Записки Старого Когитатора (СИ)

Следов боя на Инквизиторе и дознавателе не было. Но, если Кристина выглядела как обычно, то лицо Терентия было… ошарашено-неверящим и обеспокоенным.
— Вы тут, отлично, — явно взяв себя в руки, произнёс он, коротко улыбнувшись и кивнув. — Итак, аколиты, сечас эта Амбиция в варп взорвётся. Реактор на запредельном режиме, сколько-то людей мы вытащили, но это так, паллиатив. Похоже, у нас новое дело.
Ответом на это тираду стали внимательные и вопросительные взгляды. Терентий оглядел нас, улыбнулся, хмыкнул и стал рассказывать.
— Это чума Нургла, аколиты. Странная, с кучей уязвимостей. Не стандартая, когда заражённый и обратившийся к чумному деду с мольбой об избавлении, становится чумоносцем. В этом случае не демоны, совсем не они. Именно умертвия, тупые, сильные, медлительные, с огрызком души. И никакого демонического влияния, слабейший пробой в имматериум.
— Зомби?
— Варповщина! — вдруг гневно выдал Инквизитор. — Какие в варп “зомби”? Я готиком сказал — умертвия! Не живые, а МЁРТВЫЕ, с огрызком души, безмозглые.
— Зомби же, — недоуменно произнёс Кай.
— Вот тупость, — закатил глаза Терентий. — Зомби — ЖИВОЙ человек, под воздействием. Ничего, кроме приказа, не воспринимает, потому и тупит. И медленный и неуклюжий — сопротивляется воздействию, либо лишён большей части когнитивных процессов. И никакого отношения к умертвиям не имеет! Уж не думал, что и тут столкнусь с этой тупостью, — буркнул Инквизитор. — Сервиторы — зомби. Технологические. А на заражённом корабле — умертвия.
— Не знал, Терентий, простите…
— Не за что просить прощения, Кай. Просто раздражает, что неуч популяризировал свою фантазию, противоречащую фактам, тысячелетия назад, а все, как бараны, повторяют этот бред, — отмахнулся Терентий. — В общем: появилась новая чума. Странная, непонятная, критерии выхода состояния чумы из латентного состояния неясны. И что главное — она оставляет от человека вечноголодный труп с огрызком души.
— А зачем огрызок души, господин Инквизитор? — искренне заинтересовался я.
— Связь с варпом без демонического пробоя, я полагаю. Мы с Кристиной почувствовали искажения имматериума только тогда, когда большая часть экипажа была уже поражена. А старший техножрец, ещё до нас, запустил реактор на критический режим. Мужественный человек был.
— Сожрали? — уточнил Роберт Син.
— Сожрали, — кивнул Терентий. — Полтысячи незаражённых мы с Кристиной вытащили — больше не успели. А времени что-то делать ещё — ни варпа не было.
А дальше Терентий рассказал детали. И ключевым моментом этого рассказа было “непонятно”. Совсем непонятно. Как чума распространяется — Кристина поняла, самые обычные, как она выразилась, “ортомиксовирусы”. Насколько я понимаю — совершенно безопасно для человека. Но с ничтожным количеством скверны. Столь малым, что это практически невозможно выявить в заражённом. И заражены были все на корабле. Но зом… умертвиями стала только часть, пусть и немалая.
— А может — укус? — уточнила Моллис Педитес, фелинидка.
— Тоже сказки, — фыркнул Терентий. — Нет, заражены все, да и не болезнь это, до определённого момента. А вот что за момент — непонятно. Как понятно — нужно расследование. Кстати, на ангарной палубе Милосердия старый когитатор. Навигационные записи торгаша, прихватили. А то капитана порвали, скоро взрыв, ни варпа не ясно. В общем, спасли, кого могли, и вернулись.
— Мне заняться когитатором, господин Инквизитор? — прогудел Целлер Пардус, логис.
— Да, будь так любезен, Целлер, — кивнул Терентий. — Ладно, помимо когитатора и спасённых, кстати, мы их изолировали в медицинском отсеке, есть две вещи. Первое, Франциск, можно ли ускорить ремонт, если привлечь ещё механикус?
— Полагаю, что нет, Терентий, — подумав отметил я.
— Ладно, неделю подождём, — махнул рукой Терентий. — И Корин, нужно гадание.
— Я так и понял, господин Терентий, — кивнул он.
— И нам не гадал, накричал и ссылался, что вам нужнее, — несколько разбавил напряжение Кай.
— Прямо накричал? — улыбнулся Инквизитор.
 
— Я… немного, — очень смущённо произнёс варповидец.
— И молодец, — отрезал Терентий. — Только не привыкай. Ладно, направляйся пока в мои апартаменты, Корин. А я сейчас к астропатам. Да, передайте на планету, Франциск, что на судне была чума, судно взорвал экипаж для нераспространения. Без деталей.
Через пять дней Милосердие (вот я даже не предполагал, что гнев Лорда-Инквизитора заставит шестерёнок работать штабелями, в самом прямом смысле этого слова!) легло на разгонную траекторию для варп-прыжка. Корабль привели в достойное Лорда-Инквизитора состояние, спасённые с торговца были отпущены: то ли Терентий, то ли Кристина их исцелила.
А вот информация по чуме с умертвиями, узнанная Терентием, была поведана нам на одном из совещаний. Благо, Терентий имел крайне мало тайн от аколитов, в своё время проведя со мной такую беседу, относительно вскоре после того, как Гнев Императора, мой прошлый корабль, перешёл в его подчинение.
— Понимаете, Франциск, я знаю Инквизиторов, точнее, их отчёты и воспоминания, которые играют в тайны с аколитами. Более того, многие рекомендуют культивировать среди аколитов конкуренцию и агрессию друг к другу. Дурачьё, — веско определил Инквизитор. — Свита Инквизитора — варпово непростое место. В варпово непростых условиях. И глумиться над людьми, для получения мифической преданности, которая строится на том, что ненавидя друг друга, они будут докладывать Инквизитору про свои упущения… В общем, может, у кого-то это и работает. Но у меня так работать не будет.
— Но, Терентий, а если предательство… — хотел было я привести аргумент, естественнно, не к “культивированию вражды”, в чём был с Терентием согласен, а к “секретности”.
— Сожгу огнём, Франциск. И это знает каждый аколит, включая вас, — широко улыбнулся Терентий. — Шутка, — с уже равнодушным лицом дополнил он через несколько секунд.
Я до сих пор не знаю, что из его фразы было шуткой. Или шуткой было слово “шутка”? Не знаю, юмор Терентия был непонятным и страшноватым, так что шуткой могло быть всё и ничего.
Информация же была таковой: данное заболевание было известно Инквизиции, было локализовано окрестностями Ока Ужаса, встречалось крайне редко. И все зафиксированные случаи эпидемии предваряли нашествие слуг Губительных Сил. Владыки разложения, как понятно.
— И вот ведь тупость какая, аколиты. Это ведь именно вирус, столь изощренно поражённый порчей, но борются не с ним, а с причиной его активации. И кажется я знаю, кто помог чумному деду с его созданием, — задумчиво, как бы про себя, произнёс Терентий. — И условие активизации… ну богиня, куда деваться. Да, аколиты, как-нибудь расскажу. Но не сейчас. Так вот, есть вирус, несущий потенциальное заражение. И с ним не борются! Ни карантинов, ни варпа подобного! Половина, если не более, населения секторов вокруг Окуляра Трепета — заражены.
— А какой критерий срабатывания, Терентий? — уточнил я.
— Неверие, — хмыкнул Инквизитор. — Неверие в Императора, в Бога-Машину, в божков хаоса. В общее благо.
— Тау?!
— Да варп бы с этими ксеносами. Просто коллеги проверили критерий срабатывания. А предателей и еретиков в закромах Ордена хватает. Так вот, критерий срабатывания у слабых разумом и волей людей, которых, к слову, девяносто процентов: отсутствие веры в божество. Даже назвали эту хворь “чумой неверия”.
— Как в Эру Отступничества?
— Угу, в её “честь”. Только тогда была аллегория, а сейчас — так и есть. Ладно, данные в сети, ознакомитесь подробнее, если что. И Франциск. Как только закончим ремонт — курс на Агрипину.
— Сектор?
— Столица и планета, Франциск. И вижу, что вам любопытно.
— Очень. И не только мне, полагаю, — ответил я.
— Так вот, перед прибытием к верфи наш торговец полгода провёл на Агрипине. А у него чума. А это значит? — требовательно оглядел он аколитов.
— Чума предваряет атаку губительных сил, согласно вашим данным, Терентий, — озвучил я.