Записки Старого Когитатора (СИ)

Единственное, что могло её остановить — этот самый пустотный щит, появления которого я ждал с нетерпением. Ну и любовался этакой звездой из лазерных лучей в атмосфере, с пестиком в виде тектонической торпеды.
А когда щит появился — я натуральным образом заржал. И Кристина захихикала.
Дело в том, что эти железные тормоза всё провтыкали. Они врубили многослойный, мощнейший, охватывающий всю планету планетарный щит… в нескольких километрах ВЫШЕ нас.
— Эпические тормоза, Кристина, — констатировал я в сопряжении.
— Да, Терентий, хи, — ответила тереньтетка.
— Ладно, на мостик Милосердия. Планете гарантированный кирдык, — с облегчением констатировал я.
Потому как до поверхности оставалось менее полутора километров. Переориентировать свой непробиваемый, лютейший варп-щит тормоза уже не смогут. Есть, конечно, мизерный шанс что они понаставили щитов В планете. Но практически невероятный, да и не сделаем мы с таким ни варпа.
— По слову вашему, — ответила Кристина уже на мостике Милосердия.
А на меня пырились аколиты, столь пристально и вопросительно, что не будь я огнесжигательным собой — испугался бы или застеснялся.
— Я Пертурабо в душу плюнул, — проявил я как аллегоричность, так и чувство юмора.
Выпученные очи и отваленные челюсти аколитов стали мне ответом. Вздохнул я тяжко, да и стал… уточнять.
— Милосердие вышло на разгонную?
— Вышло, Терентий. По нам начали стрелять, но мастер-протектор справляется. А?!!
— Торпеда. Планетарный щит. Проводили её, чтоб не сломали, — рублено ответил я. — И выведите, что ли, пикт на мостик. Хоть полюбуемся.
Вовремя, кстати, сказал. То ли мне попалась особо шустрая торпеда, с совершенно озверевшим духом. То ли планета была частично полой — в принципе, такой вариант, с учётом, СКОЛЬКО тут копошились железные воины — вполне возможен.
Впрочем, тектонически активным ядром она обладала. Потому как через двадцать минут после “входа в кору” металл поверхности расколола циклопическая трещина. Потом ещё одна, ещё…
В полчаса планета без взрывов и прочего просто превратилась в огромную груду астероидов. Все, включая меня (корме бедолаги мастера-протектора, его труд был постоянным), завороженно смотрели на акт планетарного разрушения. Всё же, есть в нас неистребимая тяга к разрушению, мимоходом отметил я. А после, совсем не мимоходом, отметил ТРЕБОВАТЕЛЬНЫЕ, варп подери, взгляды аколитов. И даже Кристинин… Слов нет, чтоб их!
— Юстиция фиери, — пафосно, чтоб его, произнёс я.
И все заулыбались там, покивали, и вообще. Вот ведь пафосолюбы… Но свои, куда деваться, мысленно вздохнул я, пока Милосердие входило в открытый варп-двигателем проход в имматериум.
конец записи.
Вот из всего бессмысленного и пафосного превозмогунства, Кристина, которое я насовершал, это — стыднее всего. И ведь эти тормоза и вправду не успевали! А, по-моему, очень предусмотрительно! И очень смешно вышло, Терентий. Тебя Цегорах не кусал, Кристина? Нет, конечно! Кусать меня можете только вы, Терентий!
Почему-то это меня как несказанно радует, так и напрягает. В плане того, что я передаю укусом, мдя.
  
18. Эпилог
 
После эпичного в своём идиотизме повторения подвига ротмистра Карла Фридриха… Не вполне, конечно, но близко. Позорище, блин, пусть даже в своих глазах! Хотя предпосылки-то были, так что самоедством заниматься глупо: при наличии той информации и предпосылок, что у меня были, сделал я бы то же самое.
В общем, после разнесения в варп планеты железных довольно сильно повреждённое Милосердие летело к Бакке. Ничего критичного повреждено не было, но некритичное было повреждено мало, что не всё: дюжина орбитальных крепостей садила по нам, пока Боррини разносил их плазменными мортирами. Вдобавок, несколько попаданий было тотчас, как мы вышли из имматериума. Пустотные щиты выходили на рабочий режим не мгновенно.
А в текущих реалиях летать на калечном корабле или даже наводить порядок на Экзектусе — глупо. Проще на Бакке вздрючить чинов Депортаменто, астропатами направить распоряжение о демонтаже заразной броневой обшивки, ну и оставить разбираться с Миром-Крепостью тех, кто, в общем-то, и должен этим заниматься.
 
В общем, прилетели, начали чиниться. Я бегло пробежался по долбоклюям (или бедолагам, но до моего пробега они были однозначными долбоклюями, факт), в чью сферу ответственности входил Экзектус. И ласково посоветовал слетать на него, в составе сменного экипажа.
Вообще, моё шебуршание вызвало довольно мощную волну чиновничьей суеты. Я как-то не подумал, точнее, не принял во внимание, что Экзектус стал Миром не только из-за лени, но из-за ряда моментов. Как раз, например, связанных с “заменой экипажа”.
Но, если бы это была стандартная Крепость, на планете — мой приказ был бы скорее самодурством. Миры-Крепости имеют постоянное население, подчас немалое, ну и, соответственно, “менять экипаж” — вариант довольно садистского глумления.
Вот только как бы чинуши ни извивались — была это именно станция. Причём в области “варп-угрозы ранга майорис”, что было, на минуточку, отмечено в Астра Милитарум и Империалис Нави, а вот в Администратуме этот немаловажный факт отражён не был. Документики пролюбились, наверное, честно лупал на меня глазками магистр. Так и лупал, топая в полк гвардии, паразит такой, блин! Нет бы сказал: дело давнее, забили на недочёт, не вели казнить, твоя огнесжигательность. Так нет, врал, причём умело так! Не чувствуй я псионикой и будь идиотом, не натравливающим Кристину на допрашиваемых — мог бы и поверить.
Ну да ладно, шестерни бюрократии провернулись, утратив несколько зубьев в солдатчине (последние оперативно восстановились, впрочем, замами и прочими подобными), а Экзектус стал вычеркнут из разряда Миров, ну и начались дальнейшие чиновные копошения. Правда, несколько чётких указаний я оставил, насчёт дедули генерал-губернатора. Так-то скотина, конечно, но помог. Так что пусть пенсионерит, варп с ним.
И вот, закончив это великое дело, моя огнесжигательность феерически, блистательно, с треском и отсветами свячёного огня, провтыкала.
Ну как-то замотался я с этой чиновней братией, невзирая на помощь аколитов: всё же имело смысл разобраться, и помимо беготни, вызовов, и пинков, я до кучи влезал в организационную структуру организаций, контролирующих, на минуточку, пятую часть галактики.
В плане информации, взаимосвязей, не только законов, но и традиций, которыми имперские структуры за миллениумы зарастали, как сволочи.
Очень не хотелось, но “надо”, чтоб его. Так что, наконец, раздав всем магистрам и прочим префектам с ординаторам по серьгам и прочим деталям ихних организмов, я испытал некоторую эйфорию от завершённого дела.
И попёрся, довольный и болван, за спецбоеприпасом, блин…
И в чём вопрос-то: дать бы дали, но ма-а-а-аленький момент:
Игнис, понимаешь, Сацер, мы вас со страшной и необоримой силой уважаем, и даже восхищаемся, местами, — трындели эти жадины. — И даже выдадим новый спецбоеприпас, не вопрос. Как только вы соизволите нас, ничтожных, просветить, а где-это вы изволили проебать предыдущий?
Самое поганое, что орать: “Я — Инквизитор, Лорд и вообще!” можно. Но спецбоеприпаса не дадут, направят клявузу в Крепости Инквизиции, натравят на меня Ордо Экзориум.
И ведь это ПРАВИЛЬНО, сам понимаю, блин. Пришлось колоться, как спелый орех, давая доступ к когитаторам Милосердия — тоже ведь, чтоб его, нормальная регламентная процедура.
И… пока — не началось. Секретность я требовать право имел и прочее. Но требовать от хранителей, которые, невзирая на почтенную пердунность, посверкали глазами, как молодые, и выдали торпеду.
А вот от Ордо Экзориум, надзирающим за применением Приказа Экстерминатус, и, как следствие, за инструментами приведения его в действие, я требовать ни варпа не могу! А отчёт им ушёл, и это тоже правильно…