Долина привидений. Руки вверх!

— Мне кажется, я чересчур много говорю, мисс Нельсон.
— Не будьте таким смешным. Вы уже утром назвали меня Стэллой и глупым ребенком. Разве это не чудно?
— Я был слишком смелым, — тихо заметил он.
— Я думаю, что мы уже хорошо знаем друг друга, и я охотно вижу вас. Вообще, я трудно привыкаю к человеку, и должна его изучить. Может быть, это и было реакцией. Я вас так ненавидела, потому что чувствовала себя виноватой. Я думала, вы ужасный человек, кровавый охотник, следящий за несчастной добычей.
— По-видимому, все имеют такое представление о полицейских. Но мы думаем, что вид полицейской формы веселит хорошего гражданина.
— Но я не хорошая гражданка. Наоборот, очень плохая. Вы не знаете, как я плоха!
— Могу только догадываться.
Они молча шагали рядом.
— Стэлла, — вдруг сказал он. — Делал ли Мэрривен при вашем последнем посещении какие-то намеки, где он собирается провести свое время в будущем?
— В Италии, — ответила она и задрожала всем телом. — Он сказал мне, что получил на днях огромную сумму и купил дворец у озера Комо.
— Нет, насколько я помню, он говорил, что собирается получить ее от кого-то, но не будем больше об этом.
От кого Мэрривен собирался получить деньги? Не от Эбрэгема Селима ли? Или он уже получил ее и запрятал? Возможно, ростовщик узнал, что он хочет уехать в Италию и пытался получить свои деньги обратно?
Когда они спускались по откосу, Энди взял Стэллу за руку, чтобы помочь, но не выпускал ее и тогда, когда пошли по прямой дороге. Она тоже не отнимала своей руки. Она была счастлива. Она чувствовала прикосновение его сильных рук и ощущала уверенность в том, что смело может смотреть в будущее и не опасаться никаких невзгод.
— Вы очень серьезны, — сказала она на обратном пути. — Я знала, что прогулка будет великолепна. Я больше ничего не желаю. Мое счастье чрезмерно. Такого момента мы больше не сумеем испытать. Истинное счастье неповторимо!
Они очутились у площадки для гольфа. Кругом никого не было.
— Энди… поцелуй меня, — сказала она простодушно. Энди наклонился над ней и коснулся ее дрожащих губ.
  
13
 
Мистер Салтэр посмотрел в бинокль, но не мог узнать незнакомца. Раздался звук шагов и приземистый человек со здоровым красным лицом, в бархатном костюме, предстал перед мистером Салтэром.
— Мэддинг, кто там ходит у Спринг-Ковер?
— Кажется, это один из жителей Беверли-Грин, думаю, это Уильмот.
Мистер Салтэр опять выглянул в окно.
— Да, ты прав. Сойди вниз, передай привет и предложи свои услуги. Быть может, он что-то потерял. Но мне кажется невозможным, чтобы в моих владениях было им что-либо утеряно.
Мэддинг вышел, а мистер Салтэр снова занялся своими картами. Когда он посмотрел в окно, то увидел одного сторожа. Незнакомца уже не было.
— Ах, как скучно, — сказал мистер Салтэр и снова стал перетасовывать карты. Появился Мэддинг.
— Спасибо, я видел, ты его не нашел.
— Я нашел ту вещь, мой господин. Видимо, он ее искал.
Он подал мистеру Салтэру золотой портсигар, очистив его от глины. В портсигаре были две мокрые папиросы и клочок газетной бумаги, на котором был адрес, написанный карандашом.
— Хорошо, Мэддинг. Я передам его владельцу. Здесь есть монограмма. Думаю, он даст тебе награду. Правда ли, что ты убил горностая? Эти звери страшно вредят молодым фазанам. Ты сказал, их будет много в этом году. Ну, хорошо, благодарю тебя, Мэддинг.
— Извините, пожалуйста, сударь. Я хотел кое-что сказать.
— Ладно, говори, — сказал мистер Салтэр.
— Я хочу говорить об убийстве. Я думаю, убийца бежал через сад.
— Откуда у тебя такая мысль?
— Я обходил в ту ночь окрестность. Жители Беверли стали настоящими браконьерами. Начальник сторожей мистера Гольдинга сказал, что он поймал человека, убившего шесть фазанов. Во время обхода я услышал у Валли-Ботом звук выстрела. Поспешил туда. Хотя я не встречал браконьеров с оружием в руках. По дороге я остановился, чтобы прислушаться. Я слышал шум шагов по направлению к Спринг-Ковер, где вы увидели мистера Уильмота. Я окликнул пешехода, но шаги затихли. «Остановитесь, я вас узнал», — крикнул, так как думал, что это браконьер. Больше я ничего не слышал и ничего не видел.
 
— Вам следовало бы донести об этом в полицию. Это может дать материал для розысков. К счастью, сегодня меня посетит мистер Маклэд.
— Я не знал, что делать. Я не ставил выстрел в связи с убийством. Только после того, как рассказал жене, она посоветовала рассказать все вам.
— Ваша жена права, — ответил с улыбкой мистер Салтэр. — Не уходите никуда, скоро придет Маклэд.
Энди с интересом выслушал рассказ Мэддинга и спросил о времени.
Мэддинг нашел также портсигар мистера Уильмота. Тот искал его в районе Спринг-Ковер.
— Благодарю вас, Мэддинг. Вы можете идти, если у мистера Маклэда нет больше вопросов.
— Как он попал в Спринг-Ковер? — спросил Энди, рассматривая портсигар. — Разве там имеется общественная дорога?
— Нет, он незаконно очутился в чужих владениях. Я особенно слежу за тем, чтобы не прогуливались в моих садах и парках. Жители Беверли-Грин пользуются привилегией устраивать пикники на моих лугах, но они должны предварительно извещать об этом начальника сторожей. И они никогда не приближаются к замку и не появляются в районе Спринг-Ковер… это не особенно приятное место.
Энди открыл портсигар и вынул кусочек газетной бумаги.
— Кажется, это адрес, — заметил Энди.
— Да… адрес убитого Свэнни… и Уильмот получил его в день убийства, — добавил Энди.
Он осмотрел кусочек бумаги, оторванный, видимо, от воскресной газеты. Можно было прочесть: «…воскресенье, 24 июня». Энди думал, что газета, скорее всего, принадлежала Свэнни. Адрес написан был утром, так как жители Беверли не носят с собой газеты после обеда в воскресенье. Вероятно, Свэнни и Уильмот встретились, беседовали, и Уильмот, решив, что Свэнни может быть ему полезен, записал его адрес. Но встреча вряд ли состоялась в Спринг-Ковер, где был найден портсигар. Они могли встретиться там только после наступления темноты, или Уильмот сам ночью побывал в Спринг-Ковер. Последнее казалось Энди наиболее правдоподобным. Итак, Уильмот причастен к этому делу. Возможно, Мэрривен узнал о его таинственных занятиях в городе…
— О чем вы думаете? — спросил мистер Салтэр.
— Странно. Я не знаю, что делать с этой находкой. Разрешите, я верну ее хозяину.
Вернувшись в Беверли-Грин, Энди вдруг подумал, что все события, что произошли в последнее время, носят двойственный характер: угрозы Уильмота мистеру Мэрривену и вспышки гнева мистера Нельсона у дверей его дома. В квартирах Мэрривена и Нельсона нашли обгоревшие бумаги… А теперь еще эта находка.
— Мы нашли драгоценное кольцо с бриллиантом. Мистер Нельсон нашел его, когда проходил мимо дерна, — сообщил инспектор после приветствия. — Мне неизвестно, чтобы в доме Мэрривена пропало кольцо. Никто из жителей Беверли-Грин также не признал его своим.
Стэлла действительно была беспечна и неосторожна. Она разбрасывала подозрительные вещи, как лисица на охоте за рыбами.
— Ничего, владелец сам уж заявит о себе, — равнодушно сказал Энди.
Вечером он застал Уильмота у ворот его сада.
— Я думаю, что это принадлежит вам, — сказал Энди, показав ему портсигар. Уильмот густо покраснел.
— Не может быть! Я… ничего не терял.
— Но на нем имеется ваша монограмма и два соседа утверждают, что портсигар ваш.
Энди говорил неправду, но добился этим успеха.
— Ах, да! Благодарю вас, доктор Маклэд. Я это теряю впервые.
Энди усмехнулся.
— Потом вы у Спринг-Ковер еще кое-что искали.
Уильмот побледнел, как смерть.
— Когда вы отметили себе адрес Свэнни?
Уильмот посмотрел на Энди с такой ненавистью, что тот отпрянул от него. Энди объяснил это двояко: либо виновен, либо ревнует. Скорее это была ревность. Он знал или предполагал об отношениях Энди и Стэллы.