Долина привидений. Руки вверх!

— Да, это квартира мистера Байрда, но его самого нет в городе. Кто у аппарата?
— Мне очень нужно увидеть мистера Байрда, — настойчиво сказал Люк. — Где бы я мог его найти?
— Кто у аппарата?
— Передайте, пожалуйста, что ему звонил мистер Мэдиссон. Я был в Скотленд-Ярде и…
Холодный воздух, ворвавшийся в телефонную будку, заставил его обернуться. Человек, открывший дверь, казалось, не интересовался ни Люком, ни его переговорами. Люк закрыл дверь и с досадой обнаружил, что с квартирой Байрда связь прервалась. Во всяком случае, начало было положено. Он почувствовал некоторое облегчение, шагая по набережной к мосту Ватерлоо.
Внезапно с ним поравнялись два человека.
— Мистер Смит, с вами хочет поговорить Коннор.
Тон говорившего был резок и повелителен.
— Я не Смит, а Мэдиссон.
— Так или иначе, сэр, — произнес другой, — но мистер Коннор желает поговорить с вами.
— Где он? — спросил после некоторого раздумья Люк.
— Он около отеля «Савой»… полиция!
Они отскочили в сторону, увлекая за собой Люка. Мимо промчался полицейский автомобиль.
Они миновали вход в «Савой» и свернули на узкую улочку.
— Где же Коннор?
— Одну минуту… я только прикурю сигаретку, — ответил один из них.
Он зажег спичку. Люк невольно взглянул на нее…
Больше он ничего не помнил. Он даже не почувствовал боли удара, упав без сознания на мостовую. «Тотшлагер» применила опытная рука. Когда Люк пришел в себя, он почувствовал сильнейшую головную боль. Он лежал на досках кузова скрипящего грузовика. Оба незнакомца сидели рядом с ним и тихо переговаривались между собой.
— …это рассказал мне Коннор, — произнес один.
— Он опасался, что этот просвистит нас, — добавил второй.
Люк лежал неподвижно. Он чувствовал на голове шишку величиной, по крайней мере, с яйцо, но крови не было.
Автомобиль остановился. Послышался лязг отворяемой решетки, потом автомобиль, видимо, въехал во двор. Шофер выключил мотор.
— Можете идти? — спросил голос.
— Попробую, — ответил Люк.
— Тогда вылезайте. И без глупостей, Смит!
Люк вылез. Земля под ногами была сырой и мягкой. Он зашатался, и один из людей, взяв его под руку, повел в маленький приземистый домик. Справа Люк увидел реку. В это время по ней проходил буксир, огни которого отражались в темной воде. По скорости его хода Люк заключил, что он идет вниз по течению. Похоже, что его привезли в Сюррей.
Люк вошел в домик. Пахло плесенью. Он не мог ничего различить в темноте, но почувствовал под ногами ковер. Открылась дверь, и его втолкнули в комнату.
Коннор сидел за столом, тасуя колоду карт. Он хмуро посмотрел на вошедших.
— Что, пришлось предпринимать серьезные меры? — спросил он, скривив губы подобием улыбки.
Человек, державший Люка, рассмеялся.
— Он не желал ничего слушать.
— Садитесь. — Коннор указал на диван, и Люк почувствовал искреннюю благодарность за это приглашение.
— Так… Значит, вы хотели нас просвистеть?
Голос Коннора звучал довольно любезно. Руки продолжали тасовать карты.
— Я принимал вас за порядочного человека. Но вы, оказывается, не что иное, как самый заурядный паршивый свистун. Вы пошли в Скотленд-Ярд и спрашивали там «Воробья»! Это ваш друг?
— Я его знаю, — ответил Люк.
Коннор кивнул головой.
— Потом вы пробовали связаться с ним по телефону… Можете не оправдываться, Смит, я и так все знаю. С первого же дня я не доверял вам. Я вообще не доверяю австралийцам.
Несмотря на головную боль, Люк невольно улыбнулся.
— Думаю, австралийцы отвечают вам тем же.
— Пожалуй, — согласился Коннор.
Он еще раз перетасовал колоду, не сводя с Люка пристального взгляда.
— Итак, вы знаете «Воробья»… Может быть, вы знаете и Данти?
Люк вздрогнул.
— Данти Морелль? — спросил он.
Как мог он забыть о Данти? Как мог он забыть свое горячее желание, вырвавшись на свободу, разоблачить афериста?
— И Данти вы тоже знаете… — В голосе Коннора слышалось легкое изумление. — И Пи Кольса?
Люк кивнул.
— Кольс — это его слуга.
Лицо Коннора расплылось в улыбке.
 
— Правильно, Пи его слуга. Вы знакомы со всей шайкой! Позвольте заметить, Смит: человек, который знает Данти, всю шайку Левинга, и наведывается, кроме этого, в Скотленд-Ярд, нашему обществу не подходит…
Долгая пауза.
— И поэтому мы не можем оставлять вас у себя. — Он задумчиво посмотрел на одного из своих людей.
— Когда начинается прилив?
— В четыре часа.
Коннор кивнул и снова посмотрел в глаза Люку.
— Вы хороший пловец?
— Относительно, — ответил Люк.
— Мы устроим ему сегодня маленькую ванну, — сказал Коннор. — Отведите его в «холодильник».
Человек, ударивший Люка, взял его за руку и помог подняться. Боль в голове понемногу проходила, и Люк чувствовал, что силы снова возвращаются к нему, но счел за лучшее не показывать этого.
Очевидно, здание было не особенно велико. Оно предназначалось для весовщиков какой-то фирмы, у которой Коннор купил его вместе с амбаром. Официально Коннор был скромным торговцем строительными материалами. Время от времени перед домом останавливались баржи и выгружался товар. Коннор торговал старым железом, цементом и всем, что попадалось под руку. Дом на реке был его штаб-квартирой.
В нескольких шагах от двери жилой комнаты находилась другая. Люк подумал о том, что это помещение, возможно, часто употреблялось для подобных целей. В нем не было окон, и вообще оно более всего напоминало тюремную камеру. Мебели не было. Кирпичные стены чисто выбелены…
За Люком захлопнулась дверь, и он остался один на один с сознанием того, что около пяти часов утра прилив достигнет высшей отметки и мистер Коннор любезно предложит ему «маленькую ванну».
  
21
 
Маргарите пришлось ждать довольно долго. Мистер Гортон, сойдя вниз, сообщил ей, что в квартире нашли вора, которому, к сожалению, удалось бежать. Швейцар дал ей подробные сведения.
— Я видел этого человека, миссис Мэдиссон. Высокий такой, с усами. Сыщики говорят — опасный преступник. У него нашли револьвер. Может быть, вы подниметесь в квартиру?
Маргарита мгновение колебалась, но тут же согласилась, и швейцар поднял ее на лифте наверх. В квартире находился сыщик, очевидно, ожидавший ее. Они прошли в комнату, где побывал «взломщик». Дверцы шкафа были распахнуты, письменный стол был взломан (Люк потерял ключ), на полу валялись в беспорядке бумаги.
— Инспектор никак не мог понять, что он, собственно, искал, — рассказывал Маргарите сыщик. — В одном из ящиков лежали золотые часы, но он их не тронул. Вроде, его больше интересовал гардероб.
Он показал на большой чемодан, доверху набитый вещами. Смокинг, полдюжины рубашек, носовые платки, пижама…
— Он потерял много времени за письменным столом. Мой коллега рассказал, что у вора под рубашкой была спрятана какая-то книжка. Он нащупал ее, когда тот вырвался.
— Книжка?—быстро спросила Маргарита. — Странно!
В эту минуту она заметила конверт, валявшийся на полу. Она сейчас же узнала его по штемпелю паспортного бюро. Люк взял его в день свадьбы, чтобы сделать ей сюрприз: на паспорте уже была ее фотография. Она подняла конверт. Он был пуст. Она подняла валявшиеся на полу листки бумаги. На одном из них было написано:
 «Милый Хильтон! Я в ужасном положении…» 
Почерк Люка! Здесь был Люк. Она нашла еще один листок, тоже начатое письмо присяжному поверенному. Видно, Люк уселся за письменный стол, начал писать письмо, но потом раздумал… Значит, Люк был здесь. Люк — вор. Но для чего?
Она повернулась к сыщику, чтобы поделиться с ним своим открытием, но не успела произнести ни слова, как тот сказал:
— Это был ловкий малый — один из наших узнал в нем человека, который был в автомобиле, когда ограбили Тоффани. Он так ударил одного из приказчиков в подбородок…