Двое против всех (СИ)

- Ну что, Пашечка, - я приподнял его подбородок двумя пальцами, - поработаешь для нас?
Виктор уже вовсю раздевался, я же не заставил себя долго ждать и тоже принялся обнажаться. Смоленский огладил рукой голый зад, Николаев интуитивно сжался, получив очередной шлепок.
- Расслабься, - прикрикнул он на него. – Ты сам себя продал.
Николаев постарался расслабиться. Смоленский тем временем осушил полупустую бутылку Хеннесси, он уже был сильно пьян, и попытался засадить ею в парня, но остановился, заставив того судорожно сжаться всем существом. Бутылка бы не прошла на сухую и порвала парня. Почесав проступающую щетину на подбородке, он на миг задумался.
Наклонившись к Пашкиному седалищу, он плюнул прямо в колечко мышц, чему скрипач явно был не рад, и только после этого всадил бутиль почти до основания, вырвав болезненный вскрик изо рта омеги. Но разрабатывал он его не долго…
- Ненавижу шлюх, - прошипел он.
- Полностью тебя поддерживаю, - отозвался я.
Член Виктора уже был в полной боевой готовности: большой и толстый, с длинными вздутыми венками, которые извивались по всему стволу. От этого зрелища по моей спине пробежали мурашки возбуждения. Интересно отчего? Меня же никогда не возбуждали альфы, а тут…
Пальцы Виктора, как бы странно это не звучало, умело, с пошлыми хлюпающими звуками, орудовали горлышком в уже порядком растянутой дырке. Скрипач, явно втянулся. Вон как жопкой-то подвиливает… Смоленский вытащил бутыль и пальцами другой руки потянулся ко рту Николаева, тот оказался сообразительным и быстро их облизал.
- Молодец, собачка, - погладил альфа его по голове.
О, как меня это возбудило, мой член уже просил всунуть его в теплое нутро Пашкиного рта. Мы перекинулись с альфой многозначным кивком. Я встал на колени и, взяв за волосы Николаева, опустил его на уровень моего пениса, заставив того еще сильнее прогнуться, открывая для альфы доступ к его уже текущей дырке.
«А его, видно, заводит такое обращение с собой!»
Николаев приоткрыл рот и, высунув кончик языка, облизал головку. От внезапной дрожи, прокатившейся по телу, я откинул голову, открывая обзор на свою шею Смоленскому. Виктор, увидев меня такого, протяжно рыкнул и засадил скрипачу по самые яйца.
Николаев захлебнулся визгом. Альфа, не дав привыкнуть, начал с силой вбиваться в тело омежки, вырывая из него гортанные вскрики. Вибрация его горла нежно массировала мой член, доставляя неизгладимые впечатления.
Виктор еще больше наращивал темп, стук его яиц о голую плоть разносился по всей комнате. Я уже был на грани. Последние мощные толчки и Виктор, блаженно выдохнув, изливается на спину омеге.
Я же сильнее насаживаю голову Николаева на свой член, он закашлялся, а мне все равно. Трахаю его рот, по телу пробегает волна наслаждения, низ живота скручивает в тугую спираль и я, наконец-то, кончаю в его горло, заставляя скрипача все проглотить.
Смоленский берет со стола салфетки и половину протягивает мне. Приведя себя в порядок, альфа взял свой пиджак и вытащил оттуда портмоне.
- Спасибо за секс, шлюшка, - спокойно сказал он и бросил омеге деньги.
Николаев, утирая слезы, подхватил банкноты и свою одежду. Оглядев нас, он выпалил:
- Вы, конченные извращенцы, мало мы Вас гнобили, суки.
Виктор занес кулак, но я схватил его за руку.
- Не стоит он того, с него хватит, - улыбаясь Вите, сказал я. – Пошел вон! – бросил Николаеву.
Мы еще потом долго напивались, когда время перевалило за полночь, то мы решили выдвинуться из ресторана.
Возле моего дома альфа протянул мне руку.
- Друзья?
- Конечно, - пожал я его ладонь.
*бокал для коньяка.
========== Мечты… ==========
Кто же ты мне, сестричка?
Кто ты мне, я не знаю.
Кто же ты, моя птичка?
Я с тобой улетаю!
POV Виктор.
В ресторан я приехал уже порядком возбужденный. Близость омежки действовала на меня, как валерьянка на кота. Я соловьем заливался, и Артему видно это понравилось. Но… о Боги, какой я испытал шок, когда узрел, что глазки омеги пылают не от моего присутствия рядом, а от аппетитного задка молодого официанта!
  
Решил разрядить обстановку и позвать скрипача. Да уж… разрядил по полной. Один плюс, член тоже перестал стоять, и сбылась мечта поиметь «звезду» ВУЗа, который оказался очередной шлюшкой, падкой на деньги. И как я этого еще в студенческие дни не разглядел? Дебил. Зато подтвердилась радужная ориентация моего «друга». Вот и чё теперь делать? Я же его все равно хочу!
А уж как он стонал, вколачиваясь в горло Николаева – волосы откинуты назад, сережка блестит в ухе, эта милая вещица стала моим личным фетишем, по стройной шейке стекают капельки пота. Вот и что мне делать с этим милым лесбиянчиком? Р-р, он будет моим обязательно. Я постараюсь сделать так, чтобы он понял о том, что я намного лучше его подстилок. Кончил я только на сладострастный стон, сорвавшийся с губ моего мальчика. Да, моего!
Я пока еще не знал, кем станет для меня омега. Ведь мы знакомы всего день, поэтому не может быть и речи о любви. А вот о влюбленности можно и подумать. Может быть, это чувство и перерастет в нечто большее? А может и останется в зародыше. Но я понял одно, что сейчас не надо давить на Артема. Друзья, так друзья.
Артем, в принципе, устраивал меня по всем параметрам. Он умен и самодостаточен. Савушкин имеет влияние и деньги, поэтому не станет воспринимать меня, как денежный мешок и, если вдруг, у него ко мне родятся какие-либо чувства, то они будут честными и искренними, а не прикрытыми маской лжи. За свои чувства я не беспокоился, ведь я уже симпатизировал Савушкину, и не сомневался, что в скором времени это перерастет в нечто большее.
Кто бы знал, чего мне стоило не перейти границу и не прижать парня к сиденью, а затем не зацеловать его до смерти, когда мы прощались. Но я успел вправить себе мозг и по-мужски протянуть ему свою ладонь:
- Друзья? – спросил я в надежде, что он согласится и тем самым даст мне карт-бланш и время для его соблазнения.
- Конечно, - пожал он мою руку и улыбнулся, выходя из машины.
А я, как дебил, улыбался. Дав указания водителю ехать домой, я откинулся на сиденье и принялся составлять план по обольщению омеги.
Приехал домой уже под утро и сразу же набрал номер начальника службы безопасности, о времени я думал мало, я им для того и плачу огромные бабки, чтобы они и ночью и днем удовлетворяли мои прихоти. Трубку взяли с третьего гудка:
- Здравствуйте, Виктор Борисович, - бодро отрапортовали мне.
- Привет, Василий. Я вот что от тебя хочу: будь любезен в самые короткие сроки достать информацию на Савушкина Артема Владимировича.
- Понял, - коротко бросил он, а я отключился, улыбаясь своим мыслям.
Поспал я мало, потому что ровно в двенадцать дня меня разбудил звонок мобильного.
- Добрый день, Виктор Борисович, - пропел Вася, - у меня на руках интересующая Вас информация. Что с ней делать?
- Пришли по факсу ко мне домой, - я аж взбодрился от такой новости.
«Так, так… - я сидел в кабинете и, отпивая мелкими глотками кофе, читал досье о моем мальчике. Пока не было ничего интересного: родился, жил, работал, сухое описание развития его бизнеса. - Ага… а вот это интересно! Артем хочет попасть в городскую думу, но пока у него не достаточно влияния и возможности. У меня этого предостаточно, только вот самому не хочется становится депутатом, я лучше серым кардиналом побуду, а они у меня марионетками… Эх, ну раз мой малыш хочет, значит сделаем… осуществим… так сказать… его детские желания».
========== Любовь… ==========
POV Артем.
После того вечера прошло несколько недель, за это время мы с Виктором стали ближе, чем когда бы то ни было. Мы общались в свободное от работы время, за обедом, переписывались ночью, а потом вместе страдали недосыпом. Меня, признаюсь, тронуло то, что более он не интересовался моей ориентацией, никогда не говорил лишнего, не приплетал к нашим светским беседам работу и политику.