Молодой (СИ)
Приземлился неудачно, подвернув ногу, которую тут же пронзила боль. Да так, что аж в глазах потемнело. Хотя не должно было, это ведь все-таки оптика. Может быть, это телесная память о том, что у меня когда-то были настоящие живые глаза.
Ушиб голеностопного сустава. Снижение подвижности на двадцать процентов.
Больно было, пиздец, но обращать внимания на боль времени не было. Я обежал машину, открыл дверь, залез внутрь и тут же по привычке пристегнулся. Да и думаю, так будет лучше, больше шансов выжить, если куда-то впилимся.
По нас уже стреляли, пули застучали по кузову машины, но большинство попаданий приходились в стены дома. Дверь справа открылась, в салон забрался Чех, развалился на сидении и тут же захлопнул дверцу.
— Вставьте ключ, — проговорил женский голос.
Охуеть! У него машина не только с модулем автономной навигации, но и с голосовым ассистентом. Мне очень захотелось оставить эту малышку себе, потому что купить такую я не смогу даже если выполню с десяток заказов по типу сегодняшнего. Вот только и документы мне на нее не выправить, это без вариантов. Да и далеко не факт, что она останется целой после того как мы выберемся.
В то, что мы выберемся, я теперь верил окончательно и бесповоротно. Если уж вылезли из ловушки, которую представлял собой дом, то теперь, когда мы на колесах, да еще и в бронированной машине, сам черт нам не брат.
Я засунул ключ в специальное гнездо на приборной панели.
— Управление разблокировано, — снова раздался женский голос. — Пристегните ремни, и приятного вам пути.
Чех закинул кейс на заднее сиденье, после чего взялся за автомат.
— Чего, заснул? — спросил он. — Гони давай, снаряд из гранатомета эта штука точно не выдержит.
Я переключил коробку передач на реверс и утопил педаль газа, одновременно выворачивая руль. Машина развернулась по очень крутой траектории, и нас снова обстреляли, на этот раз сбоку. Пули, попадающие прямо в стекло заставляли меня, откровенно говоря, нервничать. А никак не выдержит, рассыпется, и меня застрелят?
Сдвинув вперед рычаг коробки передач, я опять утопил педаль газа. Мотор взревел, машина тяжело тронулась с места, но с каждой секундой стала разгоняться все быстрее и быстрее.
— Сосать! — заорал я, повернув голову к нашим незадачливым противникам.
Они уже бежали к припаркованным машинам. Вырваться из окружения мы смогли. Но нам еще нужно покинуть Раменское, а потом и выбраться за периметр.
Я проехал прямо по разросшемуся газону у дома, снова вывернул руль, выезжая на асфальт, и нажал на газ. Хорошо, что дороги тут были расчищены, и на них не было ржавых машин, как в других районах Старой Москвы. Впрочем, все еще был риск не справиться с управлением и врезаться во что-нибудь. Хоть бы в дорожное заграждение.
Я бросил взгляд на зеркало заднего вида, на которое выводилось изображение с камер. За нами уже ехали три машины и два мотоцикла. Нет, просто так из Раменского нас точно не выпустят.
Глава 15
В тот момент я пожалел, что у нас не военная машина. Да, в ней не имелось б удобств по типу голосового помощника, зато броня была бы гораздо крепче, и да и турель, установленная наверху, нам точно не помешала бы. Насколько я знаю, управлять ей можно прямо с пассажирского сиденья, со специальной панели. Интересовался в свое время, читал спецификации военных автомобилей.
Я сорвал мешающий противогаз с лица и выбросил его на заднее сиденье. Теперь он не нужен, газа больше не будет, если по нам и будут стрелять из гранатомета, то чем-то фугасным.
— Ну, я полез, — сказал Чех, и принялся перебираться на заднее сиденье. Хорошо, что машина была просторной, и проем был достаточно широким, чтобы пролезть через него, и не тереться при этом задницей о лицо водителя.
Раздался звук открывающегося люка, в салон ворвался ветер. Даже не ветер, а ветрище, я почувствовал, как мои потные из-за противогаза волосы затрепетали. Холодок был приятным, но меня и без того трясло от адреналина. Бедные мои надпочечники, как бы они не перенапряглись. Интересно, как живут наемники, для которых истории вроде сегодняшней — обыденность? Нет ли у них проблем? Или они себе инжекторы адреналина ставят?
Если выживем, спрошу у Чеха.
По нас пока не стреляли, не открывал огонь и наемник. Я обернулся на мгновение, и увидел, что он устанавливает крышку люка на распорки. Похоже, что она проектировалась, как щиток. А что, это вполне разумно. Особенно если там есть прорезь для оружия, и тебе вообще высовываться не надо.
Я резко повернул машину, выехал на перпендикулярную дорогу, и тут же сделал это еще раз. В свете фар появился явно ошалевший от такого поворота мужчина, вскинул автомат, и интерфейс просигнализировал об опасности.
— Чех, быстро вниз! — заорал я и утопил педаль газа еще сильнее.
По лобовому стеклу и передней части кузова забарабанили пули. В считанные секунды бомж выпустил по нас целый магазин, попытался отпрыгнуть в сторону, но я повернул руль, и мощный кенгурятник отшвырнул его на землю. Вот уж не знаю, какие импланты стоят у них, и какие здесь в Раменском рвачи, но почему-то уверен, что с множественными переломами его уже не спасут.
— Живой? — не оборачиваясь, спросил я. — Не зацепило?
— Нормально все, веди, не отвлекайся, — ответил наемник сзади.
Еще один поворот, и мы покинули Раменское. Теперь надо было преодолеть развязку, выехать на шоссе, и уже там можно будет набрать скорость. И посмотрим, кто быстрее — я, или эти ублюдки.
На развязку я выскочил, но здесь был достаточно крутой поворот, да еще и с подъёмом, так что скорость пришлось сбросить. Хорошо, что интерфейс рисовал оптимальную траекторию, и все, что мне оставалось, это насадить эту полоску на свой капот. Если бы я вздумал ездить так в городе, то не избежать мне штрафа и двухсот часов исправительных работ за опасное вождение.
Но здесь-то в Старой Москве правила дорожного движения можно вообще не соблюдать. Гнать по встречке, сбивать пидорасов, которые лезут тебе под колеса. Особенно если эти гондоны по тебе еще и стреляют. Ну а как иначе-то?
Выехав на Трассу, я погнал дальше в сторону Новой Москвы. Нужно было доехать до разворота. И это будет самый опасный момент для Чеха, потому что какое-то время мы будем ехать навстречу преследователям. Они, конечно, от нас отстанут, им тоже придется разворачиваться, но пострелять в нас они все равно могут.
Машину я развернул резко, сбросив скорость совсем немного, и в поворот вошел вообще как-то боком. Меня бросило в сторону, но ремень безопасности спас от падения с сидения. А вот Чеха явно тряхнуло.
— Ровнее веди! — заорал он. — Я чуть из люка не выпал нахуй!
Я никак не прокомментировал его слова, а снова утопил педаль газа. Первыми на шоссе вырвались мотоциклисты, они погнали следом за нами к развороту. Мотоциклы вообще были быстрее, чем не только наша машина, но и тачки преследователей, так что они вырвались вперед.
Сверху раздались две длинные очереди, и я увидел, как один из мотоциклистов упал, завалив байк на землю. Одет он, наверняка был, не в специальное снаряжение, так что кожу ему содрало хорошо, если, конечно, у него не было подкожной брони.
А вот второй получил одну из пуль прямо в голову. Мотоцикл повело в сторону, он влетел в заграждение и вылетел из седла, свалившись на противоположную часть дороги.
— Ну ты снайпер, епт, — восхитился я.
Сам попасть вот так вот, в голову человеку, ехавшему на огромной скорости, я бы точно не смог. У меня вообще со стрельбой по движущимся мишеням плохо было.
— Шальняк прилетел второму, — ответил наемник. — А вот первого срезал, да.
Машина ехала по разбитому шоссе вполне ровно, рессоры не скрипели, и я даже не подпрыгивал особо, хотя гнал порядочно. Вот что значит, тачка, сделанная по подряду для корпорации.
Мы промчались мимо заезжавших на шоссе машин, один из бомжей даже высунулся и обстрелял нас, но не попал. Наемник стрелять не стал, берег патроны. У него их и оставалось всего три неполных магазина. Да еще два у меня есть, можно будет ему отдать, но что такое сто двадцать патронов, когда нужно стрелять по машине, едущей на огромной скорости?