Кровь, пламя и прощение (ЛП)

Тем не менее, она должна была что-то предпринять.
Она больше не ощущала медного привкуса крови. Нева прошипела заклинание, которое активировало ее чары невидимости. Боль пронзила ее с головы до ног, и она исчезла из виду. Нева взмахнула ногой и ударила маджилу по голове. Удар был недостаточно сильным, чтобы вывести противника из строя, но благодаря элементу неожиданности, Нева получила необходимое преимущество. Она выдернула кинжал из-за пояса и замахнулась. Через несколько секунд бой был окончен.
Нева выбралась из-под мертвой маджилы как раз в тот момент, когда Эмилианд добил последнего члена отряда. Угроза была нейтрализована. Нева сбросила невидимость и мгновение не шевелилась, переводя дыхание. В горле пересохло.
— Ты в порядке? — спросила она Эмилианда, заметив пятно крови на его рукаве.
— Я в порядке, — сказал он. — Кровь не моя.
Нева напомнила себе, что ей не о чем беспокоиться. Эмилианд был таким же особенным, как и она. Его отцом был Колавалиа. Легенды гласили о том, как бог войны Дианц создал Колавалиа для охраны Подземного мира в качестве подарка богине смерти. Колавалиа были скрытными и вдобавок могли читать мысли, хотя об этом мало кто знал.
Нева подняла свой меч и вытерла с него грязь об одну из упавших маджил. Она вложила меч в ножны, когда к ней подошел Эмилианд.
— Мы должны их обыскать и убрать с дороги, пока упыри не обнаружили нас, — сказала Нева.
По этой улице пока что никто не проезжал, но через несколько часов на складах и фабриках закончится рабочий день, и как только это произойдет, на улицах появятся потенциальные свидетели. Им не нужно, чтобы их увидели упыри или маги, которые правили пустыней Раманаджи.
— Ты хорошо выглядишь, Нева, — сказал Эмилианд, пока они переносили тела в канаву.
Нева остановилась, присев над изувеченным трупом маджилы. Внешность может быть обманчивой. Она бежала долго и далеко от всех, кто ей дорог. Это было необходимо. Но она была так сосредоточена на том, чтобы сбежать от Тринижи и тех, кого любила, что стала одинокой, сама того не осознавая. Увидев Эмилианда в этом чужом месте, она вспомнила о семье, о которой давно старалась не думать.
— Теперь, когда ты здесь, мне уже лучше, — мягко произнесла она.
Эмилианд положил руку ей на плечо. Она вздрогнула и отстранилась. Заметив, как на его лице отразилась боль, Нева почувствовала сожаление. Она была рада его видеть, но испортила момент воссоединения. Она должна уйти от него. Она не хочет причинить ему боль, как многим другим.
Эмилианд резко вдохнул.
— Что случилось? — спросила она.
— Ее знак отличия. — Эмилианд кивнул на труп маджилы. — Я помню ее.
Эмилианд убрал волосы с шеи маджилы, показав знаки отличия у основания черепа. Метка была знакома. У Невы была такая же. Донажи Да'Вода нанесла ее, когда приняла Неву в свой клан.
— Ее прислала Да'Вода, — сказала Нева.
— Да, — мрачно подтвердил Эмилианд. — Она чезэкин, одна из личных убийц Тринижи.
Глава 2
Первый Аутон, 1640 г.
Дорогая маленькая Элькижи,
Как и обещал, пишу тебе это письмо. Мы путешествуем уже несколько недель и скоро достигнем нашей позиции на южном берегу Ливорны. По вечерам мы с Брайандом играем в кости, и мне удалось выиграть несколько раундов с другими товарищами. Хотя обычно выигрывает Брайанд. Почти все время не происходит ничего интересного, и всем становится скучно. Я очень хочу доказать на что способен, но должен быть терпеливым. Ты знаешь, что я не очень терпелив, поэтому, пожалуйста, помолись за меня.
Виви перевели в другой отряд, поэтому мы редко видимся, но она просила передать, что тебе нужно больше тренироваться. Потому что, когда мы вернемся, ты уже будешь достаточно взрослой, чтобы сразиться с ней. Наша мать, как и следовало ожидать, занята военными делами, но она шлет тебе свою любовь.
С честью и удовольствием,
Астианд
————
— Они могли убить меня, если бы захотели. Но не пытались это сделать, — сказала Нева Эмилианду, качая головой.
  
Она покраснела от смущения. Ей было неловко признаться в этом Эмилианду, который учил ее драться, но если убийцы не пытались убить ее, значит донажи хотела, чтобы Неву взяли живой. Догадалась ли Тринижи, что в Неве Рука и Глаз? До сегодняшнего дня Нева старалась убедить себя, что приманка, которую она оставила для донажи, сработала. Но вдруг она ошибалась?
— Ты уверена, что они не хотели тебя убить? — спросил Эмилианд.
— Я уверена как никогда, — сказала Нева. Покрытая шрамами маджила надела на запястье Невы кандалы, хотя могла легко перерезать ей горло. — Давай уберем остальные тела с глаз долой, а потом поговорим.
Они перетащили остальные тела в канаву, оставляя за собой кровавые следы. Кровь почти мгновенно высыхала, и земля окрасилась в темно-коричневые пятна. В пустыне стояла невыносимая жара, трупы маджил будут быстро гнить, а значит, маги скоро их обнаружат. Но заколдованные траншеи давали жителям Р'шары хоть какую-то защиту во время наводнений, а теперь благодаря им у Невы и Эмилианда будет время сбежать.
Повинуясь привычке, она пробормотала молитву о мирном прохождении всех чезэкин через Перемирие. Нахмурившись, Нева сняла кандалы, бесполезные после смерти хозяйки, и бросила их в грязь рядом с собой.
Когда они прошли несколько улиц, она стащила с веревки для стирки кусок бежевой ткани и белую льняную мантию. Нева с Эмилиандом остановились в переулке, и она протянула ему мантию.
— Тебе нужно смешаться с местными жителями, или нас ждут неприятности с упырями, — сказала Нева.
Он поколебался.
— А мы не хотим неприятностей, — настаивала Нева. — Именно из-за них наших людей выгнали из пустыни.
— Маги? — спросил Эмилианд, снимая рубашку и обнажая множество мелких шрамов, которые украшали его шею и плечи. Когда Нева увидела их, в ней проснулось желание защитить его.
— И Джинны, — добавила Нева, не отводя от него взгляда. Она уже ненавидела того, кто сделал это с ним. — Эмилианд, что с тобой случилось?
Эмилианд неподвижно застыл.
— Твои рога, шрамы… — Нева резко замолчала.
— Я облажался, — сказал Эмилианд, поморщившись. — В ответственный момент я подвел свой отряд, и этим подвел свою донажи. Я подвел тебя.
— Ты никогда не сможешь меня подвести, — возразила Нева. Он был здесь. Что бы Эмилианд ни пережил, он выполнил данное ей обещание. Только это и имело значение.
— Хотел бы я, чтобы это было правдой. — Эмилианд нерешительно улыбнулся.
— Я серьезно, — твердо сказала Нева. — Уверена, ты сделал все, что смог.
— Этого было недостаточно, — сказал он, сжав челюсти. Стало ясно, что он не хочет больше обсуждать эту тему.
Она молчала, пока он не закончил переодеваться. Нева повязала бежевую ткань вокруг его талии, чтобы скрыть брызги крови на штанах, и они направились к ближайшему рынку. Нева провела друга сквозь толпу, не обращая внимания на прохожих, ароматную еду и крики продавцов.
Везде были намеки на культуру Да'Валиа — замысловатые ковры, расшитые бисером барабаны и инкрустированное оружие. Все это очаровало Эмилианда. Неве показалось, что он принюхался, когда они проходили мимо тележки с горой сладких булочек. Она рассмеялась, увидев, как он хмуро посмотрел на красильни. Краски в пустыне Раманаджи были блеклыми по сравнению со знаменитыми королевскими цветами Иллии дома, но пышногрудые женщины громко расхваливали свои товары.
Нева также заметила, как запнулся Эмилианд, когда увидел упыря, который сидел на лошади и следил за порядком. Несколько упырей бродили по площадке под навесом в центре площади. Один из упырей стоял на сваях. Благодаря темной коже, покрытой золотой пылью, сияющей на солнце, все знали, что это джинн, демон одержимости. Его желтые глаза блуждали по толпе, пока слуги обмахивали его огромными веерами из пальмовых листьев.
— Продолжай идти к кантине на юге площади, — предупредила Нева Эмилианда.