Долина привидений. Руки вверх!

  
Эдгар Уоллес
 
Долина привидений
 
Руки вверх!
   
Долина привидений
 
  
1
 
После нескольких часов бешеной гонки по шоссе Андрю Маклэд увидел, наконец, окраинные коттеджи Беверли. Этот небольшой городок, расположенный в конце захолустной железнодорожной ветки, казалось, был обречен на вымирание, не имея надежных источников дохода. Однако городок отнюдь не собирался вымирать. Владельцы маленьких опрятных лавок, расположенных вдоль главной улицы, вели довольно бойкую торговлю, хотя обитатели Беверли отнюдь не являлись активными покупателями, пользуясь услугами больших торговых домов и прибегая к услугам мелких торговцев лишь в случаях крайней необходимости.
Андрю притормозил свой огромный автомобиль у здания почтамта и быстро направился к телефонному аппарату. В течение пяти минут он беседовал с полицейским управлением Лондона относительно некоего Эллисона Джона Уикера, более известного под кличкой «Скотти с четырьмя глазами». Прозвище было получено благодаря его очкам в золотой оправе, которые он водружал на переносицу в особо торжественных случаях.
Дело состояло в том, что когда директор-распорядитель «Agent Diamond Syndicate» вошел в свое бюро в понедельник утром, то обнаружил, что во время его отсутствия кто-то ухитрился взломать несгораемый шкаф с помощью термита и кислородных раздувных мехов. Характер взлома, без сомнения, свидетельствовал о том, что эта «работа» является очередным проявлением искусства Скотти, который мог бы смело оставить квитанцию об «изъятии» семи пакетов бриллиантов. Все железнодорожные станции и гавани страны были под надзором полиции, а списки приезжих в отелях тщательно просмотрены. Вся полиция была поставлена на ноги.
Андрю Маклэд, по прозвищу — Энди, был как раз в отпуску. Он выехал в провинцию с чемоданом, полным книг и рыболовных принадлежностей. Неожиданный вызов начальства с поручением организовать поиски Скотти прервал его отпуск.
Доктор Маклэд поступил на службу в Скотленд-Ярд в качестве помощника патолога. Но потом, сам того не замечая, стал детективом и ловцом преступников. Официально он все же числился врачом и присутствовал на судебных процессах в качестве эксперта по установлению причин смерти. Неофициально же — даже младший из полицейских называл его не «доктором», а «Энди».
— Три дня тому назад он пешком миновал Пэнтон-Миль. Я убежден, что это был Скотти, — докладывал начальнику Энди. — Теперь я обследую район между Беверли и Три-Лэк. Местные полицейские утверждают, что его и поблизости не было. Но это-то как раз и подтверждает, что он был у них под носом. Да и как им можно верить, если они удивленно меня спрашивали, не совершил ли Скотти опять какого-нибудь проступка. И это при том, что не более чем неделю тому назад, они получили подробное сообщение о взломе со всеми деталями преступления и описанием Скотти.
В этот момент в почтамт вошла молодая дама. Энди с восхищением наблюдал за ней из телефонной будки. «Как мила… хороша… привлекательна», — подумал он. Она была высока и стройна.
— Да, я думаю, — по инерции отвечал Энди начальнику, в то время как глаза и мысли его были заняты дамой.
Когда она подняла руку, Энди обратил внимание на кольцо на четвертом пальце левой руки. Оно имело вид золотого обруча со смарагдом, а может быть… с сапфиром. Нет, он ясно видел теперь по зелено-морскому блеску, что это были смарагды.
Когда конфиденциальная часть его рапорта была закончена, Энди приоткрыл немного дверцу будки и стал жадно прислушиваться к голосу дамы. «Замечательно красивый голос», — отметил он. Ее профиль вызвал восхищение, когда она повернулась вдруг в его сторону.
 
И тут случилось нечто необычайное. Вероятно, и она заметила его, когда он говорил по телефону. Возможно, она расспрашивает почтмейстера о нем. Энди, чтобы добиться немедленного соединения с Лондоном, показал словоохотливому почтмейстеру свою визитную карточку, и последний не преминул дать даме надлежащие сведения. Энди, прислушиваясь к разговору, уловил слово «детектив». Со своего наблюдательного пункта Энди мог хорошо разглядеть лицо дамы.
«Детектив!». Дама лишь прошептала это слово, но Энди услыхал его и вперил свой взгляд в даму. Она сильно побледнела и вынуждена была ухватиться за край прилавка, чтобы не упасть.
Энди был настолько ошеломлен, что отнял наушник от уха. В этот момент дама повернулась к нему и взгляды их встретились. Ее глаза выражали страх, ужас. Ее лицо приняло мучительное выражение, будто она была поражена и пленена. Она смущенно смотрела вперед, стараясь заняться деньгами, полученными ею. Но ее руки так сильно дрожали, что она вынуждена была одной рукой держаться за прилавок, в то время как другой быстро бросила монеты в портмоне. Затем она поспешно вышла из почтамта.
Энди совершенно забыл, что у другого конца провода находится его коллега, крайне изумленный, и надрывающимся голосом пытается узнать, что произошло. Энди, как ни в чем не бывало, повесил трубку и подошел к почтмейстеру.
— Кто эта дама? — спросил он, уплатив за телефонный разговор.
— Это мисс Нельсон из Беверли-Грин! Чудное место, вам следовало бы его осмотреть. Там живут богатые люди, например, мистер Бойд Салтер, мистер Мэрривен — очень богат, но немного скуп — …гм… и еще многие знатные господа. Беверли-Грин — это… как вам сказать… колония вилл, своего рода город-сад! Там находятся самые большие и красивые дома графства. Семья Нельсон проживает там уже давно, еще до основания города-сада. Я еще помню дедушку мистера Нельсона — это был видный человек.
Приветливый почтмейстер готов был дать Энди точную биографию виднейших обитателей Беверли-Грин, но детектив хотел еще раз увидеть девушку, поэтому резко оборвал разговор.
Энди вышел и увидел быстро удаляющуюся девушку. Он решил, что она направляется к вокзалу. Его любопытство и изумление достигли апогея. Чем объяснить ее возбуждение и ошеломленность? Почему она смотрела на него с нескрываемым ужасом?
Но вскоре он понял, что его размышления являются потерей времени. В этом маленьком живописном городке, далеком от светского шума, жизнь казалась идиллией, нетронутой теми волнами страстей, что обуревают крупные центры. Но, несомненно, жители этого тихого городка также подвержены кризисам, не менее трагическим, чем обитатели мировых центров. Но…
Словцо «детектив», напоминающее о надзоре властей, не запугивает честных людей, уважающих законы.
— Однако… — пробормотал Энди, почесывая в задумчивости гладко выбритый подбородок. — Таким путем я не поймаю Скотти!
Он сел в автомобиль, намереваясь проехать по главной улице и затем приступить к обследованию многочисленных маленьких боковых дорожек. Машина была в двух километрах от Беверли, когда он замедлил ход, чтобы сделать крутой поворот. Вдруг он заметил по правую сторону от себя забор с широкими воротами. Удобный, хорошо утрамбованный путь, обсаженный по обеим сторонам деревьями, зигзагообразно вел по направлению к холмистому пейзажу. Искусно отделанный указатель имел надпись: «Частная дорога на Беверли-Грин».
Энди вынужден был податься назад, так как проехал мимо дорожной развилины. Задумчиво осмотрел надпись. Потом повернул машину. Трудно было предположить, что Скотти пошел по этому пути. Скотти был подвижным малым, учитывавшим каждое выгодное обстоятельство. В Беверли-Грин проживали богатые люди. Таким образом Энди пытался оправдать свою экскурсию перед самим собой, хотя прекрасно понимал, что влекло его туда лишь собственное любопытство. Он хотел увидеть дом, где проживала мисс Нельсон. Интересно было бы знать, каково положение ее отца.
Дорога имела много извилин. Наконец после резкого поворота Энди был у цели. Перед ним простирался Беверли-Грин во всей своей летней красоте. Энди замедлил ход. Он увидел широкую площадь, обсаженную непрерывным рядом зеленеющих кустов. В десяти метрах от дороги стоял пограничный холмик. Здесь была устроена площадка для гольфа, что тянулась, по-видимому, вдоль всей долины. Среди зелени стояли виллы, скрытые деревьями. В одном месте сквозь деревья проглядывал фронтон, в другом — белое окно. Взгляд Энди остановился на искусно построенной, в стиле королевы Елизаветы, дымовой трубе, возвышавшейся над зеленью.