Чаша небес
Отряд шел в молчании. Люди пытались осмыслить случившееся.
– Может вернуться, – остерег Кверт. – Идемте.
Они заспешили по проходу под скалами. Пять минут вообще пришлось бежать по высохшим руслам древних ручьев, пока за спинами стихали траурные песнопения. Кверт указал землянам на что-то вроде воздушного шлюза, и они быстро протиснулись туда. За дверью оказался слабо освещенный тесный туннель. По нему отряд бежал уже добрых полчаса. Еще пятеро соплеменников Кверта присоединились к ним; эти, в отличие от людей, бежали грациозно, легко, стремительно, с какой-то подчеркнутой безмятежностью. Люди едва поспевали за ними, пыхтя и отдуваясь.
Да они не хуже газелей, подумал Клифф и вернулся мыслями к тому, что может ожидать его впереди. Именно он втянул отряд во всю эту переделку, а сейчас понятия не имеет, куда они бегут. Очевидные задачи? Укрываться от Птиц, перемещаться на местности. Пытаться что-то понять в окружающем мире. Кроме этих задач, пожалуй, ему ничто больше не казалось очевидным.
Внезапно туннель окончился шахтой. Вертикальной шахтой без лифтовых дверей. Но лифты в ней были – ездили на скорости, вполне удобной, чтобы просто сойти с края шахты на платформу. Кверт показал как. Говард, конечно, прыгнул слишком неуклюже, потерял равновесие и тяжело упал. Терри, не выдержав, истерически расхохотался. Остальные подхватили.
Говард перевел дух, поднялся. Люди и чужаки смотрели друг на друга. Между ними возникала удивительная сплоченность, но Клиффу сейчас было недосуг о ней размышлять. Он решил принять это как данность и посмотреть, что из нее получится. Никакой теории, сплошная эвристика.
Ему стало плохо, он зашатался. Правая нога раньше тупо ныла, а теперь начала стрелять. Адреналиновая анестезия проходит, машинально отметил Клифф. Он чувствовал, как в ботинки стекает теплая жидкость. Сел на платформе, тяжело, глубоко вздохнул, так что воздух дошел, казалось, до сердца. Осторожно ощупал рану.
– Ты истекаешь кровью, – встревожилась Ирма.
Клифф кивнул, влезая обратно в штанину.
– Зацепило.
– У нас повязок нет, – сказал Говард.
– Рана не такая скверная, как кажется, – соврал Клифф и постарался пренебрежительно пожать плечами. – Я продержусь.
К счастью, Ирма догадалась снять одежки с некоторых мертвых чужаков и сейчас протянула Клиффу что-то мягкое на ощупь, как хлопок. С ее помощью он разорвал одеяние на лоскуты и соорудил подобие бандажа, туго перевязав рану. Компресс, кажется, остановил кровотечение. Все действия он совершал на полном автомате, вспоминая обязательные для каждого члена экипажа тренировки. Как же давно это было. Столетия назад.
Лифт продолжал спускаться. Клифф, прихрамывая, поднялся. Медленная поездка во тьме наконец привела их к металлическому карнизу, торчащему из скалы. Они сошли туда. На противоположной стороне шахты скалы не было: керамопластовые плиты, лучевые балки, местами проглядывал отполированный металл. Впрочем, попадались не только балки да прямоугольные конструкции, вполне обычные и для дна гравитационного колодца, но и круглые люки, арки. Кверт повел отряд среди опорных структур, а потом одна из стен внезапно стала прозрачной. Оттуда на Клиффа глянула тьма, пронизанная крохотными цветными огоньками.
Звезды.
– Это же… обратная сторона Чаши, – ошеломленно прошептал Айбе.
Отчего-то вид открывался не строго вертикальный, а под углом к полу. Клифф понял, что в этом окружении гравитация отличается. Он видел, как во мраке за стеной ползет далекое суденышко, освещенное только звездами. Потом в поле обзора показалась сфера и уткнувшиеся в нее носами три меньших корабля. Заправочная станция? Сфера тут же исчезла.
Клифф сообразил, что они движутся: вращаются для поддержания центробежной силы тяжести, со скоростью, пожалуй, полтысячи километров в секунду. Все, что нужно в таких условиях для запуска корабля – это просто вытолкнуть его в космос.
Он прижался лицом к холодному прозрачному окну. Другие поступили так же. Они разглядывали уходившие во всех направлениях секции колоссальных конструкций. Вдалеке структурных деталей было уже не различить, а вблизи роботы трудились, возводя какие-то башни. Протяжная речь Кверта оборвала его размышления.
– Можете посмотреть позднее. Теперь идем.
Трудно было оторваться от этого зрелища. Оно напомнило ему, что во всех перемещениях они никогда не удалялись от космического вакуума, и неважно, сколь знакомыми могли показаться отдельные территории Чаши.
– Идем! – настойчиво повторил Кверт и повлек людей в следующий шлюз, а оттуда, очень быстро, в тесную транспортную капсулу. Они устроились в горизонтальных нишах, пристегнулись. Когда Клиффу помогли втиснуться на место, капсула с мягким шипением стартовала.
Клифф кое-как размотал набухшую повязку. Зрелище было не из приятных. На штанах рядом с раной проступило темное дурно пахнущее пятно, и на запах слетелись мошки – гнус в этих местах будто самозарождался. С помощью Говарда Клифф закатил штанину пропитанных кровью брюк, чтобы рассмотреть рану вблизи. На правой стороне голени обнаружилось входное отверстие, а на левой – второе, крупнее. Силы принесли воды и смыли запекшуюся кровь. Плоть сморщилась, покраснела, воспалилась.
Ирма вытащила аптечку и попросила остальных поделиться лекарствами. Аптечки у каждого были немного специализированными.
– Похоже, что какой-то осколок продырявил тебе трехглавую мышцу, – тихо сказала девушка. – Рана начинает воспаляться.
– Мне трудно ходить.
– Тогда не надо.
Ирма с Говардом поработали над раной, очистили ее и наложили свежий компресс. Над Клиффом отчего-то сгустились пушистые серые облака.
Ирма потрепала его по щеке.
– Ты не умрешь.
– Уже легче. Тебе не придется звонить в мою страховую компанию.
– И ногу не потеряешь.
– Еще лучше. Болит все-таки. Нашлись какие-нибудь приятные лекарства?
Товарищи пригорюнились.
– Нету, – повинился Говард. – Это из-за меня.
– Следующий твой вопрос, наверное, будет «где мы?», – сказала Ирма.
– И какой ответ?
– Мы направляемся в убежище к силам. Их сородичи в передних капсулах. У них много жертв.
Он не знал, что на это сказать. Голова у него раздувалась, словно готовый улететь воздушный шар.
Поездка длилась долго. Свет в капсуле притушили. Он подумал, не заговорить ли с остальными, но понимал теперь, что, если нет сил как-то помочь, лучше просто отдохнуть. Потом он провалился в сон, полный диссонансных звуков, цветов и знаков. Как и в поезде, разбудило его только торможение.
Часть девятая
Я собираюсь жить вечно. Пока что получается.
46Бет стояла у входа в пещеру и слушала, как прорывается гром сквозь бесконечные грозовые облака. Как пирамида пурпурных наковален, возносились они к небесам, время от времени подсвечиваемые резкими яркими оранжевыми вспышками: свет перескакивал с одной наковальни на следующую.
Застучали крупные капли дождя, тоже озаренные сполохами молний. Некоторые вспышки на миг соединяли дрожащим световым мостом облака разных ярусов и по ним спускались к самым верхушкам деревьев. Оттуда слышался шум, подобный взрывам бомб.
– Великолепно, – сказал рядом с ней Фред.
– Ужасно, – ответила Бет, но, подумав, согласилась: – И прекрасно.
– Гляньте-ка, – показала Майра. Через плотные пирамиды облаков фильтровался дневной свет, выцветший до молочно-белого, и в нем стало видно, как с неспешной, выразительной грацией переползают по земле влажные растения. Они медленно переместились к месту, куда ударила молния, и поползли по стволам расколотых деревьев, чтобы загасить начавшиеся пожары.
– Система пожаротушения, – сказала Тананарив. – Генетически запрограммированная.
– А это точно не животные? – усомнился Фред.
– А разве они похожи на животных? – ответила вопросом на вопрос Тананарив. – Я проверяла. Вышла наружу и подняла одно такое с земли. У него корни. На концах стеблей. Корни, которые легко вылезают из почвы и заползают в нее снова.