Рубеж-Британия (СИ)

— Андрюха! — Воскликнул радостно. — Это свой!!
— Заставил же ты нас поволноваться, — слышу из кабины от Зотова вполне спокойное. — Ты где такого гиганта откопал? Папа Медведя твоего что ли? Ты сам как? Что случилось? Почему не отвечал?
Куча вопросов, как жужжание назойливых мух у уха.
— Мне не хорошо, братцы, — признался. — Все вопросы потом.
Я бы с радостью надел кольцо, как прежде и уложил бы исполина, чтобы легко сойти «на берег». Но во–первых, он не будет слушаться теперь. А во–вторых, если я надену сейчас браслет с двенадцатью частицами — определённо помру. Поэтому прошу своих товарищей:
— Помогите спуститься.
Насколько я обессилел понял, когда попытался вылезти из кабины по верёвке. Когда чуть не сорвался, меня подстраховал десантник и мехар. Кое–как спустили.
Примчал полевой врач, осмотрел прямо на земле, замотал головой. На носилках вынесли к проезжей части, куда прикатили повозку. На ней доставили до нашей медчасти.
Мне бы лучше до Корабля добраться, я это понимал. Но дорогу мне явно не перенести.
Лёг пластом на кушетке и потерял счёт времени.
Императрица примчала, похоже, на мехаре, судя по грозовой свежести с её мундира. Молодая взмыленная барышня вызвала у меня положительные эмоции, несмотря на хмурый вид.
Правда озадаченная рожа Зотова, возникшая на фоне смазала эффект романтизма.
— Ты как? — Первое, что спросила, подсаживаясь рядом на корточки.
— Получше, — ответил, пытаясь принять сидячее положение, что вызвало очередную волну боли в мышцах, а ещё головокружение до тошноты, от чего невольно скривился.
— Лежи, не вставай, — проворчала Настя.
Легко согласился. Посмотрел ей прямо в голубые, бесконечно прекрасные глаза.
Война войной. А пришла проведать.
— Видела его? — Спросил я.
— Мы показали, — обозначился Зотов. — Впечатляюще.
— Очень впечатляюще, — согласилась Небесная. — Но какой ценой? Зачем было так рисковать?
— Риска не было, — солгал.
— Хорошо, когда теперь ты встанешь на ноги? — Возмутился Зотов. — По приказу ставки мы отправили два звена ещё в полночь на усиление балтийского флота. Эту группу должен был возглавить ты. А не капитан Миронов, который даже дыма от органического льда не нюхал.
— Кость, — раздалось от императрицы с укором.
— Виноват, ваше величество, — ответил тот смиренно, отступая.
Императрица повернулась к врачу:
— У вас всё под контролем? Какой диагноз?
— Всё весьма сложно, ваше величество, — замялся мужчина. — Этот неизвестный науке частичный паралич мышц, возможно, это коснулось и внутренних органов. Такое впечатление, что Андрей Константинович упал с большой высоты. Это к слову о сотрясении. Мы делаем всё от нас зависящее, пока нет показаний к улучшению. В одном уверен: ему нужен покой.
Императрица тяжело вздохнула. И поднялась.
— Ваше величество, — обозначился я, понимая, как подвожу всех.
— Да, Андрей, — отозвалась, явно собираясь по своим важным делам.
— Я сегодня же восстановлюсь. Просто доставьте меня на Императорский остров к Пирамиде.
Намекаю ей на Корабль.
— Простите, князь, но вы не транспортабельный сейчас, — вмешался врач.
— Я выдержу. Пятнадцать минут в кабине меха — это не страшно. С вами влезу, ваше высочество. Вы крошечная.
Императрица смотрит с сомнением.
— В одной кабине двое? Я так никогда не делала, — ответила, но чуть поразмыслив, добавила: — хорошо. Готовьте носилки и возьмите людей, я подведу мехара ближе.
  
Глава 19
 
Покой нам только снится
 
В лежащий мехар меня подняли и уложили прямо на неё по моей же инструкции. Императрица поворчала немного, ощутив мой вес. Но когда пошли от казаков смешки да шуточки, быстро закрыла крышку, заключая нас двоих, и спешно подняла машину на ноги, дабы уменьшить давление.
— Ну и тяжёлый же ты, — прошипела мне в ухо.
— Раньше ты не жаловалась, — усмехнулся в ответ, быстро распоясавшись с ней наедине.
— Заигрываешь со мной? — Спросила с явной претензией. — А знаешь, со мной теперь половина генералитета заигрывает. Как тебе такое?
 
— Главное, чтоб слушались, — ответил.
— А куда они денутся, — произнесла императрица надменно.
И мы взмыли в небо.
С Настей в одной кабине прокатиться — удовольствие на грани. Потому что видит она из кабины, а не сливается с мехаром, как я или Агнесса. Ворчит по дороге, но сдержанно. А когда приземляемся прямо на второй пролёт ближе ко входу, спрашивает с тревогой:
— Андрей? Как ты?
— Намного лучше, — очередной раз солгал.
С нами в сопровождении ещё несколько мехаров, в том числе и Зотов. Вот он и руководит процессом моего изъятия из кабины. А ещё бурчит под ухо, когда вытаскивает:
— Ну бесстыжий, разлёгся на императрице.
— Кость, помолчи а, — выдавила Небесная, подталкивая меня в спину.
Кое–как дотащили меня до входа. Собрал все силы в кулак и прошёл дальше сам. Императрица за мной, Зотова оттолкнула, чтоб не лез дальше.
В шлюзе Интеллект сразу стал ругаться:
— Критическое состояние высшего лорда! Принудительный разрыв эрениевыми каналами! Повреждения тканей избыточным потоком! Перегрузка сознания! Портал в медотсек готов! Провожу срочную реанимацию!
Меня подхватило буквально воздухом и понесло к порталу. Такого в той части Корабля не было!
Он неожиданности Небесная вскрикнула, но двинула уверенно за мной.
— Медицинский ресурс индивидуальной динамической брони восполнен, — попутно доложил Интеллект, перемещая меня в новый отсек и укладывая на кушетку.
Похоже, без моей умной брони не обошлось. Как выяснилось, она реанимировала моё тело в кабине Медведя несколько раз. Плюс были потрачены все инъекции обезболивающего.
Вот так я со своей уверенностью, чуть не помер. Но всё же выполнил задачу.
Через три часа пробудился на кушетке в белом одеянии. Не думал, что увижу не только Небесную, но и сестру, которая пришла меня навестить.
Когда уселся на кушетке, Настя выдохнула с облегчением и даже заулыбалась.
А мне стало совестно от мысли, что ей вот заняться нечем, сидеть здесь три часа и смотреть, как я сплю.
Не успел опомниться, сестра подсела рядом, приобняла и прислонила щёку к плечу.
— Совсем не жалеешь себя, братик, — прокомментировала тихо, но с лёгким укором. — Никогда не делай ничего вперёд следующего Осознания. Избегай их наслоений.
— Должна быть передышка? — Спрашиваю, примерно понимая о чём она.
— Да, хотя бы немного. Но ты так спешишь.
— Времени нет, гибнут люди, — ответил ей.
Анна вздохнула, ничего не ответив. Прижалась ещё сильнее.
— Раз ты выздоровел, — обозначилась Небесная. — Нужно поговорить о задачах.
— Снова вы со своими задачами, мой брат чуть не умер из–за вас и не единожды, — проворчала Анна, впившись в императрицу взглядом. — Сколько это ещё будет продолжаться…
— Ань, — оборвал я строго.
— Так, поговорим в другом месте, — заключила Настя, поднимаясь. И совершенно спокойно реагируя на возмущения моей сестры.
Весь недуг, как рукой сняло. Но усталость всё же присутствовала. Интеллект предлагал мне полную реабилитацию со сном в восемь часов, как положено. Но ещё до введения в анабиоз я установил строгие рамки и приоритеты. Времени разлёживаться нет.
Вскоре мы с Настей покинули Корабль.
Снаружи я впервые обратил внимание, что на пирсах Листвянки появились боевые корабли. Целая эскадра из четырёх средних броненосцев. Вдалеке рассмотрел и сторожевые корабли, густо коптящие небо.
— По всей Империи объявлено военное положение, — пояснила Настя.
Обратно до полигона в Ангарске вёл её мехара уже я, позаимствовав кольцо и взяв её в роли пассажирки. Ей так больше понравилось, особенно, когда предложил ей накрыть мои ладони своими. Вот тогда–то она и поняла, что значит слияние с боевой машиной.
Не думал, что выйдет так гладко. И когда пожелал, всё получилось.