Возвращение Прославленных (СИ)

— Главное, — сказала она Леонару, — составить план. Рекомендую написать его в виде цепочки вопросов. Это очень помогает в научных поисках. Предлагаю такой…
И она быстро накидала на листке целый список, ставя в конце каждого предложения большой знак вопроса, который обводила жирным кружком.
— Когда мы найдём ответы на все эти вопросы, то решим задачу, — удовлетворённо добавила Пинар, оглядывая свою работу.
Леонар уважительно взглянул на неё. Ему всё больше нравилась эта удивительная собранная дама.
— Сразу видна ваша длительная работа секретаря Корнуольского геологическского общества, — сказал ей восхищённо граф.
Пинар скромно улыбнулась:
— Да, я помогла написать не одну диссертацию. И знаю, как вести научные изыскания. Рада, что здесь это может пригодиться.
И Леонар с ассистенткой углубились в работу. Теперь уже спокойно, кропотливо, разделив вопросы на двоих. Именно Пинар нашла в одной из энциклопедий информацию о портунах.
— Тут написано, — сказала она, подчёркивая ногтем строку на странице, — что они действительно могут жить на поверхности, только надев волшебные кольца.
— Ну, так мы это и без книги знали, — разочарованно потянул Стурла, перебиравший с Бёрнис золотые колечки.
— Но здесь ещё есть старинный рецепт. Послушайте, — сказала она и начала цитировать, — «Если в воде, взятой из сундука Мертвой Девы, растворить угольную пыль и Пудру Зеркал, которая делает живых невидимыми, а потом дать выпить этот напиток портуну, то это убьет его…»
— Ой, — всплеснул руками, оживившись, седой портун, — вы нас собираетесь погубить?!
— Постойте, что же вы все меня перебиваете?! — не выдержала Пинар, — дайте дочитать.
Она поставила палец под очередную строку из книги и прочла: «но если на портуне будет кольцо его рода, то он станет навсегда невидимым для людей, но, сняв кольцо, видим для сородичей, животных и визидаров».
— Так вот зачем нужны портунам эти кольца! Не для красоты вовсе, — до конца осознал Стурла, — но где же мы возьмём Пудру Зеркал?
— Если прочесть её описание, очень похоже, что наш Исчезательный порошок и есть эта самая Пудра, — сказала задумчиво Леонар, заглядывая в текст через плечо Пинар.
— Я тоже так думаю, — кивнула она, — даже в этом уверена.
— Значит, мы были недалеки от истины? И я был прав, когда хотел обработать кольца Исчезательным порошком? — обрадовался Марио и его глаза засветились.
— Да. Мы же ремесленники, — кивнул Тафари, — и всё равно бы дошли до этой мысли, будь у нас времени побольше.
— А где мы возьмём угольной пыли? — уточнил Стурла, — и какая должна быть пропорция?
— Вот, ты тоже заговорил, как настоящий ремесленник, — засмеялся Марио.
— Угля мы можем вам дать сколько угодно, — сказал стоявший рядом стуканец.
Он вытер лоб и из кармашка своей рубахи вытащил чёрный камешек.
— Вот, — положив его на стол, подтолкнул его к визидарам, — это и есть уголь. Самый лучший, какой может быть во всём Корнуолле.
— Надо его растолочь в ступке. У меня в подвале она была, такая медная! И ещё там были весы!
— Слышали? — обратился к слугам Эу. — Верните только моим ребятам кольца, и они смогут сбегать наружу. Они это сделают быстрее, потому что научились ловко орудовать с лианами!
Двое самых юрких портунов нашли свои колечки и, надев их, минут через двадцать уже вернулись, обратно таща в руках ступку, весы и ещё кучу блестящих вещей, которые нашли в подвале Пинар и посчитали нужными. Вообще, портуны оказались страшными барахольщиками. Те из них, кто находился в зале, аккуратно, пока не видел Эу, выпрашивали у визидаров то пуговицу, то перочинный ножик. А получив, радостно складывали по своим многочисленным карманам, пришитым у них на одежде везде, где только можно.
Закипела работа: кто-то из визидаров оттирал кольца от грязи, кто-то толок уголь… Леонар достал толстую тетрадь и стал делать записи. Когда Итиро спросил, что тот пишет, Леонар ответил:
— Хочу, чтобы наши работы, новые рецепты, наши приключения, были записаны. Нам следует продолжать собирать материалы, как и предкам. Если мы не дойдём до цели, то сильно продвинем идущих за нами…
 
— Идущих за нами нет, — вздохнул Тафари, — на нас вся надежда.
— Тем более, — взмахнул ручкой Леонар и углубился в работу.
Стало тихо. Каждый делал своё. Но быстро обнаружилась проблема: пещера была полна воды, да только не подходила она для найденного рецепта. Надо было добыть не простую, а из какого-то сундука Мертвой девы.
— И где он? — растерянно спросил Марио.
— Сундук Мертвой девы в Изумрудном зале, — сказал главный портун. — Он вроде и недалеко, но почти затоплен, мы туда не ходим. Там бывают лишь келпи. Найти Изумрудный зал очень просто — лестница коридора Забытых снов, если по ней спускаться, ведёт в него.
Вот только за водой к Сундуку Мёртвой девы никто из портунов и стуканцев идти не согласился.
— Там келпи! Там келпи, — с ужасом в глазах говорили они.
Даже Эу, сначала задумался, а потом, закачав головой, сказал:
— Нет, в Изумрудный зал идите сами. От взгляда келпи мы стекленеем, становимся неподвижными. Может, вас они не сожрут? И потом, в нижних отделах появилось столько разных тварей. Теперь там новый, страшный мир. Мы туда не ходоки. Нет-нет. Никто не из нас туда не спустится.
Эу подошёл в стене, прислонил ухо к мокрому камню и так постоял какое-то время, а потом, отряхнув голову от воды, изрёк:
— Сейчас отлив. Океан ушёл дальше, келпи не так страшны, может, их там и не будет. Самые опасные они в приливы — возвращаются в подземные гроты голодными и злыми.
В поход за водой из сундука Мёртвой девы решили послать Марио и Стурлу. С ними рвалась воинственная Бёрнис — сейчас в мире было полнолуние, и при круглой луне темноокая Волчица, действительно, как заметил Струла, жаждала сражений. Но ей отказали.
— Ты можешь всё испортить. Не всегда нужно рубить с плеча. Иногда надо пройти мимо врага крадучись, незаметно, — объяснил ей Тафари.
— Тем более, что на сражений совсем нет времени, — добавил Леонар.
Марио и Стурла быстро собрались. Они обмотали лица одеждой, чтобы меньше вдыхать воздух в коридоре Забытых снов, вытащили оружие, приготовившись ко встрече со змеиным деревом, и пошли к подземной лестнице.
Встречаясь с мечами, длинные листья сворачивались, освобождая проход. Стурла шёл впереди, Марио прикрывал его сзади. Чем ниже они спускались, тем было страшнее, но не от убивающих лиан — в конце концов, сейчас их листьям только дважды удалось обвить путешественникам ноги. Но визидары уже знали, как от них избавиться. И не от засыпляющего воздуха — Марио и Стурла старались дышать поверхностно. Нет, было кое-что более пугающее — из каждого угла и заброшенного ответвления коридора Забытых снов раздавались завывания, чавканье и такой жуткий хруст, что Марио порой зажмуривался и костенел от холода, бегущего по спине. Коридоры запутывались, пересекались. Чем ниже, тем ответвлений становилось больше. В одном из проходов, когда Стурла подсветил туда фонарём, визидары увидели жуткие красные глаза и окровавленные морды больших летучих животных. Завидев свет, те бросились врассыпную, лишь их тени заметались по низким сводам.
— Надеюсь, это были не келпи, — вздрогнув, тихо сказал Марио.
— Не думаю, что это они, — мотнул головой Стурла, потом подойдя поближе к куче того, что терзали хищники, показал на неё фонарём и добавил, — а вот это очень похоже на келпи. Вернее, на то, что от него осталось.
Марио подошёл ближе и чуть не закричал. Везде валялись рваные куски мяса и костей. Из этого месива на них скалилась обглоданная голова огромной лошади. На останках морды, белели маленькие глаза без зрачков и сильные, страшные зубы.
— Резцы, как у бобра. Только в десять раз больше! — уважительно присвистнул Стурла, стукнув кончиком ботинка по зубам келпи.
От этого тошнотворно-глухого звука Марио стало совсем дурно. Он сделал шаг назад, но поскользнулся в густой тёмно-бордовой жиже требухи, растекавшейся от убитого животного. Рыболов, нервно вскочил и стал лихорадочно отряхиваться, но ещё больше весь перемазался.