Записки охотницы (СИ)
БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫЙ ПРИЕМ
Зимний дворец отсвечивает чарующей красотой среди наступивших сумерек. Мокрая от прошедшего дождя площадь переливается отблесками светящих фонарей, а Александровская колонна устремилась в небеса. Да, я обожаю Петербург. Особенно вечерний.
К центральному входу Эрмитажа то и дело подъезжают дорогущие автомобили, а нанятые на этот вечер парковщики суетливыми мухами кружатся вокруг прибывших. Мне, в целом, тоже стоило бы приехать сегодня на своей развалюшке, но по стечению обстоятельств, такой вариант выходил максимально невозможным. Пришлось брать такси.
Таксист, добродушный кавказец преклонных лет, остановился в указанном месте, продолжая поедать меня глазами и пожелав на прощание удачи. Я уже на самом деле успела испугаться, что до Зимнего так и не доеду: водитель чаще смотрел в зеркало заднего вида, чем на дорогу.
Хотя беднягу можно простить. Не каждый день к нему в машину садятся разряженные на бал девицы. И уж чего скрывать, выглядела я великолепно. Облегающее черное атласное платье со шлейфом кого угодно сделает королевой, даже серую занюханную мышку, а уж я-то никогда не жаловалась на внешность. В любом случае, та сумма, что я отвалила за это наряд, была обязана себя окупить, не иначе.
Черные туфли на высоченном каблуке (ужасно неудобные, кстати), клатч… Вроде ничего не забыла. Ну что ж, дорогие побрякушки с изумрудами (под цвет глаз выбирала, между прочим!), длиннющий вырез до бедра и врожденное обаяние — не подведите!
И почему, скажите на милость, я не додумалась заранее разносить туфли? Уже чувствую, как пятки медленно превращаются в кровавые пузыри. Ох… Варвара, терпи. Недолго помучиться придется. Тебе всего на минутку нужно заглянуть на огонек. Только сначала проскочить бы внутрь, билета-то нет.
Тэкс… осмотримся по сторонам. Народу немного, все в основном с парами. Логично, пригласительные же рассчитаны на две персоны. О, а вот и одиночка. Стоит недалеко от входа. Немногим старше меня (по человеческим меркам), лет двадцать семь-двадцать восемь. Темные вьющиеся волосы, выразительные скулы, на подбородке милая ямочка, смокинг, разумеется. Симпатичный. То, что нужно.
Осыпая мысленными проклятьями ненавистные туфли, походкой раненного лебедя подплываю к цели. Тот как раз собирался вернуться во дворец, но я успеваю подхватить его под локоть и очаровательно-сияюще-белозубой улыбкой сверкаю в качестве приветствия.
— Надеюсь, вам нужна компания, потому что вот же дырявая голова, я забыла пригласительный дома.
Молодой человек заинтересованно оглядывает меня с ног до головы. Женское очарование — ну же, работай давай! Ну…
— Нужно же быть осмотрительней. В следующий раз меня может и не оказаться рядом, чтобы помочь.
Славно-то как! Везение чистой воды, нередко меня и отшивали за подобную наглость, но сегодня я без проблем вхожу в Зимний дворец. Аллилуйя, деньги на наряд потрачены не зря.
Итак, что у нас по плану? Театрализованная музыкальная программа, праздничный ужин в Иорданской галерее и бал в Фельдмаршальском зале... Ежегодный двенадцатый Благотворительный торжественный прием в самом разгаре.
Какую там тему они придумали в этом году? Разворачиваю программку, которую мне сунули на входе. “Две уникальные выставки: “Нефертари и Долина Цариц из Египетского музея в Турине” и “Ансельм Кифер — Владимиру Хлебникову””. Собранные пожертвования будут направлены в фонд целевого капитала галереи”.
Да уж, без толстого кошелька попасть на подобное мероприятие невозможно, но я бы в жизнь не стала платить пяти нулевую сумму (а то и больше, между прочим) в акт святой благотворительности.
Сколько людей. Элита элит, сливки сливок… Даже как-то неуютно. Рядом с их банковскими счетами я настоящая голодранка, хотя зарабатываю… ну, неплохо. А сегодняшний вечер должен помочь заработать в ближайшем будущем еще больше.
Два длинных ряда белых колонн, образующих галерею, в глубине которой широкая мраморная лестница, устеленная красными коврами и переливающаяся позолотой. Зеркала отражают колонны, балюстраду и лепку. Зимний Дворец буквально дышит историей чужих жизней. Невероятно.
Благодарные речи, выставки, концерты и ужины уже окончены, к счастью. Мне совершенно ни к чему светиться перед глазами у организаторов. Гости медленно разбредаются по Эрмитажу, а со второго этажа раскатистым эхом доносится полонез. Из большого Фельдмаршальского зала? Ах, да… бал, точно. Сколько время? Почти двенадцать. То, что нужно.
— Бывали на таких приемах раньше?
Ой, я же напрочь позабыла про своего кавалера, идущего рядом. Хм... надо как-то аккуратно от него отделаться.
— Нечасто. Тут где-то должно быть шампанское… — театрально принимаюсь высматривать в толпе официантов, но на лестнице их, разумеется, нет.
— Найдем, раз так нужно.
Какой понятливый малый, ушел выискивать даме спиртное. Отлично, несколько минут себе выбила. А жаль, он очень и очень даже симпатичный. И, по всей видимости, при деньгах, раз приглашен на вечер. Сложись другие обстоятельства, может мы бы и…
Черт с ним, есть дела поважнее. Где этот несносный тип? Надеюсь, только что я его не упустила. Хотя с чего вдруг? Такие люди никогда не упускают возможности показать себя. Как заявлено в той же программке, господин Данилов пожертвовал галерее чуть меньше миллиона. Миллиона! Только подумать. Разве он уедет раньше времени с Гала-приема, в который вбухал столько денег? Ну нет, человек уровня его самодовольства отсидит до конца, лишь бы все успели оценить подобную щедрость.
А вот и он — Станислав Николаевич Данилов собственной персоной: сладкий сон наяву половозрелых девиц и дам бальзаковского возраста до кучи. Миллиардер, красавец, плейбой, кем его еще там считают?
Не знаю, по мне так он мерзкий избалованный эгоист, получивший долю в крупной холдинговой компании, когда еще пешком под стол не ходил. А последние несколько лет и полностью заправляющий ей. Тридцатилетний с хвостиком богатей. Чего уж говорить, один из самых молодых и перспективных холостяков города.
Правда, стоит отдать должное — выглядит Станислав Николаевич и в самом деле неплохо. Словно только сошел с глянцевой обложки. Лощенный, подтянутый, с пальцами пианиста и сияющей улыбочкой, будто специально созданной для рекламных афиш стоматологических клиник.
Сегодня, разумеется, в смокинге, как и остальные. Неизменны только прищуренные серебристо-серые глаза, которыми он стреляет по сторонам. Даже, похоже, совсем позабыл о привлекательной спутнице, расположившейся по правую руку от него с откровенно скучающим и блуждающим видом. Скучающим? Среди портретов прославленных русских фельдмаршалов? Боже, и где только эти зажравшиеся снобы таких откапывают?
Что ж, этой дамочке придется еще чуть-чуть поскучать. Ненадолго разобью парочку. Поправив на талии съезжающее платье, подхожу к нему. В ответ широко вздернутые брови и едва заметная насмешка. Впрочем, ничуть не перекрывающая удивления.
— Не думал, что увижу здесь и вас. Это закрытое мероприятие.
Сдерживаюсь, чтобы не фыркнуть. Да, та наша единственная встреча, по всей видимости, ни у кого не вызвала особого восторга.
— Что еще остается, если вы не желаете больше принимать меня в своем офисе.
— Мне казалось, в прошлый раз мы все решили. И я дал ответ.
— Вернее, в свойственной вам манере, ушли от него. Понимаю, тяжело принять тот факт, что среди ваших коллег завелись крысы и воры…
Станислав Николаевич неодобрительно косится по сторонам. К счастью, кроме его спутницы никто больше не додумался нас подслушивать. Гости слишком заняты заигравшим венским вальсом и подающимися закусками. Только же ужинали! Что за люди.
Молодой мужчина, дав знак спутнице оставаться на месте, не особо корректно берет меня под локоть и выводит из зала обратно к парадной лестнице. Где меньше народу.
— Помнится, мы договорились: я разберусь сам.
Вырываю локоть.