Следствие ведёт чужеземец (СИ)
– Так интересно, интересно. Просто не по карману такие приключения. Вы же знаете, сколько это стоит?
– Знаю уж, знаю. Сын-то мой, Саша, помнишь его? Так он постоянно лежит в коконе этом, все играется. Даже работает там, вроде в клане каком-то, если я правильно понял. Так что и сколько все это стоит тоже знаю. Я, собственно, тебя поэтому и позвал. Дело у меня к тебе есть.
– Какое? - насторожился я, отпивая уже остывающего кофе. На вкус, конечно, так себе, но бодрит. - Надеюсь, что-то не сильно большое? Хотел бы до отпуска разобраться, чтобы отдохнуть.
Виктор Сергеевич тяжело вздохнул и замолчал. Предчувствуя что-то сильно нехорошее, очень сильно похожее на мой только что умерший отпуск, я напрягся. Похоже, отдохнуть мне не светит.
– Собственно, поэтому тебя я и позвал, - задумчиво повторил начальник. - Дело у меня к тебе есть. И как к работнику, и как к человеку. Как раз по поводу сына моего, Сашки. Ты дверку-то прикрыл?
– Прикрыл…- ответил я, понимая, что сейчас будет что-то интересное.
– Так вот. Сашка мой, он в Вальдиру эту играет постоянно… Работает в ней, живёт почти. Вылезет раз в сутки-двое, бледный как сама смерть, поест, попьет, поспит пару часиков и опять в кокон этот свой залезет. А сейчас... После похода этого к материку новому, совсем он там заперся. Не выходит почти, а если выходит, то убитый какой-то. Бормочет что-то и волком на всех смотрит. И повторяет все про какой-то остров, какую-то Мису и какого-то Бога взбесившегося. Нелюдимым стал, закрытым. Огрызается и почти срывается. Я вместе с его матерью пытался поговорить с ним. Так он просто сказал: «Пап, отвали, сам разберусь», и ушёл в комнату свою, дверью хлопнув.
Начальник сел в кресло напротив и замолчал, явно ещё раз вспоминая события недавнего прошлого. Слова, как уже сказанные, так и те, что он хотел сказать, явно давались ему нелегко, но спустя несколько секунд он сосредоточился и продолжил.
– Так вот, мы с Наташей этому значения не придавали, как я слышал там из-за этого похода и так все на нервах, даже вон, у офисов Вальдиры митинги всякие, кто-то руку на людей поднимал. В общем, кипят страсти, проблемы и приключения. Дело понятное, даже я, далёкий от таких дел старик все понимаю. Не догадываюсь только до одного - почему Сашка так поменялся резко. Ты знаешь, он не в мать свою пошёл, а в меня. Я себя хвалить не хочу, конечно, но знаешь, в газете этой, сорок лет работаю. Вот с твоей же должности, тоже зелёным студентом сюда пришёл. И такого навидался - ты бы знал. Так вот и сын мой весь в меня пошёл - кремень кремнём. Черта с два он бы из-за игры какой себя так повёл. Да и воспитанный он - не стал бы на родителей так срываться. А тут… Тут я недавно встал с утра пораньше, нужно было перед работой в типографию заскочить, так, когда проходил я мимо его комнаты, услышал как он плачет! Мой Сашка - плачет! И не просто хнычет, а прямо как ребёнок, не особенно скрываясь… Я, конечно, постучал, спросил, как помочь могу, кровинушка-то моя, но тот в ответ: «Пап, нормально все, сам справлюсь». И слышу тут как кокон его открывается.
Виктор Сергеевич помассировал ладонью лицо, будто протирая веки, и посмотрел прямо мне в глаза. И, сказать по правде, такой взгляд я у него видел впервые.
Тут ведь как - я работал тут почти два года и все под руководством Виктора. И рассказать о нем мог довольно много, благо, сработались и немало статей под его руководством я написал. И приличное количество тем разных обсудили. В журналистском деле же оно как - ты не только должен донести до читателя саму новость, но и рассказать, почему тот или иной факт важен и интересен. И вот именно беседы с Виктором Николаевичем сильно помогали если не переосмыслить тему работы, так взглянуть на неё с другого угла. То есть мужчина он был прямо скажем, очень умный и уверенный в себе. Вроде как, у него даже награды были, и публикации серьёзные…
Так вот, мой руководитель, до этого спокойный и волевой, смотрел на меня с такой смесью мольбы, непонимания и надежды, что меня аж в дрожь кинуло.
– Коль. Помоги моему сыну. Пожалуйста. Вы с ним одногодки, да и видел ты его все же. Ты поймёшь его лучше, чем мы с Наташей.
– Хорошо, Виктор Николаевич, поговорю. Дайте пожалуйста его адрес электронный - сегодня же напишу…
– Нет, не получится так. Говорю же, живёт-то он уже не «тут», а «там», - начальник обречённо махнул рукой. - Почту, как я понял, он вообще не читает - я это узнал, когда увидел долг по коммуналке. Раньше её Саша через интернет, по электронной квитанции оплачивал. А сейчас нет! Не тронул!
– Так, а как мне помочь ему тогда? Чтобы без разговоров через почту? Нужно лично к нему постучаться? Так если в коконе он, так и не услышит ведь…
– Через Вальдиру и помочь. - Отрезал Виктор Николаевич и отпил из своей кружки. Судя по запаху, его кофе был с коньяком.
– Подождите… Так я же не играю. Не по карману мне это всё, вы же знаете мою зарплату. Да и времени нет особенно…
– Обеспечим. - кивнул мне начальник. - Саша как-то пытался мне показать Вальдиру эту. Кокон купил отдельный, новый. Всё звал, говорил на приключения вместе ходить будем, монстров бить, принцесс спасать. А я ему заявил тогда, что неинтересно мне реальность на выдуманный мир менять. И что чушь это все, трата времени. И вот вышло что из этого…
Сидящий передо мной мужчина выглядел уже не уверенным в себе редактором хоть и небольшой, но всё же газеты, а раздавленным грузом своих ошибок отцом.
– В общем, зря я тогда так… Радикально. Он же ради меня, старика, старался. Хотел больше времени вместе проводить. А я… а я вот так, старый дурак, не хотел воспринимать его интересы всерьёз. И к чему это и привело. Так вот. Есть у меня кокон ненужный, стоит в гараже, пыль собирает. Его я тебе и отдам.
Немного ошалев от такой щедрости (это же какие деньги!) я еле выдавил из себя, одновременно поражаясь своей наглости:
– Так там же ещё и подписку оплачивать нужно…
– Знаю. Её тебе через бюджет газеты оформим. Он, конечно, у нас не резиновый, но такую трату стерпит. Тем более, что вся эта круговерть с походом, митингами и протестами тут только на руку. Если согласишься, а я по-человечески скажу, очень хочу, чтобы ты согласился, я сегодня же переговорю с директором регионального отделения о выделении денег. Алексей Андреевич у нас понятливый, видит, что тема громкая, он эту мысль и проспонсирует. А тебе нужно будет только написать пару статей. Назовём это «Авторской колонкой». Пока будешь в Вальдире, соберёшь информацию, расскажешь о ситуации и всё такое. В общем, от тебя материалы, от газеты деньги, а от меня кокон и большая благодарность. Такая работа тебя устроит?
– Предложение неплохое, конечно... - пытаясь удержаться от криков радости выдавил я.
Пытаться скрыть эмоции в данный момент было сложно. Практически невозможно. Это что же получается, я мало того, что попаду в ТОТ САМЫЙ фантастический мир с приключениями и принцессами, которых постоянно нужно спасать, так мне и платить за это не потребуется. Наоборот - заплатят мне! Остался всего один вопрос…
– А что с отпуском?
– Откладывается твой отпуск, получается. Но ты пойми - дело это, конкретно для меня, очень важное. Да и для твоей карьеры, если все получится, это будет очень заметный толчок. Представь сколько сейчас людей этой Вальдирой интересуются. А ты молодой, умелый, да с возможностью публиковаться. А там, может быть, и Алексей Андреевич твою работу на федеральный уровень протолкнёт, если напишешь хорошо. А об оплате - не волнуйся. Пока будешь на задании в Вальдире, будем платить по системе командировки, с надбавками и гонорарами за материалы. Так что, по рукам?
Отказываться было не то что глупо. Отказываться было почти незаконно. За такой шанс многие бы зубами уцепились и не отпускали. Я отказываться тоже не стал.
– Согласен.
– Ну и отлично. Тогда вот бумаги, заполни их, прямо сейчас и сдай Маргарите, она возьмёт твои дела. А ещё отправь мне прямо сейчас свой адрес и номер телефона домашний, я свяжусь с руководством и техниками Вальдиры. И едь домой сразу, подключишь технику и начнёшь работать. Командировка, она, конечно, командировка, но время тратить не стоит. Каждая минута важна. И для твоей карьеры как журналиста, который может успеть те новости описать, так и для меня. Все понятно?