Я плету твою судьбу (СИ)

Тогда Кэй заявил, что за время совместного проживания так привык к моему храпу, что теперь не уснёт без этого музыкального сопровождения. Если он думал таким образом заманить меня в его номер, то он явно ничего не понимал в искусстве обольщения.
В итоге я отобрала себе единственный оставшийся номер с видом на знаменитый Баливерский водопад, а Войнот довольствовался апартаментами напротив, с видом на парк и многочисленные бассейны. Достаточно было открыть окно — и вопли отдыхающих запросто сошли бы за мифический храп.
Потому что я не храпела, не храплю и не буду храпеть!
Думала, что усну, едва коснувшись подушки, но напряжение, осевшее на нервах, подобно инею на ветвях, не дало мне расслабиться. И чтобы не погружаться в воспоминания о бое и догорающих трупах, я решила заняться самообразованием. А конкретно — связалась по переговорному артефакту с ночным регистратором и потребовала, чтобы мне доставили книгу по истории родов. Хотелось бы, чтобы это была такая же расширенная версия, что хранилась у Войнота, но мне принесли стандартный учебник.
А судя по заспанному лицу курьера, мне заочно вывесили ярлык ненормального постояльца. Мало того что сидит в номере в самом неспящем городе Республики, так ещё и требует занудную книженцию! Нет бы самой спуститься в круглосуточную библиотеку.
Мальчику достался лишь мой надменный взгляд — и ни магкрита на чаевые: не заслужил. Да и не было у меня наличных: моя карточка сгорела вместе с маголётом Кэя.
Добычу я изучала до самого утра, но так и не нашла никаких зацепок, которые могли бы вывести меня на странный символ в моём досье. Ни у тринадцати высоких родов, ни среди вороха малородных, ни у мало-мальски выделяющихся простородных семей — ничего похожего на этот странный спиральный треугольник.
Уснула я, в который раз перечитывая легенды, что описывали получение высокими родами их семейных даров. Все эти Филтис, Арибо, Пегары, Хаоруф, Солостосы и прочие действительно были уникальны в своих фирменных способностях. Практически у всех были красивые истории их происхождения, кроме Войнотов и Пальфиров. У них получение дара обозначалось как отягчающая способность. Только вот чем отягчающая — не говорилось.
— Баливера вызывает Таис! Таис, ответьте! — донёсся до меня немного раздражённый голос Кэя. — Ты не выспалась, что ли?
Я моргнула и отвела взгляд от улицы, по которой шумной толпой прогуливались туристы. За время моих размышлений нам уже подали завтрак. Это кафе я выбрала из вредности: оно было одним из самых дорогих в этом районе города.
— А ты, я посмотрю, очень даже, — вяло огрызнулась я. — Весь прям светишься энтузиазмом.
— А почему бы и нет? — пожал плечами Кэй, отодвинув планшеты и приступив к картофельной лепёшке с грибным соусом. — Добротный сон, солнечный день, приятная компания и вкуснейший завтрак — что ещё нужно для хорошего настроения? — Он отправил в рот вилку с наколотым кусочком и задумчиво пожевал. — Хотя с последним я поторопился. Недосолено.
Я повела глазами по столу в поисках солонки, но так и не нашла её. Ни её, ни её подружки-перечницы.
— Видимо, здесь ратуют за разумное употребление специй, — проговорила я, тщательно скрывая ехидную улыбку за планшетом. — У меня что-то нет аппетита, возьми мою брускетту. Красную рыбу невозможно недосолить.
— Если бы не знал, подумал бы, что ты беременна, — ворчливо пробормотал Кэй, но тарелки с радостью переставил. — Невозможно есть столько рыбы.
Уголок рта дёрнулся в горькой усмешке. Я не просто не беременна, я ещё и девственница вдобавок. Но об этом Кэю знать совершенно излишне.
— Кто тебе из жертв достался? — спросил Войнот, откусив кусок и тут же облизав губы от соуса.
А в моей голове моментально закрутились совершенно неуместные сейчас мысли: какие у него красивые губы, волевой подбородок, да и весь он этим утром совершенно другой — расслабленно-очаровывающий.
Мотнула головой, чтобы вытрясти из неё эти романтические поползновения. Слова Вайолет, как бы я ни хотела к ним прислушиваться, всё же посеяли во мне сомнения. Да и учебник не осадил метаний: высокородные сходились только с себе подобными. Редкие исключения — кто-то из малородных, чтобы поддержать силу крови. И уж точно ни одному браку с Ткачом не нашлось места в этой сухой статистике.
 
— Эм-м, — протянула я, вчитываясь в мерцающие строчки первого досье. — Бронкер Ворк, нотариус по делам Ткачей. — Я в удивлении вскинула глаза на Кэя. — Такие есть?
— Пф-ф-ф, — выдохнул тот. — Номинальная должность, чтобы поддержать видимость хоть какого-то равноправия.
— Не удивительно, что я о них ничего не знала, — фыркнула я, возвращаясь к чтению. — В любом случае цветов у него нет. Умер он от магбритвы, что упала ему в ванну. Если бы не вмешательство в полотно, мог бы сойти за суицидника.
— Ага, — кивнул Кэй. — Ультио какие-то пометки по его клиентам не оставил?
— Написано, что картотеку господина Ворка перевезли на склад вещдоков СКМП и к ней нужен специальный уровень допуска, — пробежалась я по строчкам.
— Ла-а-адно, — раздражённо прошипел Войнот, и я поняла, что его уровень несколько ниже. — Следующая жертва.
Скептически изогнув бровь, я с нарочитым размахом хлопнула досье Ворка о столешницу и взялась за следующее.
— Бэлла Лидис, приходящая домработница, — голосом, монотонным до зубового онемения, пробубнила я. — Большой опыт работы и высокая квалификация. Нанималась в основном в поместья к высокородным.
— Это уже интереснее.
Кэй подобрался, и в его лице промелькнуло что-то хищное. Вся его вальяжность оказалась лишь шелухой.
— Конечно, интереснее, тут же аристократия мелькнула, — ровным, ничего не выражающим голосом подтвердила я.
Хотя по сузившимся глазам следователя поняла, что вспыхнувшее во мне раздражение не осталось не замеченным.
— Цветов нет, связи со мной нет. Попала под автобус. Данные о клиентах там же, в хранилище вещдоков.
— М-да, — хмыкнул Кэй, потёр бровь и довольно оскалился. — Что ж, придётся идти на поклон к начальству. А если отдел Алекса заблокирует выдачу пропуска, это будет нам на руку — весомый повод отстранить его от дела за препятствие следствию.
— Ты любую ситуацию пытаешься повернуть в свою пользу? — вскинув бровь, спросила я и пододвинула к себе картофельную лепёшку Кэя.
Умственная работа разбудила желудок.
— Я же высокородная задница и сноб, мне по статусу положено быть ушлым, нет? — откровенно подтрунивал надо мной Войнот.
— Я для тебя тоже полезное приобретение? — задала вопрос и затаила дыхание.
Какое-то время был слышен лишь скрип ножа, которым я усиленно разрезала лепёшку. Если Кэй не ответит, я превращу несчастный драник в фарш.
— Нет. — Голос Войнота звучал низко и без былой смешливости.
Я вскинула глаза и столкнулась с холодным, отстранённым взглядом серых, сейчас буквально грозовых глаз.
— И пожалуйста, выбрось эту дурь из своей головы. К бли… кхм… К своим людям я отношусь с положенным им уважением.
Мне показалось, или он хотел сказать «близким»? Во мне всколыхнулась радостная волна, и я еле успела задавить в себе довольную улыбку. Знала же, что наше с ним партнёрство закончится с поимкой маньяка, но не ликовать от его постоянных оговорок просто не могла. Хоть что-то приятное должно же быть в этом деле?
— Что там дальше? — как ни в чём не бывало поинтересовался Кэй, запив последний кусочек брускетты холодным соком.
— Веллиар Гароди, водитель при высокородных домах, букет тюльпанов, замёрз на улице, — прочитала я и отправила в рот кусочек лепёшки. — И ничего не недосолено. Всё в меру и очень вкусно. Наговариваете, господин следователь.
— Дай гляну. — Кэй протянул руку и забрал у меня планшет. — Хм, а тут Ультио успел-таки вытянуть информацию. Господин Гароди служил в моей семье? — брови Войнота ошарашенно изогнулись. — А последним родом были Пегары. Интересно. — Он в задумчивости подцепил кусочек с моей тарелки и под моё же возмущённое шипение отправил в рот. — Действительно, вкусно.