Сделка с джинном (СИ)

Улучив момент, когда Хафиз и Яр были заняты спором – они внезапно принялись обсуждать лошадиную стать, и мирный поначалу разговор перерос в перепалку, – подавальщик положил ладонь на мою спину ниже поясницы и подмигнул.
– И что такой ладной крошке скучать рядом со стариком-отцом! – сказал он, наклонившись ко мне и обдав несвежим дыханием и запахом лука. – Приходи вечером к амбару.
Иногда жалею, что получила хорошее домашнее воспитание: оно помешало мне влепить нахалу пощечину. Я отодвинулась, бросив:
– Одно мое слово, и наш телохранитель сломает тебе руку. Иди и оглядывайся.
Парень понимающе ухмыльнулся, мол, знаю-знаю, все вы так говорите, но у амбара все-таки подожду.
Он отошел от стола, забрав у мужчин пустые кружки, но ушел недалеко. Неожиданно споткнулся на ровном месте, рухнул как подкошенный. Клянусь, я слышала, как клацнули о деревянный пол его зубы. Поднос улетел в сторону, глиняные кружки превратились в груду черепков.
Подавальщик вскочил, вытирая рукавом кровавые сопли.
– Кто меня толкнул? Клянусь, меня кто-то толкнул!
Он устремил на Яра дрожащий указательный палец.
– Что ты, милейший, – лениво ответил мой джинн, вальяжно откидываясь назад. – Я с места не сдвинулся.
И только я заметила, что взгляд черных глаз Яра сделался ядовитым и опасным.
Парень, всхлипывая, принялся поднимать с пола черепки.
– Я помогу, – сказал Редьярд.
Однако вся его помощь заключалась в том, чтобы поднять несколько черепков и сунуть в карман.
– Ты зачем это сделал? – прошептала я: подавальщик так отчаянно хлюпал носом, что мне стало его жаль.
– Надо ведь чем-то расплатиться, – усмехнулся Яр.
Он подкинул на ладони глиняный обломок, а поймал золотую монету.
– К тому же это немного охладит его пыл. Заметь, у мрази даже руки не сломаны. А очень хотелось.
Так Яр слышал!
– Я не сказала «желаю»…
– Громко подумала!
Меня охватили смешанные чувства: гнев – нельзя так поступать с людьми, пользуясь магической силой, и… злорадство?
«В кого ты превращаешься, Вивиана Сюзанна Аделина Арчер?» – строго спросила я себя.
– Ладно, – сказал Хафиз, отрывая нас с Редьярдом от увлекательного дела – прожигания друг друга взглядами. – Мы хотели обсудить дальнейшие действия. Что тебе известно о герцоге Алдане, Вивиана? Выкладывай все! Будем думать, на какую удочку ловить сиятельного коллекционера.
– Здесь? – прошептала я, чуть не подавившись. – Сейчас? А если кто-то услышит?
– Все услышат, как купец расспрашивает дочь, какие фасоны нынче в моде и какие ткани стоит закупить в столице, чтобы отвезти в родной городок на западе.
– Разве джиннам не известно все, что известно хозяину? Вы много раз об этом говорили.
– Ты и сама не помнишь все, что касается герцога, начнешь говорить вслух – и вспомнишь.
– Что ж, если так… Он…
Я закусила губу и глубоко задумалась. Герцог не был ближайшим другом семьи. Конечно, родители с ним знакомы – встречались на приемах и балах. Я знала о герцоге Алдоне только то, что знали все, – по большей части слухи и полуправду.
– Он эксцентричный коллекционер разных магических диковинок. Герцог богат и готов заплатить любые деньги за понравившуюся вещицу. Перстень с джинном он раздобыл примерно два года назад. Не представляю, как и где. Я слышала, что джинн – прекрасная девушка и герцог довольно часто выпускает ее на свободу. Наверное, они смогли найти общий язык.
Яр сурово посмотрел на меня исподлобья, сообщая всем своим презрительным видом: «Смогли найти общий язык? Что за чушь!»
– Ты знаешь, как зовут девушку? – уточнил Хафиз.
Я покачала головой.
– Мы можем предложить ему мой браслет… – нерешительно сказала я. – В смысле – как приманку. Это позволит нам попасть в дом.
– Опасно по нескольким причинам, – сказал Яр. – Во-первых, он наверняка попросит взять его в руки, чтобы рассмотреть. Сняв браслет, ты окажешься беззащитна. Есть гарантия, что он не завладеет им силой? Нет. Во-вторых, артефакты, вместилища джиннов, все наперечет. Где бы твой брат ни добыл браслет, он точно увел его из-под носа герцога. Тот не может не знать, кому эта редкая вещица теперь принадлежит.
 
– Кому? – спросила я, не до конца понимая, куда ведет Редьярд.
– Пропавшей наследнице графа Арчера, Ви! – в сердцах воскликнул Яр. – Не пугай меня, ты казалась неглупой девушкой.
Вот как можно одной фразой и гадость сказать, и комплимент?
– Использовать в качестве приманки кувшин Хафиза не предлагаю! – буркнула я.
Мы замолчали, обдумывая возможные варианты. Как попасть в дом герцога? Прийти на бал? Но, насколько я помнила, герцог редко давал балы: можно прождать несколько месяцев. Да и представителей столичного высшего общества он знает в лицо, а с провинциальными аристократишками, которыми мы могли бы притвориться, и не подумает сходиться на короткой ноге.
Нужна веская причина…
– Есть одна зацепка, – пробормотала я. – Но не уверена, что сработает.
– Рассказывай! – в один голос велели джинны.
  
*** 30 ***
 
– Герцог, как я уже сказала, довольно эксцентричен. А Патрик называет его чудненьким, потому что у герцога много чудачеств. Например, он никогда не смотрится в зеркала. Дома совсем их убрал, а если идет куда-то в гости, хозяева дома занавешивают зеркала из уважения к герцогу. В детстве с ним случилась одна неприятная история. Он был тогда еще совсем мальчишкой и как-то вместе с гувернером попал на ярмарку, где выступали странствующие артисты. В одном из шатров принимала пожилая гадалка, и… В общем, они повздорили – Эдмунд и та старуха. Она то ли прокляла будущего герцога, то ли заглянула в грядущее и сказала, что однажды его убьет его собственное отражение.
– Так, так, – заинтересовался Хафиз. – Дальше.
– Видимо, гадалке удалось его впечатлить. Герцог боится собственного отражения как огня. Несколько раз приглашал магов, чтобы они отменили страшное пророчество. Да только вот маги в один голос утверждают, что герцогу ничего не угрожает. Но он не верит, обзывает их обманщиками. И вроде бы он до сих пор разыскивает того, кто мог бы избавить его от проклятия.
– Отлично! – сказал Яр, сверкнув глазами. – Внушаемый и трусливый герцог – то, что нужно!
– Этот плод сам упадет к нам в руки, когда достаточно созреет. Надо лишь как следует удобрять сад и поливать дерево, – витиевато выразился Хафиз. – Не морщитесь, юная леди. Я лишь хотел сказать, что при должной подготовке – дельце выгорит! Перстень послужит достаточной платой за избавление от проклятия.
– Да нет никакого проклятия, – напомнила я.
– Кто сказал? – усмехнулся Яр. – Есть! Оно лишь дремало до поры до времени. Но теперь отражение нашего сиятельного герцога начнет преследовать его, выглядывая то из чашки со взваром, то из лужи.
– Как?.. – начала было я, но тут до меня стал доходить смысл сложного плана. – Вы его запугаете?
– Угу. Тут главное – не перестараться. В какой-то момент герцог Алдон будет готов на что угодно, лишь бы избавиться от своего мучителя, – подхватил Хафиз. – И тут на сцену выйдем мы.
– Мы? – переспросила я.
– Мы. Странники из далекой восточной страны!
Я не нашлась, что ответить на это смелое заявление, ошарашенно ждала пояснений. Хафиз, склонный к театральным эффектам, начал издалека:
– Трое странников пришли попытать счастья в столице. Им доступны тайные магические знания, передающиеся из поколения в поколение. Снимаем порчу, избавляем от вредных привычек, возвращаем домой неверных супругов, и берем недорого!
– Все решат, что мы шарлатаны, – сказала я. – Приличные маги за такие дела не возьмутся!
– Именно поэтому у нас отбоя от клиентов не будет!
Меня глодали сомнения: Хафиз предлагал слишком рискованный вариант.
– Как-то ненадежно! Это сколько же ждать придется, пока герцог о нас узнает!
– Слухи и сплетни распространяются быстро, особенно если им помочь, – лукаво усмехнулся пожилой джинн. – Узнает твой герцог, никуда не денется.