Мой тёмный бывший – 2, или Опасный брак для попаданки

– Хьюберт! – укорила его Мини. – Разве можно так выражаться?
– Я просто называю вещи своими именами, – важно уточнил тот. – Но, если это оскорбляет ваш слух, простите.
Он чопорно поклонился, приложив руку к груди.
– Так, давайте осмотримся, – прервал Философ наш спор. – Вы заметили, что тут очень плохая видимость?
Я-то уже точно это заметила, пока ждала остальных.
Вокруг клубился очень плотный туман, сквозь который было только едва видно сам берег, а уж границы озера и подавно терялись где-то в белёсой мути. Одна надежда на компас.
– Не вижу никаких опознавательных знаков для сундука, – хмурясь, доложил Хью. – Он же должен быть как-то обозначен?
– Думаешь, тебе его каждый раз будут подсвечивать огоньками? – фыркнул Философ.
– Было бы неплохо.
Но все мы прекрасно понимали, что дальше будет только сложнее. Поэтому, сверяясь по компасу, ползли вдоль берега в поисках хоть чего-то, что укажет нам на расположение сундука.
– Компас ведёт себя как-то странно, – наконец сообщил Лаус. – Как только мы приближаемся к воде, он словно с ума сходит.
– Если бы вы хоть немного интересовались особенностями Ассавента, – нацепив воображаемые очки заучки, принялась рассказывать Мини, – то знали бы, что Туманное озеро – это одно из самых известных аномальных мест княжества. Здесь сильнейший магический фон, который искажает показания всех приборов и работу артефактов.
– А как мы будем перебираться на другой берег? – Хью почесал затылок.
– Надо думать.
Пока они препирались, я внимательно осматривалась вокруг. То и дело мне казалось, что я что-то чувствую, а Орф бегал рядом и обнюхивал землю, как заправская ищейка. Ищейка в квадрате – с двумя-то носами!
– Вуф! – наконец басовито гавкнул он и сел на том месте, которое показалось ему подходящим. – Вуф! – повторил для непонятливых.
Все сразу замолчали и бросились к нему.
– Он что-то нашёл? – заволновался Философ.
– Возможно, – ответила я, раздвигая высоченную траву. Здесь было так сыро, что ноги проваливались в глинистую жижу по щиколотки. Ещё не хватало застрять или лишиться обуви. – Есть!
Хорошо же его запрятали. В таком густом тумане мы долго искали бы укрытый зарослями сундук.
Кряхтя, парни вытащили его на более сухое место и осмотрели со всех сторон: он выглядел ровно так же, как и предыдущий. С замиранием сердца я достала из рюкзака новый ключ. Неужели он тоже сломан?
И вся наша компания издала дружный облегчённый вздох, когда на этот раз ларец открылся без всяких заминок.
– А я уж хотел предложить твоему псу сразу облизать его, – разулыбался Хью, нетерпеливо поднимая крышку. – Не понял…
– Что там опять?
Мы разом попытались сунуть носы в сундук и едва не столкнулись лбами. В нём ничего не было. Совсем ничего. Лаус даже пошарил по дну рукой, но даже в уголочке ничего не завалялось.
– Да это что за издевательство?! – вызверился он и в сердцах пнул коварный сундук так, что тот лязгнул, затем опасно покачнулся и, на миг замерев на ребре, как эквилибрист, перевернулся на бок.
– Может, это какой-то ложный сундук? – предположил Хью. – Или мы перепутали и нашли чужой, откуда уже всё забрали?
Ответить ему было нечего, даже Орф растерянно смотрел на нас и не двигался с места. Мы опустили взгляды на поверженный сундук, который обступили со всех сторон, и ни у кого не было никаких предложений, что делать дальше. Лететь на другой берег без всего – возможно, там найдутся какие-то отгадки? Может, это просто шутка князя и мы только теряем время? Снова подстава от предполагаемого и вполне себе известного недоброжелателя?
Вариантов масса – и все без решения.
– Смотрите! – вдруг воскликнул Философ, и мы одновременно вздрогнули. – Что это на дне?
Он присел на корточки и потыкал пальцем небольшой диск, который был утоплен в дерево снизу и крепко держался в нём металлическими зазубринами. Выглядело это всё слегка угрожающе, поэтому отвага Лауса, с которой он принялся его ощупывать, казалась граничащей со слабоумием.
– Похоже на какое-то устройство, – озадаченно выдал Хью.
 
Я тоже присмотрелась к нему внимательнее и добавила:
– От него исходит какое-то магическое поле.
По крайней мере, моя магия отправила мне предупреждающий импульс: лучше его не трогать, иначе последствия будут непредсказуемыми.
– Кажется, я понял… – Лаус хлопнул себя по лбу, и мы все вопросительно на него уставились, потому что нам по-прежнему ничего не было понятно. – Здесь с помощью заклинания создано двойное дно.
– Иллюзия? – уточнила Мини.
– Нет, конечно, – проворчал Философ, закатив глаза. – Если бы это была иллюзия, сквозь неё проходила бы рука. Тут всё серьёзнее. Это как будто какое-то поле…
– Да, заградительные поля, – подхватил его мысль Хью. – Как я сам не догадался!
– Значит, надо просто вынуть этот диск, – предложила я.
Честно говоря, магическая механика никогда не являлась моей сильной стороной. И ещё больше она ослабела за четыре года.
– Нет-нет! – ожидаемо возразил Хьюберт. – Если просто вынуть этот диск, то такое поле просто затвердеет – механизм у него такой. И тогда мы вообще оттуда ничего не вынем.
– Точно затвердеет? – уточнила я.
– Не точно. Но может быть. – Хьюберт неопределённо развёл руками. – В общем, я бы не рисковал.
– Это всё-таки испытания для первокурсников! Откуда такие сложности? – возмутилась Мини. – Как мы можем всё это знать и устранять? Деактивация защитных механизмов – это точно не программа первого курса!
– Вот именно! Должен быть более простой путь. Надо как-то нарушить поле, – предложил Лаус и хищно огляделся. – Адель, дай-ка мне тот нерабочий ключ.
Я быстро вынула его из кармана и протянула Философу.
– Что ты задумал?
– Раз этот ключ лишён нужного зачарования, значит, как раз подойдёт, – довольно сообщил он и страстно уставился на ребристую железяку.
Та некоторое время отказывалась отвечать ему взаимностью и оставалась безучастно холодной, а мы, едва дыша, просто наблюдали за этим романом “в одни ворота”. Лауса было жаль: он старался и даже немного покраснел. Но наконец ключ слабо засветился, а затем всё ярче и ярче, пока вокруг него не появилось видимое магическое поле.
Теперь всё встало на свои места, а то я уже начала забывать, что недавно у Лауса проявилась интересная магическая способность – автоматическое зачарование предметов. Сначала казалось, что это относится только к оружию. Но теперь, получается, нет.
– Попробуем… – резюмировал он и, вернув сундук в нормальное положение, ткнул заколдованным ключом прямо в центр дна.
Сундук буквально закоротило – в стороны посыпались голубоватые искры, и мы инстинктивно отпрянули, даже Орф попятился, тихо ворча на неожиданное светопреставление.
На лбу Лауса выступили бисеринки пота, будто этот процесс требовал от него огромных усилий.
– Давайте! Вытаскивайте, что там есть! – выкрикнул он.
Недолго думая, я сунула руку в прореху, которая образовалась во втором дне, и через несколько секунд вынула оттуда ещё один ключ, второй фрагмент неизвестного устройства и нечто похожее не фонарики. Странно, зачем они нужны, если каждый первокурсник умеет создавать простейшие светящиеся сферы? Элементарный приёмчик.
Лаус выдохнул и убрал зачарованный ключ из поля действия “второго дна”, после чего выронил его и встряхнул руку.
– Организаторы как будто издеваются, – возмутился Хью. – Они там ничего не перепутали? Может, это на самом деле программа состязаний для выпускников?
Мы согласно покивали, придя к выводу, что князь Ветров, пожалуй, хочет от нас слишком многого. Хотя сравнивать было не с чем: мы вообще впервые сталкиваемся с такими испытаниями. Может, это в порядке вещей!
Медлить дальше было нельзя. Мы и так потеряли здесь слишком много времени, и хотелось надеяться, что остальные группы на этапах испытывали такие же затруднения. Раздав всем по “фонарику”, остальное я убрала в свою сумку, и мы погрузились в сёдла заскучавших без внимания гиппогрифов. Теперь предстояло перелететь через озеро, которое было затеряно где-то в глубине тумана, и это казалось задачкой не легче остальных.