Паргоронские байки. Том 3
Он по-прежнему чувствовал боль в ноге, но одновременно его расперло от космического могущества. Расширилось сознание и все стало казаться возможным. Он пронизал своей волей время и пространство. Одновременно узрел закромочные миры, бездну информационных потоков и мириады душ повсюду. Всем своим существом познал вековечную Тьму – и она стала его лучшим другом и личной собственностью.
Только руку протяни.
– Ух!.. – хихикнул он. – Ха-ха. Ха-ха-ха!.. Аха-ха-ха-ха-а-а-а!!!
Он с опаской покосился на адамантовый меч. Какая подлая сволочь. Нет-нет, надо будет потом его перековать. Сделать привычную шпагу в трости.
Сил ему теперь на это хватит.
– В каком смысле Эсветаллила погибла?! – шарахнул руками о стол Худайшидан. – Как?! Она же еще не покинула Паргорона!
– Это произошло в Паргороне, – бесстрастно произнесла Лиу Тайн.
– Чародеи добрались до нас тут?! – загорелись глаза Худайшидана. – Какой великолепный ответный удар, молодцы! Но теперь-то мы можем драться все, верно?!
– Это не чародеи. Это…
– Кристальная Тьма?.. Как подло с их стороны!.. Как раз когда мы ведем войну!.. Я сейчас выведу кульминатов, и мы…
– Успокойся, Князь, – зло проскрипел Джулдабедан. – Войны не будет.
Вздох Худайшидана был очень тяжелым. А когда ему сказали, как погибла Эсветалилла… когда он увидел гнусную ухмылку Клюзерштатена…
– Ты!.. – схватил его за горло Худайшидан. – Ты не только не гохеррим, ты хуже любого гхьетшедария!..
– Эй, – лениво сказал Гариадолл. – Выбирай слова.
– Почему ты сделал это именно сейчас?! – отшвырнул Клюзерштатена Худайшидан. – Почему сейчас?!
Изо рта у него хлынула черная пена. Вне себя от бешенства, Гниющий Князь потянулся к маске… но Клюзерштатен отщелкнул рукоять трости. Сверкнул сиреневый металл.
– Давай не начинать битву калек, – притопнул он об пол культей. – Она будет скорее жалкой и потешной, чем доблестной.
– НЕ ЗАПАЧКАЙТЕ МНЕ КОВРЫ И ГОБЕЛЕНЫ, – брюзгливо прогудел сверху Гламмгольдриг.
– Нет у тебя тут никаких ковров и гобеленов, – огрызнулся Худайшидан.
– НУ ТЕПЕРЬ ВОТ ЕСТЬ, – чуть дернул глазными стеблями Темный Господин.
И действительно, нижнее пространство мгновенно устлали ковры, а вокруг расцвели гобелены. Лиу Тайн переглянулась с Ярлыком Мазекресс, и обе покачали головами.
– Все-таки давайте его убьем, – предложил Худайшидан.
– Поддерживаю, – присоединился Джулдабедан.
– Я согласен! – прорычал еще кто-то. – Я его лично готов убить!
– Он ничего не нарушил, – бесстрастно произнес Бекуян. – Не преступил никаких законов. Давным-давно было решено нами всеми, что демолорды не убьют другого демолорда, если его действия не вредят всему Паргорону.
– Так его-то еще как вредят! – возмутился Худайшидан.
– Но на тот момент он еще не был демолордом.
– И что?!
– Мы понимаем, что гохерримам всегда только в радость кого-нибудь убить, – тихо сказала Лиу Тайн. – Но в Паргороне есть не только ваш кодекс, но и наши общие договоренности и установления. И нам не нужен новый виток гражданских войн. Не сейчас, когда мы так озлобили против себя богов.
– Ладно, – поднял руки Гниющий Князь. – Ладно. Вы предлагаете смириться с тем, что мы потеряли нашу Ключницу, а взамен получили козломордого клоуна, убившего собственную мать? Ладно, я смирюсь.
Тон Худайшидана был холоден, и взгляд тоже оставался холодным. Но свой меч он стиснул так, что тот издал неслышный стон.
– Кого пошлем на Парифат вместо Ключницы? – спросил он, чуть промедлив. – Мне запрещено. Джулдабедан слишком занят. Неплохо было бы Агга, но…
– Агга против смертных? – хмыкнул Гариадолл. – Право же, Князь. Даже если бы нам не запретили посылать кульминатов, это как давить тараканов валунами. Столп Паргорона этих человечков даже не увидит.
– В таком случае отправляйся ты сам, – предложил Худайшидан. – Покажи пример, Шутник.
Гариадолл демонстративно зевнул. Давно миновали времена, когда у него вызывали интерес войны. Это развлечение древний демон испробовал во всех формах и не нашел в нем ничего занятного.
– Не хочешь? – почти ласково спросил Худайшидан. – Действительно, зачем нам все эти воители, защитники, полководцы, лидеры… Мы же тут просто клуб веселых друзей. Каждый занимается тем, что ему нравится.
Джулдабедан хмыкнул, с одобрением глядя на своего последнего собрата-Зуба.
– Есть новости, – снова подал голос Бекуян. – Минуту назад завершилась битва Таштарагиса и Аэтернуса.
– КАКАЯ УЖЕ ПО СЧЕТУ? – спросил Гламмгольдриг. – КТО-ТО ИЗ НИХ НАКОНЕЦ-ТО ПОГИБ ИЛИ ЭТИ КОКЕТКИ СНОВА ПОВАЛЯЛИ ДРУГ ДРУГА И РАЗОШЛИСЬ?
Демолорды уже распахивали кэ-очи. Бычьеголовый и Неразрушимый за годы войны выдержали пять поединков, и многие в Паргороне делали на них ставки. Даже храки в своих убогих халупах спорили, кто победит в итоге.
На несколько минут все забыли о большой политике и увлеченно смотрели повтор битвы. По пояс в океане месились два колосса – черноволосый титан и синий скелет с бычьим черепом. Они колошматили друг друга с непредставимой мощью, швырялись рифами и шваркали испаряющими сам воздух лучами. Таштарагис размахивал своим громадным мечом, Аэтернус дрался голыми руками… и видно было, что далеко не в первый раз эти двое выясняют отношения.
– Нет, ты видел?! – пихнул Худайшидана кулаком в плечо Джулдабедан. – Ты видел, как он бездарно пропустил удар?!
– Таштарагис, тупица, у тебя же клинок в руке! – орал Худайшидан. – Меч, используй меч!.. не маши им, как мельница крыльями!
– ПОДАЙТЕ МНЕ ЕЩЕ КУРОЧКИ! – ревел Гламмгольдриг.
А потом битва завершилась. Аэтернус поднял Таштарагиса на весу и сломал ему хребет о колено. В море посыпались синие кости, а титан поймал на лету пылающий череп. Сдавил его… стиснул… и развеял пылью.
– Он сдох? – с надеждой спросил Худайшидан.
– Нет, – сказал Бекуян, чуть заметно мерцая. – Таштарагис еще вернется. Хотя на этот раз восстановление займет три года, не меньше.
– Ну замечательно. Он теперь бесполезен. На Парифате у нас остался только Гаштардарон, и вопрос встал еще острее… кого пошлем вместо Ключницы?
Демолорды переглянулись. Какое-то время царило молчание. В кэ-оке все еще отражался воздвигшийся до самых облаков Аэтернус. Титан нашарил на морском дне меч Глаций, взвесил его на руке… и швырнул в голубые небеса.
– Их Заколдованный Император ведь все еще жив? – спросил Гариадолл.
– КОЛДУЮЩИЙ ИМПЕРАТОР, – поправил Гламмгольдриг. – ПОПРОШУ БЕЗ ОСКОРБЛЕНИЙ, МЫ С ЕГО ДЕДУШКОЙ ДРУЖИЛИ.
– Мы можем продолжать до упора, конечно, – произнесла Мазекресс. – Но, по-моему, уже очевидно, что устрашить еще сильнее мы их не сумеем. А на полное завоевание мы потратим больше энергии, чем получим от его плодов.
– Они научились с нами сражаться и могут вести войну еще много лет, – согласилась Лиу Тайн. – К тому же если мы слишком затянем, то дадим богам повод обвинить нас в злоупотреблении. А в этом случае мы вряд ли даже останемся при своих.
– Осталось убедить в этом Гаштардарона.
– Рыцарь сравнительно молод, но он разумен. Он знает, когда поединок проигран и лучше отступить.
– В отличие от некоторых, – посмотрела на Худайшидана Мазекресс.
– Это называется целеустремленностью, Матерь Демонов, – учтиво сказал тот. – Встречается среди тех, кто может… какой там был глагол?.. передвигаться.
Мазекресс никак это не прокомментировала. Они с Лиу Тайн, Бекуяном и Ге’Хуулом негромко посовещались, а сверху над ними нависал Гламмгольдриг.
– Новых легионов не отправляем, – наконец подытожил Бекуян. – Демолордов тоже.
– Но уже отправленные пусть продолжают, – согласилась Мазекресс. – Без завоевательной цели, просто сбор душ.
– ЕЩЕ НЕМНОГО ЖАТВЫ НА СЛАДКОЕ, – прогудел Гламмгольдриг. – А Я БУДУ СМОТРЕТЬ.
– Гохерримы опять будут лить кровь ради ваших прибылей, – процедил Худайшидан. – Мы, плоть от плоти Древнейшего, единственные здесь действительно первородные, будем гибнуть ради выгоды бушуков и гхьетшедариев!