проворчал министр. — Кто ещё?
— Аналитик, господин Ка. Это мой конёк. Кому как не вам знать, и вам, товарищ поверенный. Ибо алгоритмы допроса преступников…
— Пост-мортем, — прошептал Ахабс.
— Тайго, вы зря стесняетесь.
Лера застонала. Ну, разумеется. Максимум бездушности. И с ним она согласилась сотрудничать?! Ей как никогда захотелось вытряхнуть и раздавить наушник, выскочить за дверь и больше никогда, никогда не пускать в свою жизнь этого прохвоста!
Но что будет, когда собравшиеся здесь сильные мира сего узнают, что она — просто лицо тандема? Нет, терпеть.
— На текущий момент управляемый блэкаут — это не самый плохой выход, — между тем продолжил Глас. — Потому что ничего вы солнышку не сделаете.
— Но позвольте! — крикнул Уилсон. — Наши новые CSTM-ракеты несут на борту достаточно…
— Недостаточно. Вы из военных, господин Уилсон? Так хочется жахнуть, да? Посильнее. Погасить взрыв взрывом. Нет, идея хороша. Но нет у нас достаточно мощи, ваша бомба крохотная даже по меркам Земли. А чтобы Солнце утихомирить — нужно саму Землю туда кидать. К тому же, как уже было сказано, антивещество — не самый эффективный ингибитор термоядерной реакции. С бегством и бункерами — всё понятно. Ну а про строительство щитов я уже не говорю.
Присутствующие в комнате обменялись понимающими взглядами — должно быть, поклонников «щита» здесь действительно не было.
— Джулай прав, — прервал монолог Гласа министр, — мы действительно слишком сильно зависим от электроники, чтобы отключать её даже на день. Нужно другое решение.
— А оно есть.
— Помимо предоставления квантового компьютера? — потёр ладошки Ахабс.
— Помимо его документации, чертежей и технологий. Строить будете сами, — уточнил Глас. — Свой я вам не отдам. Но к вопросу о спасении…