Долина привидений. Руки вверх!

Инспектор вернулся с дворником. Энди спросил, не знает ли он мертвеца.
— Да, мой господин, это Свэнни, которого мистер Мэрривен видел сегодня около дома. Нет, это было вчера, утром!
— Совершенно верно!
Свэнни ненавидел Мэрривена. Возможно, у него были и другие причины ненавидеть.
Вернувшись в комнату, Энди дал последние указания.
— Никто не имеет права входить сюда. Газетным репортерам можно сообщить только факт, что мистер Мэрривен был убит между полуночью и первым часом ночи. Положение трупа может быть нарисовано простым наброском от руки. Но впускать кого-либо в комнату строжайше запрещено. Мотив убийства — грабеж. Что касается убийства в саду, репортеры могут думать, что им заблагорассудится.
Выйдя из дома, Энди вдруг увидел Артура Уильмота. Он изо всех сил бежал к дому. Под пальто виднелась пижама. Он дрожал, лицо было бледно.
— Мистер Маклэд! Правда ли? Мой бедный дядя! Господи, это же невозможно!
— Я рад вас видеть, — медленно произнес Маклэд. — Да, это, к сожалению, правда. Ваш дядя мертв. Он был застрелен.
— Застрелен?
Артур боязливо пробормотал это слово. Энди кивнул головой.
— Но ведь у него не было врагов…
— Лишь немногие люди убиты из-за того, что у них были враги. Единственный, кто недавно угрожал Мэрривену, это — вы!
Уильмот отпрянул назад, будто получил удар по голове.
— Я? — заикнулся он. — Я ведь никогда…
— Мистер Мэрривен был уже мертв, когда его нашли, и он ничего не мог сказать. Мистер Уильмот, подумайте и скажите мне толково и ясно, что я у вас буду спрашивать. Вы можете и не отвечать на мои вопросы, если не пожелаете. У вас был спор с мистером Мэрривеном?
Уильмот был настолько ошеломлен, что не мог произнести ни слова. Он лишь беспомощно покачал головой и с ужасом посмотрел на детектива.
— Я хочу вам сказать, что когда я неделю тому назад стоял здесь у дверей, вы сказали своему дяде: «Я скорее убью тебя».
Уильмот опять обрел дар слова.
— Наверное, кто-то оклеветал меня, — громко вскрикнул он. — Я вам тоже могу кое-что рассказать. Да, я с ним спорил… Но об одной девушке, не стоящей и пачки иголок. Теперь вы это знаете. Дядя тогда сказал, что хочет на ней жениться. Но ведь он уже давно женат. Он и понятия не имел, что я это знаю. Он никогда об этом не рассказывал. Его жена сбежала за океан. Он с нею не развелся. У него была на это особая причина. И когда он сказал, что хочет жениться… на этой девушке…
— Не орите так, — резко оборвал его Энди. — Я не глухой. Меня не интересуют ваши семейные дела. Я более чем уверен, что вы лично непричастны к убийству, несмотря на то… — Он сделал паузу, чтобы придать своим словам большую вескость. — Что вы являетесь наследником убитого и выигрываете от его смерти. Конечно, если вы не хотите доказать, что его жена жива. В этом случае она наследует его имущество. Может быть, он оставил завещание.
— Насколько я знаю, он не делал завещания, — сказал Уильмот более тихим голосом. — Мне жаль, Маклэд, что я забылся в вашем присутствии. Но я ошеломлен… Вы сами понимаете!
Энди молча кивнул головой.
Он пошел с Уильмотом в сад и наблюдал за ним, пока тот не дошел до своего дома. «Этот Уильмот жаловался… Девушка, не стоящая пачки иголок». Разве они ссорились между собой? Их считали помолвленными. Как сильно Стэлла оскорбила, должно быть, тщеславие Артура, если он решился на подобные слова. Энди заметил эту слабость характера Артура. Когда тот говорил о себе, он имел привычку прищуривать глаза. Это было явным признаком, что он тщеславен.
Энди медленно шел по широкой дороге.
Не пойти ли к ее дому? Было шесть часов. Она, наверное, еще не проснулась. Он посмотрел на окна дома. Шторы были еще опущены. Но он вспомнил, что она говорила, что встает в шесть утра, так как не имеет прислуги. Он постоял в нерешительности, а затем постучал в дверь, которая немедленно была отворена.
  
9
 
Стэлла стояла мертвенно-бледная. Темные круги были под глазами. Доказательством ее виновности было и то, что на ней были те же шелковые чулки, что и вчера. Женщина, обычно, не надевает светлые чулки одни и те же два дня подряд. Она не раздевалась.
 
Стэлла вошла в залу, где горел свет.
— Я вас ожидала, — сказала она безучастно. — Разрешите, пожалуйста, рассказать об этом моему отцу перед тем, как вы меня уведете.
Он был поражен.
— Я вас уведу… — повторил он.
— Я знала, что вы придете… Я всю ночь ожидала вас. — Она заметила, что он был тронут, и опустила голову. — Мне очень жаль, — пробормотала она, — я была невменяема… Я была безумна.
Он вдруг встрепенулся. Двумя прыжками достиг ее и схватил за плечи.
— Вы бедный глупый ребенок, — сказал он тяжело дыша. — Боже мой, что вы наделали?!
Он вынул из кармана шаль и кольцо и бросил их на стол.
— Моя шаль… мое кольцо… Ах, теперь я припоминаю.
Ему было тяжело говорить. Сердце учащенно билось.
— Ах, Стэлла, я тоже вне себя. Но я не могу… я не хочу вас оставить в этом логовище. Я вас люблю, мне это самому не верится. Через пятнадцать минут я приготовлю автомобиль и увезу вас из страны. Спрячу вас до тех пор, пока малейшая тень подозрения будет падать на вас. Я знаю, что это безумие, но я не могу видеть, как вы…
Она с изумлением посмотрела на него и заплакала.
— Ах, доктор, вы слишком добры. Но это не удастся. Мистер Мэрривен знает все… он наблюдает за нами.
Энди отпрянул назад.
— Что вы говорите… он все знает. Он будет за нами наблюдать… Но ведь он мертв!
Она не поняла его.
— Мэрривена нет более в живых. Он этой ночью убит.
— Убит?
Тяжесть свалилась с его плеч, и он вытер холодный пот со лба.
— Я действительно невменяем, если мог подумать, что вы причастны к этому делу.
Он подбежал к ней, чтобы поддержать, так как она упала в обморок. Когда она пришла в себя, она поняла, что он считал ее убийцей и хотел спасти. Мистер Мэрривен убит. Это была ужасная новость. Подозрение могло пасть на нее, и этот человек с серыми глазами не считает ее виновной.
— Я не могу собраться с мыслями, — тихо произнесла она, приложившись дрожащими губами к стакану воды, который он подал ей. Она посмотрела ему в глаза. Взгляд выражал наивную доверчивость ребенка.
— Вы так добры ко мне, — шептала она, — и вы любите меня. В таком положении, когда мы разорены, — прибавила она со вздохом. — Как ужасно, что мистер Мэрривен мертв. Вчера он послал за мной, желая поговорить. Я пошла к нему вечером, потому что хотела от него кое-что получить.
— А что именно? — любезно спросил он.
— Этого вам я никогда не скажу. Даже если мне придется умереть. Доктор, я вас так ненавидела… а у вас такое доброе сердце.
Он взял ее за плечи, поддерживая обрамленную локонами голову.
— А что было потом?
— Он вел себя возмутительно… иначе нельзя назвать, хотя он уже мертв. Это было ужасно. Я вынуждена была допустить, чтобы он обхватил меня своими толстыми руками. — Энди чувствовал, как дрожь пробежала по телу. — И, чтобы он меня поцеловал. Потом он показал мне вещи, которые мне были нужны, и сказал, чтобы я взяла свое кольцо. Он на секунду освободил меня. Я схватила вещи, которые он положил на стол. Среди них было большое, сверкающее бриллиантами, кольцо. Он быстро бросился ко мне, но я встретила его револьвером.
— Револьвер тоже был при вас! Боже милосердный, вы рисковали своей жизнью.
— Ну и что же? Я быстро бросилась из дома.
— По какому пути?
— Через главную дверь. Другого выхода я не знала.
— Вы не побежали через фруктовый сад?
— Нет, зачем мне было это делать?
— Рассказывайте дальше… вы прямо пошли домой… в котором часу это было?
— В одиннадцать. Башенные часы пробили столько, когда я открыла дверь.
— А почему вы пошли к нему?
— Он написал мне письмо. Он назвал все простыми, суровыми словами и поставил меня перед выбором. Я сожгла те вещи, которые взяла с собой. Вот почему я ожидала ареста. Сперва я не хотела, чтобы вы пришли. Потом надеялась, что именно вы и придете. Я думала, вы не будете таким жестоким и ужасным, как инспектор Дэн. Когда я вас увидела у садовых ворот, у меня было желание, чтобы все кончилось скорее. Я больше не могла это выносить. Что вы думаете об этом, доктор… Андрю?