Объект 11 (СИ)

– Что случилось? – негромко спросила, пробуя на прочность собственные связки. Все было в норме. – Пятая выстрелила в меня…
– И попала, – ответила Трия. – Обширные ожоги, повреждения внутренних органов… Самым разумным было прибегнуть к эвтаназии, чтобы не длить мучения.
– Но кто-то не прислушался к доводам разума? – спросила, пробуя двигать пальцами. На первый взгляд все было в порядке. На второй – тоже.
Наверное, Седьмой в чем-то был прав. Я чертов идеальный гуманоид с регенерацией, близкой к мечте. Многие за такую живучесть отдали бы не одно состояние.
Пусть ставят опыты на себе. С меня хватит.
– Я что, первый год тебя знаю? – неожиданно фыркнула Трия и поднялась со своего места. – Раз ты в порядке, я могу быть свободна. Желающих подержать тебя за ручку и без меня хватает, а у нас самый напряженный момент в переговорах. Постарайся больше не умирать, пока мы не разберемся с Пхенгом.
Встала и ушла, оставив меня в тишине и неизвестности. С одной стороны, раз никто не носится вокруг с тревожной сиреной, наверное, все идет своим чередом. А с другой – тревожно. Как оно все обернулось?
Тихо шелестнули двери, впуская нового посетителя. Я приподнялась на локтях, потому что бортики медкапсулы мешали видеть, кто это по мне так соскучился. Вариантов было не так много, однако меня удивляло уже само их наличие. Всего несколько месяцев назад, до этого злополучного заказа, я бы сдыхала в одиночестве.
– Неубиваемая Эль, – сказал, подойдя ближе, Альфар. Я обрадовалась ему, но не так сильно, как могла бы одному синеглазому инопланетянину, чья судьба меня весьма тревожила. – Всего сутки, как тебя уложили в медкапсулу, а уже как огурчик.
– Такая же зеленая?
Он только хмыкнул, рассматривая меня затаенной тоской.
– Я рад, что тебя так сложно убить…
Я покачала головой, останавливая его. Внутри неприятно кольнуло сожаление о неслучившемся, о том, что он пронес через годы симпатию, которая с моей стороны так и не переросла во что-то большее. А может, то тянули не до конца затянувшиеся повреждения.
– Я даже из черной дыры вернусь отдохнувшая и с сувенирами, о чем ты вообще, – попыталась пошутить и перевести тему, и Альфар послушно улыбнулся, беря себя в руки. – Расскажи лучше, что я пропустила. План удался?
– Мы все удивлены, но да. – По его губам скользнула полная сарказма улыбка. – Пхенг в ярости, но Форкс сработал четко, и нас даже в нападении на орбитальную станцию не могут обвинить – видео из лаборатории плюс показания самих потерпевших… Нергиты были в своем праве, и стоит только заикнуться об агрессии с их стороны… Пхенгу будет не отмыться.
Губы сами растянулись в улыбке, и злорадства в ней было слишком много, чтобы считать меня после нее хорошим человеком.
– Сейчас ведутся переговоры об условиях, на которых планета перейдет Нергии. Пхенг торгуется, но не удивлюсь, если его заставят вообще подарить ее в качестве жеста доброй воли.
Нет, ну надо же, то есть инсектоидам они толком ответить не могут, а тут вцепились, как космические блохи! Ну еще бы, после того как мы буквально на блюдечке преподнесли им планету… Я бы весьма обиделась, если бы правительство Нергии и тут спасовало. А меня обижать вредно для здоровья.
– Форкса сейчас пытаются вытащить с Эврики. Обвинения ему пока не предъявлены, но чем скорее он покинет территорию Пхенга, тем лучше.
Я согласно вздохнула. Четвертый… Не боец, увы, хотя подготовку проходил вместе с нами. Но против специальных подразделений чернокрылых никакой компьютерный гений не выстоит. А ведь именно на нем завязано в нашем безумном плане слишком многое.
– Все при деле, работа кипит, – чуть грустно улыбнулась старому другу, понимая, что… А все. Мое участие подошло к концу. Я не дипломат, и в переговорах вряд ли буду полезна. Скорее наоборот… Почему-то было жаль, что я выпала из обоймы. Даже если бы Пятой удалось от меня избавиться, это уже ничего бы не изменило. Механизм запущен и набирает обороты. Кстати о Пятой…
– Что с заложником? Пятая выполнила свое обещание?
  
Альфар недовольно поджал губы и отрицательно покачал головой.
– Мы прочесали весь сектор… Никого не нашли. Даже если у спасательной капсулы отключена “мерцалка”, ее бы все равно обнаружили. Скорее всего…
– Она забрала его с собой, – перебила я Альфара, не желая даже слушать о самом неприятном варианте. Ведь тело маленького мальчика без скафандра в открытом космосе отыскать невозможно… – Нагадить решила напоследок, стерва белобрысая.
От злости пальцы так сжали бортики медкапсулы, что сверхпрочный высокотехнологичный пластик жалобно хрустнул.
Ну ничего. Вселенная, конечно, велика, но не бесконечна. Свидимся еще.
Альфар молчал. Я тоже. Негромкое гудение приборов не разрушало тягостной тишины медицинской палаты, в которой я в конце концов опознала родной медицинский блок Ц189. Значит, мы остались на планете, что логично и разумно. Здесь есть все необходимое оборудование, нет нужды тащить пострадавших на обиту.
И я решилась спросить о том, что волновало меня больше всего с момента пробуждения, но так страшно было услышать ответ, что я готова была разговаривать о чем угодно.
– Что с пострадавшими нергитами?
Разумеется, меня волновал только один из них.
  
52
 
Альфар ни жестом не выдал, что он понял, о чем – о ком – я спрашиваю, чем заслужил еще большее уважение, если это вообще возможно.
– Самых тяжелых поместили в медицинские капсулы. Таких немного, нергиты крепкие ребята. Можешь сама убедиться, что все в порядке.
Он кивнул в сторону соседней медкапсулы, и сердце забилось чаще. Все Альфар прекрасно понимал. В том числе и то, что мне искренне и от всей генномодифицированной души плевать на нергитов как расу.
– Отдыхай, – невесело улыбнулся Альфар и отключил медкапсулу. Иглы и датчики убрались в недра высокотехнологичного аппарата. Я наконец ощутила себя свободной, но именно сейчас на этот факт мне было глубоко плевать. Да я даже не заметила, как Альфар покинул медблок!
Меня интересовала только соседняя капсула, надежно закрытая, что говорило о том, что идет интенсивный процесс восстановления.
Он был там – бледный, с запавшими глазами и обескровленными губами. Сердце сжалось, но монитор медкапсулы свидетельствовал о нецелесообразности такой реакции. Состояние стабильное, средней тяжести, пациент погружен в медицинский сон для ускорения восстановления.
Тревожиться не о чем, но я, оставшись внезапно не у дел, не могла себя ничем отвлечь. Что с ним? Очнется ли? Я ведь не понимаю природу способностей нергитов, и чем может грозить их использование могу только догадываться.
Тревожные мысли догоняли друг друга, как испуганные няши, тишина медблока давила на уши, и сейчас я была бы рада даже Карригу и его беловолосой подружке.
Вселенная услышала меня и отреагировала оперативно.
– А что это ты тут сидишь? – спросила непривычно жизнерадостная Твина, заходя в палату. – Время обеда, время вспомнить вкус детства!
– Вкус синтетической питательной пасты без ароматизаторов и усилителей вкуса?
Твина важно кивнула и сунула мне в руки сверток с одеждой знакомого защитного цвета.
– Одевайся. Ждем тебя в столовой. Планировка все та же, не заблудишься.
Я взяла сверток и улыбнулась. Проделать такой длинный путь, чтобы оказаться в той же точке, откуда когда-то начинала. Не думала, что мое стремление обрести свободу приведет меня сюда, но рада таким неожиданным поворотам судьбы. У нас есть шанс начать все заново, переписать кровавую историю Ц189. Сделать ее обычной населенной планетой. И самим жить пусть не обычной жизнью, но той, которую мы выберем себе сами.
Дождалась, пока за Твиной закроется дверь, ласково погладила прохладный пластик крышки медкапсулы, в которой восстанавливался Нейдан, и разворачиваю комбинезон, один в один похожий на тот, в котором я провела детство и юность.
– Ну здравствуй, дом. Я вернулась.