Рубеж-Британия (СИ)

— Уходи! — Кричит Агни и рвётся помогать.
Отмахиваемся быстро, восстанавливаю аэродинамику, вырываясь из целого роя тварей. Уже в воздухе латаю дыры в кабине, ибо начинает задувать. Пять минут передышки, пока летающие всё больше отстают. И на радаре новая розовая точка обозначается, стремительно приближаясь к нам!
— А вот и второй генерал, — посмеивается Агнесса. — Зов предсмертный уловил, колонию под контроль взять хочет. — Ты как? Силы есть ещё?
— Да, — отвечаю неуверенно.
— Первый бой в новых доспехах, я думала рейд будет менее результативный, — слышу её спокойный голос в эфире, подлетая ближе. — Этого я ещё не встречала. Поэтому импровизируем.
«Стрекоза» размером с дирижабль, на полушариях башки по сотне глаз, лапы вниз свисают косами, по два крыла с размахом метров в тридцать, ещё и вибрируют с малой амплитудой, создавая звук, как у пропеллеров дирижабля.
И несётся она на нас не одна! А в окружении шести стай, прикрывающих её. Если учесть, что за нами ещё оргалидов сто увязалось летающих, нам не стоит ввязываться в бой со вторым генералом.
Только вот Агни этого я сказать не успел.
Бестия ворвалась в боевое построение с таким остервенением, какого не было, когда она первого Фиолетового рубила. Снеся троих тварей поменьше, она рубанула по перепончатому крылу гиганта. Клинок хоть и отскочил с будоражащим звоном, но тварь пошатнулась, сбившись с курса.
— Проверила просто, — прокомментировала Агни, уходя на короткий вираж.
Проверяю и я, подныривая под тварь и выставляя клинки вверх, дабы пропороть брюхо! Скорее меня самого сотрясло больше, чем генерала. Но осколки с брони посыпались добротно. Лапы, висящие у неё снизу чуток, цепляют меня. Кончики крыльев у мехара слетают, как миленькие! Ничего себе острые!
Агни вцепляется твари в голову, стремясь повредить как можно больше глаз.
— Прикрой! — Кричит попутно.
Облетаю «стрекозу» сверху и в меня сразу с двух сторон влетают мелкие твари. Вцепляются и пытаются грызть. Рву их прямо на ходу и встречаю новых.
Агни лупит по башке. А затем неожиданно вскрикивает! Вижу в чём дело! Одной ноги от колена у меха Агни нет! Стрекоза лапы вывернула острые и срезала её, как нож масло. Напарница успела отскочить, дабы не потерять обе. И напоролась на стаю охранения.
— Сама! — Слышу бешеное.
Ничего не отвечая, срубаю всё же тварь, уцепившуюся ей со спины, и падаю плашмя на спину главной «стрекозы». Понимая, что её нужно скорее посадить. А лучше чтоб разбилась.
Едва не соскальзываю, но успеваю ухватить за основания крыльев! Стрекоза вывернула лапы и теперь легко состригает у меня и крылья и движки, пытаясь быстрее добраться до тела. Только и вижу, как с обеих сторон куски ровно отрезанного металла уносятся по ветру.
А я тем временем, пробую руками голыми оторвать ей крылья или хотя бы повредить! Но ничего не выходит… пока у меня не возникает мысль! Вот бы когти, да поострее.
И они растут!
Стоит надавить, вгрызаясь в основание, как крылья тут же перестают вибрировать. Тварь больше не рубит Медведя лапами. Она начинает падать, но пробует вернуть контроль, стремясь поймать потоки воздуха и спланировать на посадку.
Почуяв кровь, рву ещё яростнее, вонзаясь глубже! Летим вместе, оседлал так оседлал. Но не всем такое нравится, мелочёвка пытается спикировать на меня. То и дело чувствую болезненные импульсы от ударов. Некоторые вцепляются в спину, елозят по броне.
Агнесса спешит следом и сшибает гадов с меня. Ногу так и не вырастила, да и не пытается, похоже. Благодаря ей с твари не слезаю до самого конца. И успеваю нарастить турбины с крыльями, потратив немало сил. Метров за двадцать до падения отпускаю монстра! Отталкиваясь, поддаю тяги и успеваю подготовить собственное приземление. С мощнейшим грохотом генерал падает и несётся дальше, оставляя в земле глубокую канаву.
Я лечу за ним и снова усаживаюсь на спину. Пока не очухался, примеряюсь к шее. Агнесса, срубая всех на пути летит за мной! И вскоре падает прямо перед остановившейся тварью. Как умудряется на одной ноге скакать, вообще не понятно.
 
— Я держу, руби! — Кричит, ещё не отдышавшись, и пробует склонить голову, навалившись всем весом.
Бью! Отлетает клинок, как от камня. Ещё раз! Только искры высекаются. А Фиолетовый вот–вот очнётся. Да и целый рой «стрекоз» ей на помощь летят.
Ничего лучше не придумал, как спрыгнуть к Агнессе и на лезвии клинка зазубрины сделать, превратив его в пилу.
— Что ты делаешь⁈ — Ахает Агнесса, когда прикладываю новое орудие к шее.
— Просто держи, — отвечаю и начинаю пилить! Быстро — быстро!! Как затвор пулемёта работает во время стрельбы.
Сперва не идёт, но вскоре острые, как бритва зубцы, делают своё дело.
Успеваю на треть подпилить, и в нас врезаются летающие. Агнесса прикрывает меня собой, отпустив башку. Главная тварь заелозила, вцепилась мне в ноги, но сил у неё не так много оказалось. Исполнила последнюю агонию, а потом голова повисла. Допилить не вышло. Несколько стай буквально обрушились на нас!
А затем стали друг друга жрать без разбора.
Выползли из кучи, как из муравейника. А до нас уже никому дела нет. Оргалиды дезориентированы! Потому что второго генерала прибили–таки.
Минут десять отдохнули, практически не шевелясь и наблюдая, как оргалиды сами начали поедать своего генерала, как только тот задымился.
— Всё, нет времени разлёживаться, — выдаёт вдруг Агни. — Надо Чернышову помочь.
Я и сам успел уловить в эфире до падения, что на севере под Бирмингемом серьёзный прорыв. И Синих слишком много.
Выдвигаемся!
  
Глава 22
 
Третья волна оргалидов
 
Летающих на небе поубавилось. Но наземные с моря всё идут! И нет им конца. То кучки видно отдельные, то целые волны друг за другом шествуют. Одна свора копошится в развалинах, другая по лесному пеплу шурует, третья несётся, будто за кем–то гонится. Только пыли больше поднимает. Впереди расчищенное пространство, изуродованное сражениями, дымятся трупы тварей. Многих, кто прорвался дальше, остановили. А эти свежие.
Похоже, третья волна на остров высаживается. Поглядеть бы, кто их там по океану переправляет! Но нет времени. Спешим к своим на помощь.
Летим на север, набирая скорость и высоту, попутно латаем мехаров. Эрений в браслете потух наполовину, но у меня ещё с собой есть!
Агни ногу восстановила плохо, чисто механизмы без листов брони сумела вытянуть. Зато клинки с крыльями заблестели новизной.
Новые наступающие оргалиды остаются позади. А мы, пролетев, относительно спокойную область, добираемся и до нового месива! Под крупным городом идёт драка, сам Бирмингем превратился в руины, дымит оттуда так, что небо над ним чёрное.
Выстрелы орудий и пулемётные трели не утихают. Земля разрывается всюду вместе с наступающими тварями, туш которых местами навалено так, что пройти невозможно. Солдаты держат ещё кое–какие укрепления, но большая часть их уже захвачена, там беснуются оргалиды.
Артиллерия подальше стоит, её в основном и прикрывают мехары. Три наших и три британских.
Главное сражение, где Чернышов увяз с тремя товарищами, ещё севернее. Прям под старым замком дерутся с двумя крупными оргалидами, похожими на многоножку и таракана, похоже, главами стай. Видно, что почти добивают их. При этом несколько истерзанных мехаров лежат неподвижно рядом с разбитыми тульскими орудиями. Оба наши!
Один мехар 120–мм пушкой орудует, прошибая тварь в упор, второй с «револьвером» прикрывает. Тульские изобретения как нельзя кстати, Синих уничтожают на ура. Обычному меху по-другому не победить.
Но мешает мелочёвка! Если для нас с Агни она не представляет большой угрозы, то для обычных боевых машин дюжина подкравшихся гадов — это катастрофа.
В эфире ругань и крики, мы даже не вмешиваемся. Чернышов так запыхался, что слов не разобрать. Хотя нет, разобрать можно, когда он видит наших исполинов.