Агентство "ЭКЗОРЦИСТ": ALBEDO (СИ)
- Чего ты ждёшь? – ласково спросил Барберини. – Не веруешь в Бога? Не уважаешь католическую церковь и власть Папы Римского? Может, ты такой же еретик, как твой отец, и хочешь разделить его участь?
Так, провокация! Понятно… Мне едва удалось сдержаться, так как ненависть буквально захлестнула меня. Пока я стоял, сгорая в её пламени, кардинал продолжал:
- Вижу, ты такое же заблудшее отродье, как и он. Жаль, тебя не отправили на тот свет вместе с ним. Подобные вам недостойны топтать землю, ибо вам уготован ад!
Барберини откровенно нарывался. Видимо, я всё же должен был прикончить его. О, я с удовольствием сделал бы это! Если это всё, что нужно, чтобы получить элементаль земли, то дело и выеденного яйца не стоит.
- Твоя мать была не лучше, - заявил, вздохнув, кардинал. – Её душа тоже горит в пламени Преисподней. Если не одумаешься и не уверуешь, как положено доброму флорентийцу, отправишься туда же!
В моей руке появился гудящий от напряжения меч. Лезвие испускало холодный белый свет.
- Пади же на колени и раскайся, чернокнижник! – повысил голос Барберини, не обращая на это внимания. – Откажись от колдовства и помощи ада и спаси свою душу! Сделай то, чего не смог твой жалкий, презренный отец! Он был грешником, и участь его незавидна! Но у тебя ещё есть шанс!
Стоп! А почему этот тип говорит о моей прежней жизни?! Откуда ему знать… Похоже, пространство зиккурата не имело привязки к определённой реальности, и моё прошлое оставалось моим, невзирая на то, что я начал новую жизнь. А это означало, что… я нахожусь в точке, откуда можно попасть, куда угодно! В том числе, и в родной мир! От такой перспективы аж голова закружилась. Не то чтобы я собирался возвращаться… Нет, прошлое осталось в прошлом. Да и не осталось там ничего, что меня влекло бы. Но сам факт! Возможность пересекать границы миров! От такого дух захватывало! Вот только как этому научиться…
Мои мысли прервал Барберини.
- Если дело в том, что ты обижен на церковь за то, что она отняла у тебя отца и стала невольной причиной смерти матери, - вдруг проговорил он, - а затем и тебя сожгла, то прости. Всё это делалось во благо. Откажись от ненависти и открой сердце Богу!
Так… Похоже, дело было не в убийстве священника! От меня требовалось… ПРОСТИТЬ!!! Ха! Мне даже стало смешно. Как можно забыть обо всём?! Нет, это нереально! В памяти возникли образы мамы и папы в последние минуты их жизни. И ненависть всколыхнулась с новой силой!
- Подойди же и поцелуй перстень, - проговорил кардинал, протягивая руку с золотым кольцом. – Откажись от прежней жизни и войди в Царство Божие! И будет тебе дарована вечная жизнь!
Я решительно сделал несколько шагов и поднялся по ступенькам. Меня переполняла ярость.
На постном лице Барберини расплылась снисходительная улыбка.
- Смелее, сын мой!
- От прежней жизни я уже отказался, - проговори я глухо. Этот тип не стоил моих эмоций. – А бессмертие я возьму сам!
Я этими словами я изо всех сил вонзил меч в грудь священника. Лезвие вошло по самую гарду, пронзив и тщедушное тело, и спинку трона.
Кардинал захрипел, изо рта у него хлынула на роскошную мантию кровь. Пальцы ухватились за меня, но тут же разжались. Руки Барберини безвольно упали на подлокотники, и он умер.
Я смотрел на его смерть с мстительным удовлетворением. Но тут свет, который испускали насекомые на своде пещеры, погас, и меня выбросило в колонный зал.
- Ты не прошёл испытание! – разочарованно объявил он. – Власть над землёй не получена!
- Да уж догадался! – буркнул я.
Злость на себя присутствовала, но что тут поделаешь? Нельзя просто взять и простить. К этому нужно прийти. А смогу ли я когда-нибудь, кто знает. Теперь ясно, почему овладение алхимией иногда затягивается на неопределённый срок. Дело не только знаниях, но и в таких вот моментах.
- Можно мне тогда попробовать получить элементаль огня? – спросил я.
- Нет! – отрезал Терра. – Приходи в другой раз.
Пришлось покинуть зиккурат несолоно хлебавши. Ладно, не страшно. Всё равно я могу трансмутировать землю и то, что она рождает. Всю таблицу химических элементов. Просто потребуется круг.
Спал отвратительно. После дождя воздух был спёртый, совершенно не освежал, и лицо покрывалось испариной. Было душно, и даже приоткрытое окно, через которое в комнату проникал влажный воздух, не спасало. Пахло плодовыми деревьями и гниющими фруктами.
Меня одолевали то мысли, то воспоминания, то обрывочные сновидении, и порой всё это смешивалось, превращаясь в какой-то чудовищный, тревожный калейдоскоп. Проклятый кардинал! Разбередил душу.
В результате уснул, только когда над горизонтом показались первые лучи солнца.
Глава 66
Встал я около полудня, совершенно не выспавшийся. Пришлось принять контрастный душ и выпить бодрящий эликсир. Через четверть часа почувствовал себя лучше, но вообще такими вещами лучше не злоупотреблять: организм долго не выдержит.
Завтракать я отправился в кафе, а затем проехал по городу, прикидывая, что предпринять в связи с признанием Флакса. Лучше всего поговорить с Кобемом и объяснить старику, что офицер что-то скрывает, и что, вероятно, не он один убивал, и что его арест не гарантирует, что не будет других смертей. Барон человек разумный, он прислушается. Вот только потребует предоставить ему второго убийцу, а я сделать этого пока не могу. Так что лучше пока повременить. Пусть Ласи похвастается Флаксом, а я постараюсь выяснить, что происходит в Брайтоне.
Появилась мысль попросить план дома Гровенора у Кобема. У него-то он должен быть, ведь вилла построена на его землях. Но тем самым я бы раскрыл планы Блаунтов. А операция предстояла тайная, ведь иначе пришлось бы договариваться с Кобемом, а тот мог и воспротивиться. Так что идея как пришла, так и ушла. Оставалось только напроситься в отряд, отправленный в Брайтон. Но отец точно воспротивится. Хотя… Попробовать можно. Всё равно он наверняка в курсе, где я, и понимает, что не на отдыхе. Даже странно, что со мной до сих пор не встретились его люди и не передали приказ отступиться.
В конце концов, я заехал к полковнику. Тот заявил, что барон Кобем уехал по делам в Хоув, оставив его за главного. Полицейский торжествовал. Самодовольство так и лезло из него, ни на чём не основанное, и оттого особенно неприятное.
- Если б не эти убийства, - морщась, сказал Ласи, доверительно понизив голос, - то и беспокоиться было б не о чём. Да и какие у нас в Брайтоне могут быть события? Ну, проиграется кто-нибудь и пулю пустит в лоб, или пьяные подерутся. Так от этого отдыхающим одно приятное возбуждение. И вот надо ж было кому-то начать убивать именно накануне высочайшего визита. Не удивлюсь, если это провокация, чтобы подорвать доверие к Его Милости. У барона есть враги, и они были бы не против ему насолить.
- Вы же убеждены, что виновник – Флакс.
Ласи усмехнулся.
- Так, может, его наняли. Сами ж говорили, что он темнит.
- Для таких вещей используют профессионалов. А не тех, кто кается.
- Тут вы правы. Выходит, враги барона ни при чём. А вы зачем заглянули-то?
- Хотел спросить, собираетесь ли вы искать второго убийцу.
- Нет. Не буду. А вы продолжайте, если угодно. Может, повезёт, и заслужите гонорар.
Оставив Ласи наедине с его торжеством, я отправился обедать раньше обычного и прочитал на дверях ресторана длинную афишу, извещавшую, что удивительный фокусник господин Редверс будет давать великолепное представление в день приезда Её Величества в концертном зале Брайтоновского тетра. Входной билет – четыре фунта. Отдельным текстом упоминалось об «удивительной волшебной машине», аналога которой не существует в мире.
Похоже, банкомёт успевал зарабатывать везде, где только можно. Не брезговал ни кредиты давать, ни в карты играть, ни фокусы показывать. Вертелся, в общем, человек. Хотя человек ли?
Раз появилась афиша, значит, программу одобрил Ласи или барон Кобем. Я сомневался, что они стали вникать, что именно представляет собой машина Редверса. Банкомёт явно имел друзей в самых разных сферах и с полковником водил знакомство, так что его благонадёжность ни у кого не вызывала сомнений. Было, кому за него поручиться.