Все темные создания (ЛП)

— На самом деле, я тебе не нужен.
— Конечно, нет, — отвечаю я. — Но мы оба быстрее вернёмся в свои постели, если ты перестанешь вести себя как негодяй.
Кириан смеётся сквозь зубы.
— Говорю же, ты на самом деле не нуждаешься в моей помощи. — Продолжает вести меня в темноте. — Смотри. Разве ты не заметила?
Я следую за его взглядом, указывающим куда-то вглубь леса. Останавливаюсь на мгновение, прислушиваясь к любому движению, но вижу лишь деревья, их ветви и корни, и папоротники, растущие по углам. В тишине леса единственное, что нарушает спокойствие, — это отдаленный шум от гальцагорри.
— Чего именно? Я ничего не вижу.
— Посмотри внимательнее.
Я снова пытаюсь всмотреться, и мы вновь погружаемся в молчание. Чувствую дыхание Кириана на своей шее.
— Разве ты их не видишь?
Мурашки пробегают по моей спине.
— Их?
Его мягкий смех вырывается из горла, когда он улавливает страх в моем голосе.
— Гауарги, — наконец говорит он. — Обрати внимание на землю, кору деревьев, ветви, поверхность ручья…
Я ищу глазами указанные места и нахожу только огоньки. Десятки ярких, крошечных огоньков. Светлячки. Раньше я думала, что это просто светлячки.
— Что такое гауарги?
— Ты знаешь, — отвечает он и снова кладет руку мне на спину, продолжая путь. Теперь я гораздо внимательнее к этим огонькам, которые, оказывается, движутся. О, черт… — Возможно, ты так сильно старалась, что в конце концов все забыла, но… ты знала.
Огоньки движутся вместе с нами. Я замечаю, что они образуют четко обозначенную дорожку. В темноте я могу видеть ее границы, пределы, в которых мы движемся.
Я пытаюсь замедлить шаг, наклониться к одному из огоньков на ближайшем стволе, и он отскакивает; прыгает.
— Что это такое? — спрашиваю, с восхищением.
Я даже не пытаюсь скрывать свое удивление, притворяться, что действительно все забыла и мне нужно только освежить память, или что я вру из-за чего-то такого волшебного, такого языческого. Мне нужно знать. Я хочу, чтобы он рассказал.
— Это добрые духи.
— Добрые духи? — переспрашиваю я.
Я не могу удержаться, наклоняюсь. Протягиваю руку и… один из огоньков убегает.
Ясно, что это не светлячки.
— Не тревожь их, — укоряет меня он, но я слышу в его голосе мягкость, которой там не было раньше. — Они помогают заблудившимся путешественникам. Они показывают тебе дорогу домой.
— Почему?
— Они пожалели тебя. Возможно, из-за всего этого жалкого представления с гальцагорри или из-за этой розовой мерзости, что на тебе надета.
— Лаванда, — поправляю я его, слишком отвлеченная огоньками, чтобы ответить как следует.
Я не смотрю на него, но, тем не менее, могу представить его улыбку в темноте.
— Гауарги? — спрашиваю я.
— Гауарги, — подтверждает он.
И я продолжаю идти, позволяя этим существам вести нас обратно к садам, пока, среди деревьев, не замечаю очертания дворца.
Они привели нас гораздо быстрее, чем это сделал до этого Кириан.
Духи выходят из темноты леса и устремляются в сады. Огни дворца приносят мне облегчение, которое, однако, длится недолго, когда я понимаю, что сильно отклонилась от главной миссии, что моя личность оказалась под угрозой, и что Лира не приняла бы помощь духов и не оставила бы это просто так, какими бы добрыми они ни были.
Какими бы особенными они ни были.
Я сглатываю.
Отстраняюсь от Кириана и начинаю идти с решимостью, игнорируя огоньки.
— Предполагаю, что ты сообщил властям о духах леса.
Кириан фыркает у меня за спиной.
— Лира…
— Языческая магия, в нашем дворце…
— Языческая магия есть везде.
— Но не так, не так близко, так… безнаказанно.
— Безнаказанно? — Он выпускает презрительный смешок. — За какие преступления, по-твоему, должны ответить гауарги, которые привели тебя домой?
Я провожу языком по губам. Не знаю, понимают ли существа, что я говорю. Надеюсь, что нет.
— Нужно сжечь весь лес, — фыркаю я.
Кириан не отвечает. Он держит при себе то, что хочет сказать, но идет за мной следом. Хорошо. Мне нужно, чтобы он был зол.
Я поворачиваюсь к нему.
  
— И перестань меня преследовать.
— Что?
— Откуда ты знал, что я была у Фонтана Слез? Перестань следить за мной, капитан. Думаю, я ясно дала понять, какими будут наши отношения с этого момента.
Кириан смотрит на меня с серьезным выражением, без тени улыбки или провокации.
— Ясно, — отвечает он.
И, на этот раз, когда я иду вперёд, он больше не следует за мной.
Сначала я ищу Дану и убеждаюсь, что во дворце не произошло ничего странного. «Какого рода странности?», — спрашивает она. Как, например, покрывало с моим лицом, самостоятельно спускающееся по лестнице, думаю я.
Мне повезло, что гальцагорри были осторожны.
Я возвращаюсь в свои покои, к постели без покрывала, готовая сдаться сну и как можно скорее всё забыть.
Однако, когда я выключаю свет, что-то яркое привлекает моё внимание из окна.
Там, на краю леса, несколько огоньков прокладывают путь, который теряется в темноте; путь на север.
И я задаюсь вопросом, почему.
Глава 4
Кириан
Территория Львов. Королевство Сирия. Королевский дворец.
— Перестань так на нее смотреть, — огрызается на меня Нирида.
Мои глаза устремлены на Лиру, но вовсе не по той причине, которую она может себе представить. Сегодня она опоздала, и по-прежнему бледна, с тёмными кругами под глазами, словно больна. Я отвожу взгляд и обращаюсь к капитану.
Нирида оделась по случаю. Она поправляет корсет, в котором я, кажется, ни разу не видел её раньше, и морщится, заметив мою улыбку.
— Ненавижу эту одежду.
— Ты даже не закончила одеваться, — замечаю я.
Хотя на ней корсет с изящной и элегантной отделкой, характерной для моды Королевства Львов, она не надела юбку, которая должна была идти в комплекте. Вместо этого она продолжает носить мужские брюки. Полагаю, полный наряд оказался для неё слишком.
— Закрой рот, — отвечает она и указывает на угол, где Лира беседует с Морганой. — Твоя принцесса сделала тебе одолжение, отвергнув твои ухаживания. Наслаждайся вечером. Выбери кого-нибудь, кто не знает твоей репутации, какого-нибудь незадачливого солдата или наивную девушку, и уведи её в те роскошные покои, которые нам предоставили их величества.
Короли вновь устроили праздник для капитанов, вернувшихся с войны, хотя с прошлого праздника прошло всего несколько дней. На этот раз мы собрались в другом, меньшем зале, который из-за своих размеров кажется ещё более перегруженным: картины на каждой стене, позолоченные панели, сложные изогнутые лепные украшения, огромные и помпезные зеркала, бюсты и статуи в каждом углу… Всё здесь старается показать богатство Львов.
— А какую наивную девушку выберешь ты, Нирида? — отвечаю я с поднятой бровью. — Чтобы для нас не было сюрпризов.
Она толкает меня локтем, сильнее, чем обычно, почти на грани агрессии. Тем не менее, она смеется и ждёт, пока официант с подносом, полным булочек и сыров, уйдет.
— Младшая дочь герцогов, ныне правящих в Лиобе, приехала, чтобы познакомиться с их величествами. Я беседовала с ней в Зале Солнца прошлой ночью. Кажется, она чрезвычайно увлечена солдатами и их военными историями.
— Как удачно для тебя, — отвечаю я.
Нирида снова улыбается. На этот раз, когда мимо проходит официант с подносом, она берет бокал игристого вина.
— И какая удача для неё, — добавляет она, вновь становясь серьёзной. — Забудь её, Кириан. По какой-то причине она устала; вероятно, нашла новую игрушку, которая забавляет её достаточно, чтобы не скучать по тебе, и это, вместо того чтобы ранить твою гордость, должно принести тебе покой.
— Я думал, что покой тебе кажется скучным.