Крепостная актриса для князя (СИ)

Когда позади остались дома мы оказались почти в чистом поле. Солнце еще было высоко и ехать совсем не страшно. Но к вечеру где-то рядом завыли волки. Холодало все сильнее.
— Прося, а нам долго еще ехать? — спросила я женщину.
— Да сутки или чуть больше, — беспечно отозвалась она.
— Сутки, а как же ночью? — голос отчего-то хрипел.
— Не переживай тут трактир будет скоро, мой дальний родственник держит. Остановимся на ночь там, — успокоила она меня.
— Не велено было останавливаться, — отозвался на наш разговор кучер.
— Не велено, это как, лошадей загонишь княгиня сама тебе все ребрышки пересчитает. Да и тебе чарку крепкого не помешает выпить. Продрог небось весь на морозе.
Кучер крякнул что-то непонятное в ответ. но по всей видимости согласился. Потому что спустя час мы подъезжали к большому серому здания с огоньками во всех окнах. И множеством саней вокруг.
Кучер мгновенно соскочил на землю, а Прося принялась помогать мне. Подхватив свои скудные пожитки, мы ввалились внутрь помещения. Все столы были заняты разным народом. Кто-то был уже навеселе. Но прося словно корабль в бушующем море покатилась вперед, прокладывая путь к стойке, за которой видимо и сидел сам хозяин. Он был такой же круглый и словно две капли воды похожий на служанку.
  
Глава 41
 
— Просечка, душа моя, сколько лет сколько зим. Как давно я тебя не видел, — и он раскинул пухлые руки в стороны.
прося смело шагнула в его объятия и кажется даже прослезилась.
— Еремей, да почитай лет пять точно не виделись, — пробормотала она, утирая слезы рукавом зипуна.
— Какими судьбами, сестренка? — добродушно улыбаясь спросил мужчина.
— Да вот, домой отпустили меня. В деревню. И девочку с собой взяла. Как дочка мне, — она подтолкнула меня вперед.
— Хороша, все парни за ней бегать будут, ты приглядывай за ней получше! — он погрозил мне пальцем, — А как же это Огаревы отпустили тебя? Сказывают хозяева там ой какие злые, до наказаний охочие.
— Людям лишь бы побрехать побольше. Хозяева как хозяева. Еремей, нам бы поесть, да переночевать, — попросила его Прося.
— Все сделаем в лучшем виде. Идем, а кучер тут пусть поужинает, я его в другую комнату потом поселю.
И он повел нас вверх по лестнице. Комната оказалась большой и светлой. Множество ламп, после того как Еремей их зажег осветили ее всю.
— Вот туточки поживете. Это у меня для важных гостей, да их почти теперь и не бывает. Ну располагайтесь, а я сейчас девчонку к вам с ужином пришлю. А коли умыться надо, так вон там за занавеской и кувшин с водой есть.
Он ушел, оставив нас одних.
Прося быстро помогла мне снять верхнюю одежду, разделась сама и уложила все наше добро на большой сундук в углу.
— Ну не княжеский замок, но жить можно. сейчас печь растопим и вообще все будет хорошо.
Она принялась разжигать очаг и вскоре комната наполнилась приятным теплом и запахом костра.
Ужин нам принесли поистине царский. Рыба, мясо, овощи, фрукты и даже сладкие пирожки. Еремей расстарался, мы даже половину не осилили. Зато после еды нас сразу потянуло в сон.
Расстелив две кровати, стоящие тут же, мы улеглись.
— Ой, Анечка, ни разу на такой мягкой перине не спала, — поделилась со мной Прося.
— Ничего, разбогатеем и себе такие купим.
— Да куда уж нам, крепостные не могут разбогатеть.
— Ничего, что-нибудь придумаем. Давай выспимся, завтра ведь долго еще ехать?
— Долго, милая, долго, права ты. Давай спать.
Спалось и правда чудесно. Даже не хотелось вставать. Но нужно было ехать дальше. Неизвестно в каком состоянии дом, хоть Прося и сказала, что за ним соседи присматривают. Да и не хотелось бы в темноте и на морозе оказаться неизвестно где.
Еремей накормил нас замечательным завтраком и собрал две корзины продуктов с собой. Чего там только не было и замороженные мясо и рыба, горшочек масла, моченые яблоки и груши. Бочонок квашеной капусты, мука, большая бутыль какой-то непонятной жидкости.
А еще несколько пар валенок, рукавиц и еще какие-то вещи. прося долго прощалась с братом и мне даже стало их жаль. но они хотя бы знали, что есть друг у друга. Я же была совершенно одна.
 
Прося вновь укутала меня в шкуру и мы отправились дальше. По пути нам встречались несколько деревень и в одной даже останавливались перекусить и дать отдохнуть лошадям. Дорога сделалась как будто легче. Сани катились по накатанной колее и мне даже удалось вздремнуть. До деревни мы добрались уже в сумерках, но к счастью без приключений. А вот там нас встречал безрадостный пейзаж.
На самой окраине стояло несколько покосившихся домиков, и я уже испугалась, что один из них наш, но к счастью Прося скомандовал ехать дальше. Почти в самой середине улицы мы остановились. Добротный деревянный сруб с двускатной крышей оказался нашим новым жилищем. Несмотря на темноту в окнах и отсутствие дымка из трубы выглядел он весьма неплохо.
— Вот, наш дом.
— Твой, — поправила я Просю.
— Ну что ты Анечка, конечно наш. Идем вещи заносить.
Она достала откуда-то ключ и отперла ворота. С трудом продираясь по снегу отворила их вместе с кучером, и он завел лошадь с санями внутрь двора. А вот до крыльца мы еле дошли, проваливаясь в снег чуть ли не по пояс.
Отворив и дверь опять неизвестно откуда взявшимся ключом она первой шагнула внутрь. Сразу было ясно что в доме давно никто не живет, хоть его и протапливали иногда соседи, но запах пустующего помещения ни с чем не спутаешь.
— Ты присядь пока Анечка, не раздевайся. Я сейчас печь протоплю, лошадей в стойло загоним, да и поужинаем, а там тепло станет так и спать можно будет. А завтра уж пораньше встанем, да и порядки наведем.
Кучер остался с нами. Да я и не возражала не выгонять же его на мороз ночью. Лошадям тоже был нужен отдых.
Дрова к счастью уже были сложены возле печи, поэтому с розжигом Прося справилась быстро. А потом занесла две корзины с продуктами Еремея. Но тут уж я не выдержала и принялась помогать ей.
— Поужинав принялись осматривать дом. Небольшая кухня и три комнаты, довольно пыльные, но все говорило о том, что стоит тут убраться и станет уютно. Кое-как стряхнув постели и сняв только верхнюю одежду легли спать. А когда я проснулась кучер уже уехал обратно, а Прося засучив рукава намывала кухонный стол.
— Проснулась, ну и хорошо. Я к соседке схожу, расскажу, что вернулась, а то подумают, что воры. Да и до старосты дойти нужно будет. про работу уточнить. Куда он нас определит. А ты пока позавтракай, я тебе кашки оставила в чугунке в печи. Еще тепленькая.
Прося ушла, а я взялась за завтрак. неожиданно в дверь кто-то постучал, и я услышала зычный мужской голос:
— Хозяева, есть кто дома?
  
Глава 42
 
Вряд ли Прося закрыла меня на замок, да и я задвижку за ней не задвинула.
— Есть, — пискнула я в ответ.
Дверь тут же растворилась и явила мне огромного мужика с длиннющей бородой.
— Здравствуй девица, ты откуда тут? — гаркнул он увидя меня.
Так и хотелось ляпнуть от верблюда.
— С Просей я приехала, это ее дом, — откуда только смелости набралась вообще с ним разговаривать.
— Праскева значит вернулась, это хорошо, весной лишние руки будут кстати. Ох и рыжая ты девка, не ведьма часом? — вновь обратился он ко мне.
я всерьез подумывала назваться ведьмой, но побоялась, что меня могут за это ну, например, сжечь на костре или как тут у них с такими обращались.
Ответить я ему ничего не успела, потому что вернулась Прося.
— Фрол? Ты чего пришел? Я к тебе позже зайти собиралась. С дороги мы только, вот у Матрёны была, — и она показала ему корзинку с яйцами и кувшин с молоком.
— Праскева, ну кто гостей-то так встречает, чай лет пять не виделись. Как Огаревы тебя забрали, так и глаз сюда не казала. Я уж думал и не свидимся больше. А оно вона как вернулась, да еще и с девкой. Она-то, кто такая? Белоручка я смотрю, выглядит как княжна, — Фрол так и стоял у двери.