Неверный. Не твоё счастье (СИ)

Отодвинув мадам в сторону, пару раз стукнул в дверь и открыл её, чтобы увидеть, что там была совершенно не знакомая мне женщина.
— Извините. — Я сделал шаг назад, и закрыл дверь, снова оказавшись в коридоре.
— Вот из-за таких хамов как вы, у нас в стране бардак! Я же сказала, что очередь. Так нет, он прёт и прёт… — Мадам, которую я отодвинул, всё не унималась. Говорила, говорила, но я воспринимал её голос лишь как фоновый шум.
Пройдя мимо, и проигнорировав, начал спускаться медленно по лестнице, крутя в руках телефон. Попробовал дозвониться ещё раз Юле, но она не отвечала, как всегда.
Не выдержав, тяжело вздохнул, и сел прямо на ступеньки, зарывшись руками в волосы. Неужели это был конец? Вот такой? Как у нашей красивой истории любви мог быть такой конец?
Нет, ни черта. Я не дам всему вот так просто закончиться. Не хочет со мной говорить? Придётся. И плевал я на её брата. Надо — подерусь с ним, давно пора было, защитник хренов.
С максимально решительным настроем вышел из ЗАГСа, когда мне дорогу перегородила невысокая фигура.
— Привет, Андрей. А я тебя всё кричала, не могла дозваться от входа. Ты так быстро ушёл…
Передо мной стояла Настя. Несмотря на то, что она «кормила» меня новостями о том, что её беременность проходила непросто, и ей было плохо каждый день, по её внешнему виду сейчас это сказать было сложно.
Я смотрел на девушку, и честно сомневался, а оно мне было надо? Мне казалось, что я делал правильно, думая и заботясь о возможно моём ребёнке, тем более, о котором давно мечтал. Только вот чем дальше, тем яснее я понимал, насколько было важен факт не того, что у тебя будет наследник или наследница, а от кого этот ребёнок будет рождён.
Я плохо пока мог представить себя отцом. Просто делал то, что казалось мне на тот момент правильным.
— Привет. Ты что тут делаешь? Мы же договорились завтра увидеться в больнице.
Завтра должен был наступить долгожданный день, когда я сделаю ДНК-тест. Конечно, результаты будут не сразу, но начало уже будет положено.
Я прислал вчера Насте адрес клиники, в которой мы будем его делать, и уже обо всем договорился. В этой клинике работал мой хороший знакомый, поэтому я мог быть уверен в результате.
— Хотела поговорить с тобой, вот и приехала.
— Будем разговаривать после теста. Я тебе всё уже сказал. Пока у меня на руках нет подтверждения, я ни о чём разговаривать не буду.
Настя, которая до этого выглядела обманчиво мягкой и расслабленной, вмиг вытянулась струной.
— А я о тесте и хотела поговорить. Я не буду делать тест в твоей клинике. Вдруг ты подменишь результаты? Согласна делать только в той, в которой наблюдаюсь. Там я буду знать, что всё нормально.
Она развернулась, видимо, намереваясь уйти. Но я схватил её за руку.
— Нет. Я озвучил тебе свои условия. Либо так, либо никак.
— И что, если я не приду, будешь жить с мыслью, что где-то может быть твой ребёнок? Какого тебе будет это? Нормально?
— Для меня, если ты не придёшь в клинику, которую выбрал я, будет означать, что всё, что ты говорила — ложь. И да, совесть меня мучить не будет. Завтра в восемь жду тебя по указанному адресу, я тебе его скидывал. А сейчас, у меня дела. Мне некогда, так что пока.
Я сел в автомобиль, всё ещё намереваясь поехать к Юле, когда мой мобильный снова зазвонил.
— Да! Чего ещё? — грубо ответил я.
— Андрей Борисович, вы долго ещё? Тут китайцы нервничают уже, я не знаю, что делать.
— Чёрт! Чёрт! Чёрт! — я ударил несколько раз по рулю, так, что раздался звук клаксона. — Ну почему именно сегодня! Сейчас буду.
  
47 глава
 
Я сидела уже полчаса на диване, так и не сняв свою верхнюю одежду. Пялилась в одну точку перед собой. В голове, казалось бы, должны были бродить какие-то мысли, но там была звенящая пустота.
За последний месяц я так устала, как не уставала, пожалуй, никогда. Даже с учётом того, что ещё неделю назад была отпуске.
Меня эмоционально истощала эта постоянная драма в моей жизни. Но, как полностью разрешить вопрос я не понимала. Да и одной принять такое решение было не просто. При этом разговора с бывшим мужем у нас не выходило.
 
Конечно, частично в этом была виновата я сама, потому что не отвечала на его звонки, и с развода сегодня сбежала, но я просто выжидала момент, когда буду в более стабильном эмоциональном состоянии, чтобы мы могли поговорить нормально.
Очередной звонок телефона заставил меня перевести взгляд на экран. Я думала, что звонил опять Андрей, потому что за последний час он позвонил мне уже раз десять, но звонили из клиники, в которой я наблюдалась.
У нас с мужем, уже бывшим, был хороший знакомый, который открыл клинику репродуктивного здоровья. Сейчас она была довольна известна в столице, и пользовалась успехом, так что я напросилась, можно сказать, к нему.
Все первые анализы я сдала ещё в государственной поликлинике, и вот, в начале недели принесла свои документы сюда.
Раньше мы дружили семьями, и знакомый был рад помочь. Правда, очень удивился, что мы с Андреем разводились, и что я просила его не говорить о том, что я там наблюдалась. Но, была благодарна, что он вошёл в моё положение.
— Да? Слушаю. — Я наконец-то стянула с себя куртку, и отложила её в сторону.
— Добрый день, Юлия Аркадьевна, вы просили перезвонить вам, когда освободится окошко у Цветаевой на консультацию. Завтра в восемь утра девушка одна отказалась, записываю вас?
Пришлось встать, и выйти в прихожую, чтобы найти свой ежедневник, в котором я вела записи по работе.
— Секунду, проверю сейчас своё расписание… Да, могу. Запишите меня тогда, пожалуйста.
— Всё, отметила у себя. Завтра ждём вас к назначенному времени, запись довольно плотная, так что просьба не опаздывать. Если у вас что-то изменится, пожалуйста, сообщите заранее. Хорошего дня!
— Спасибо большое, и вам. — С тяжелым выдохом завершила вызов, уставившись снова на экран. Пятнадцать пропущенных от Андрея. И что он так хотел мне сказать? Поделиться, как они счастливы со своей Настей после нашего развода?
Решила не перезванивать.
На правах уже бывшей жены получалось, что я ему ничего была теперь не должна.
Вечером, когда раздался звонок в дверь, я знала кто там ещё до того, как подошла к глазку.
У меня сегодня был непростой день, я стала разведёнкой, осталась одна после двадцати лет брака, и считала, что имела полное право прожить это состояние без посторонних. Но «посторонний», кажется, был другого мнения.
С той стороны двери, ожидаемо, оказался Андрей. Стоял чуть взъерошенный, выглядел плохо. Похудел за то время, что я его не видела, щёки впали, под глазами мешки. Ослабленный галстук висел на его шее, а сам он опирался одной рукой на косяк двери, второй нажимая на звонок.
— Юля, я знаю, что ты дома. Я видел свет с улицы. — Сказал он громко, я продолжала молчать. — Я больше не хочу быть в стороне. Юль, ну открой. Мне надо с тобой поговорить. Ты понимаешь, что мы развелись! Это же пи****…Я не готов вот так всё закончить. Я тебя люблю. Загибаюсь без тебя, Юль!
Скрестив руки на груди, я отвернулась от двери, привалившись к ней спиной. В глазах начали собираться слёзы, но я пока держалась изо всех сил.
— Она мне не нужна. Я про Настю. Я с ней всё равно не буду. Слышишь? Не важно, от меня ребёнок или нет. Если окажется, что от меня, буду помогать финансово, участвовать как-то в воспитании, но с ней не буду. Мне кроме тебя никто не нужен Юль. Я дурак, козёл, да, всё так. Ну, хочешь, побей меня, накричи. Но не молчи, не закрывайся.
Я прикрыла глаза, пытаясь не сорваться. Ведь я же уже решила, что не смогу. Даже если дала бы Андрею второй шанс, то поняла, что не смогла бы мириться с тем, как к нам домой приходил бы чужой ребёнок, называл Андрея папой, что он ездил видеться в дом Насти с ним. Эта история была не для меня.
Телефон, который я держала в руках, зазвонил. Звонил Андрей, видимо, пытался услышать звонок, стоя за дверью.