Больше жизни, Хлоя Браун!

Но Рэд, очевидно, не считал это необходимым. Когда он посмотрел на нее снова, его явное веселье сменилось любопытством.
– Эй, – сказал он, будто это только что пришло ему в голову. – А где Клякс?
Сердце дрогнуло. Хлоя надеялась, он не заметит.
– Его нет.
Рэд замер:
– Нет?
– Энни вернулась пару дней назад. Она была в Мальме. – Хлоя прищурилась. – Она называла КляксаПердитой, и это было бы прекрасным именем – мне нравится «101 далматинец» – вот только Клякс никакой не далматинец, так что это нелепо.
По какой-то причине Рэд не согласился с ней насчет имени. Он вообще ничего не сказал про имя. Он оставил свой пост у плиты и, не успела Хлоя ничего понять, как Рэд уже стоял перед ней. Он запустил ладони в ее спутанные волосы. А потом поцеловал в макушку, и она едва не потеряла сознание. Он мрачно произнес:
– Мне жаль, Пуговичка.
– Мне все равно, – пробормотала она, с силой втягивая воздух. Не потому, что от Рэда пахло свежими простынями, теплом и черничным шампунем: просто так вот она дышит. – Клякс даже не был моим котом.
– Я бы завел тебе нового, но ты знаешь правила.
– Я нехочунового.
Он улыбнулся, глядя на нее сверху:
– Ты плакала?
– Я… –Скажи нет. Скажи нет. Скажи нет.– Немножко.
Рэда, казалось, это удовлетворило.
– Если плакала, значит, все будет хорошо. Так мама говорит. – Он вернулся к плите, и голове без его ладоней стало холодно.
Раз уж она сегодня начала болтать, чего не следует, Хлоя пробормотала:
– Мне бы хотелось познакомиться с твоей матерью. В смысле, – быстро добавила она, – мне было бы интересно посмотреть, какая она, потому что ты такой…
Рэд изогнул бровь:
– Я такой?
– Раздражающий.
– Точно. Не знаю, как ты меня терпишь. – Он хмыкнул.
А потом кинул на нее понимающий взгляд, от которого ее щеки стали горячее, чем солнце.
– Она дала мне свою визитку, – выпалила Хлоя. – Энни, в смысле. И знаешь, что там написано?
– Какая-нибудь херня, – предположил Рэд, – потому что мы ее терпеть не можем.
– Там написано «Заклинательница трусиков».
Губы Рэда дрогнули:
– Это… интересно. То есть придурковато. Очень придурковато.
– Я знаю, что это забавно, – вздохнула Хлоя. – Просто шикарно. Необычно, интригующе и запоминается, и дизайн у визитки красивый, и я могу поспорить, что, если зайду на ее трусикозаклинательский сайт, он тоже окажется роскошным. – Она фыркнула и сердито уставилась в пустоту: – Какая у этой женщиныцель? Что завзглядна мир?
– Зачем она дала тебе визитку?
– Говорит, нам надо попить кофе вместе. Я ей не верю. Я приду, а она напишет «ой, извините, я в Венеции».
Рэд пропустил мимо ушей практически все, что она сказала, – что одновременно раздражало и веселило:
– Значит, она хочет подружиться?
Хлоя уставилась на него:
– Не вижу для этого причин. Мы поговорили-то минут пять.
– Но она тебя здорово впечатлила.
– Оназабраламоегокота.
Этот мужчина, очевидно, спятил.
Рэд продолжил, будто она ничего не говорила:
– Может, и ты ее тоже впечатлила.
– Интересно, что это во мне может впечатлить? – требовательно спросила Хлоя.
Рэд поглядел на нее немного чересчур долгим взглядом. Она прикусила губу. Он улыбнулся:
– Слушай, я всего лишь говорю, что ты, возможно, понравилась Энни. И возможно, она понравится тебе, если ты дашь ей шанс. В кошках вот у вас вкусы совпадают.
– Не смешно.
– Я хочу, чтобы у тебя появился друг.
– Ты мой друг, – рявкнула она. – Сменим тему. Когда ты собираешься завести аккаунт в инстаграме?
– Не знаю.
Рэд попытался пропустить пальцы сквозь волосы, потерпел неудачу, потому что они были собраны, и цокнул.
Теперь медленная улыбка появилась уже наеегубах:
– Я могу сделать это за тебя, если ты так занят.
Справедливости ради, ондействительночасто бывал занят – помогал старушкам, подкармливал беспризорников и рисовал волшебные шедевры, как святой-покровитель доброты и искусства. Но Хлоя не считала, что дело в этом.
– Не надо, – сказал он. – Я…
Она могла бы поставить деньги, что он собирается сказать «я сам», но не может себя заставить.
 
– Забавно, – пробормотала Хлоя. – Я раньше не замечала.
Рэд посмотрел на нее подозрительно:
– Чего не замечала?
– Что ты боишься соцсетей.
–Боюсь?– Он нахмурился и повернулся к ней: – Хлоя. Я не… это… ты опять меня дразнишь, так?
– Я просто подмечаю твое отвращение к…
Рэд сурово ткнул в нее пальцем:
– Прекрати меня путать. Я больше ни черта не скажу.
Он зарделся – на скулах выступили розовые пятна. И на ушах тоже – Хлоя этого раньше не видела, потому что волосы у него обычно были распущены.
Что-то в ее груди сделалось мягким, как маршмэллоу, – нездоровый симптом.
– Я серьезно, – сказала она. – Я создам тебе аккаунт. Буду вести его за тебя. Тебе даже не придется на него смотреть, если не захочешь.
Она не знала, почему соцсети вызывают у Рэда такие чувства, если когда-то его работы были буквально везде. Но ей и не нужно было знать. Она позаботится об этом, чтобы он мог позаботиться о себе.
Рэд долгое время смотрел на нее, а потом достал из кармана телефон. Хлоя, нахмурившись, наблюдала, как он щелкает по экрану, все такой же красный и с закушенной нижней губой. Потом, когда до нее начало доходить, Рэд протянул телефон ей.
– Вот, – сказал он, показывая страницу входа. – Я скачал инстаграм.
Хлоя уставилась на него:
– Я… Рэд… Я не хотела на тебя давить.
– Ты и не давила. Я сказал, что собираюсь это сделать, и сделал. Я серьезно к этому отношусь. Так что, если, по твоему профессиональному мнению, мне нужен инстаграм…
– Я не специалист, – быстро сказала Хлоя, внезапно смутившись.
Он поймал ее в ловушку своего взгляда – настолько полного доверия, что вся ее неуверенность рассеялась.
– Ты – успешная владелица малого бизнеса, – сказал он, – и ты разбираешься в компьютерной херне.
Хлоя фыркнула:
– Компьютерной херне?
– Тихо. Я пытаюсь сосредоточиться. – Рэд пощелкал еще немного, и не успела она опомниться, как он уже показывал ей новую страницу – пустой аккаунт с его именем. – Вот так, – сказал он, будто слегка удивлялся самому себе. Потом моргнул, прочистил горло и покраснел еще сильнее: – Суть в том, что я и правда не очень в этом разбираюсь. Так что, может, ты могла бы, э-э… может, ты могла бы мне помочь?
Он был такой сладенький, что это грозило кариесом. При виде этого огромного мужчины с румянцем на щеках и крепко стиснутыми челюстями ее затопило мягкое тепло. Потом пришло восхищение, потому что он пробился через стену неуверенности в себе, будто это было раз плюнуть. Через ту же самую стену, к которой Хлое часто бывало трудно даже подступиться.
– Для тебя что угодно, – сказала она и никогда не была настолько искренна.
– Спасибо, – хрипло ответил Рэд. На миг он поймал ее ладонь и сжал, и у Хлои замерло сердце. Потом отвернулся обратно к воку: – Давай-ка тебя накормим.
Очевидно, от еды Хлою начало клонить в сон. Очень сильно. Рэд помыл посуду, пока она клевала носом на диване, потом залез в банку с печеньем, ища те домашние имбирные печеньки. Ему повезло, и он сжевал парочку, пока заваривал чай. Интересно, это Ив испекла – как и нарезала овощи? Потому что если так, то в следующий раз, когда она начнет с ним флиртовать, может, ему стоит пофлиртовать в ответ. Это был бы шикарный план, если бы он не был совершенно без ума от ее сестры.
Но увы.
Рэд вернулся в гостиную и сел рядом с Хлоей так аккуратно, как только мог. Но, поскольку он был человеком-горой, диванные подушки под его весом продавились немного чересчур, и Хлоя пошевелилась.
Ее ресницы затрепетали. Глаза открылись. Очки она сняла, так что теперь смотрела на него расфокусированным взглядом и мягко улыбалась. Не исключено, что от этой улыбки каждый атом его тела схлопнулся, перестроился и образовался заново. Не исключено. Но Рэд попытался оставить это наблюдение при себе.