Я разорву эту помолвку! (СИ)

Магические камни были своего рода сосудами, которые подобно бочонку вина могли хранить и выдерживать магию в первозданном виде годами. Некое подобие консервной банки, только вместо бабушкиных солений такая вот несъедобная, но очень дорогая штучка.
Идея с поездами и железной дорогой этому миру была знакома. Лет пятьдесят назад один виконт-энтузиаст представил миру проект и даже попытался на своих землях воплотить в жизнь прототип, соединив две соседние деревни железнодорожным сообщением.
Проблема была лишь в одном.
Магия не является идеальным топливом.
В силу развития естественных законов и порядком мир Элиан полагался на во всем на свое магическое преимущество. Другими словами, никто и не пытался здесь искать альтернативные источники энергии, когда есть уже столь совершенный, удобный, простой и элегантный ресурс. Стопорило технологический прогресс и мировоззрение местного населения и зависимость общества от артефактов. Ученых привлекали открытия в магсфере нежели привычные землянам законы физики.
Идея виконта прошлого кончилась плохо. Магия еще и очень непредсказуемая энергия, иначе развитие этого мира уже бы опережало земное. Состав потерпел крушение, сам энтузиаст и его семейство погибли. Тогда про поезда и железные дороги предпочли позабыть.
— Если использовать магию, то очевидно, не стоит и пытаться, прибыль не сравнится с потраченным, да и никто не рискнет прокатиться на таком транспорте. Но ведь можно использовать и другие источники энергии.
Филипп оживился. Он ловил каждое произнесенное мною слово. Хищник почуял добычу.
— Пару месяцев назад в одном не особо популярном научном журнале была статья об устройстве парового котла. Бедный ее автор, получил море критики в свой адрес и с позором был изгнан из Имперской академии наук. Гении часто оцениваются по достоинству спустя десятилетия забвения.
Не сказала ничего нового, на самом деле. Может, если бы подобного открытия не случилось, я бы побоялась нарушать естественный ход прогресса и равновесие мира Элиан, однако техническое развитие уже достигло подобного уровня, и немного опередить события, не привнося радикальных потрясений для общества и мира в целом не было чем-то нарушающим законы мироздания.
Я коротко объяснила принцип работы паровой машины. Вода, топка, пар, поршень, вал, давление… На удивление, Филипп слушал молча, размышляя о чем-то своем.
— Значит, можно начать скупать угольные месторождения.
Уголь был, но использовался в основном вместо дров для камина и в качества топлива для очагов кузниц, иногда как реактив для экспериментов с магией и артефактами.
— Верно. И еще, империи лучше сохранить за собой монополию и на железнодорожные ветви и на использование паровых машин.
Эта идея не просто озолотит принца, она сделает его самым уважаемым и влиятельным человеком в империи после императора. Империя будет владеть железной дорогой благодаря второму принцу — бастарду — получать бесконечный приток в казну и заявит миру о своем первенстве в техническом прогрессе. И это все благодаря хватке Филиппа. Что подумают аристократы? Обрадуются ли своей ставке на темную лошадку или кусать локти в сомнениях и подавляемом гневе?
У меня есть «кусок пирога» и для них.
— Рельсовый путь будет невозможно проложить по стране без того, чтобы не залезть на земли аристократии. Мое предложение, вместо налоговых послаблений или угроз, лучше императору арендовать земель под дорогу, а содержание станций оставить вассалам. В таком случае, можно доторговаться и до того, что они сами будут охотно способствовать строительству путей. Противоречий тому, что формально у государства будет сохраняться монополия не будет — пирог разделили пусть и на не равные части и не на всех, но это лучше, чем ничего.
Я посмотрела принцу в глаза и отвернулась. Его серые глаза смотрели пристально, а лицо оставалось равнодушным, пусть я и сумела разглядеть на нем признаки торжества.
— А что касается моей безопасности и «Сундучка», почему бы не сделать это интересом общественности? Я и не думала превращать рынок одежды из одной монополии в другую. Мой магазин находится в Лоррине, и даже при всем своем желании было бы крайне неудобно и энергозатратно открывать его филиалы по всей стране и заниматься еще и их управлением. Зачем мне столько проблем?
 
Я подумывала о франшизе.
— Как владелица я могу просто продать право использовать мою бизнес-модель, технологии и бренд, а также консультации и помощь. Остальным пусть занимается покупатель, — наколола кусочек стейка на вилку и отправила в рот, мясо словно таяло во рту.
— Разумеется, без согласия моих партнеров я сделать не могу ничего, но подумайте сами, мы можем в качестве платы запросить не фиксированную сумму, а процент от каждой прибыли, полученной всеми остальными. Все затраты ложатся на плечи других, нм же остается получать доход.
Это было не совсем так. Придется учить людей, проверять их на соответствие установленным требованиям и образцам, которые нужно будет еще разработать — иначе вся затея и гроша стоить не будет, а обанкротившиеся дельцы потом еще и отомстят, ибо их магазины из-за некачественного товара или грубости персонала будут обходить стороной — вкладываться в маркетинг и узнаваемость бренда, и много чего еще.
Все это для обычного человека с Земли было привычно и не удивляло. Однако же местное население этого мира воздвигло лорду Бруку нерукотворный памятник новатора десятилетия.
«Сундучки» побольше и поменьше стали открываться по империи как грибы после дождя. На отлаженной модели и технологиях процесс шел быстрее, чем у меня с первопроходцем в Лоррине, ставшим флагманским магазином сети.
В интересах короны была постройка железнодорожных путей, приоритетом — прокладка дороги от Лорнии до линии фронта и границы с Алгаменией через полстраны. Как я и предсказывала, дворяне были крайне заинтересованы в быстром завершении строительства.
Принц Филипп стал званным гостем во всех самых знатных и древних семьях столицы. Его зауважали не только торговцы, готовые променять свои караваны на грузовые составы, обещанные быть раза в два дешевле, аристократы, которые поколениями смогут безбедно жить на ренту с ранее не приносивших доходность земель, изобретатели, возносящие хвалу острому глазу принца, сумевшему разглядеть не ограненный бриллиант в идее о паровом двигателе, но и простолюдины — корона щедро платила жалование рабочим и строителям, открывала первые курсы для всех сословий по подготовке персонала, техников, машинистов…
Три года минуло с моего попадания в это незнакомое место.
Страна и общество переживали небывалый подъем. Тяжким грузом на дно тянуло лишь одно — война, которой не было ни конца, ни края.
Алгаменцы тоже дураками не были. Добыча юфрания возросла, скудная на урожая земля щедро одаривала своих хозяев ископаемыми рудами. Увеличивающий магию юфраний, часть которого шла на экспорт и приносила огромные вливания капитала в экономику и бюджет армии, а часть — на изготовление артефактов и оружия. Еще ходили слухи, что винтерий, официально зарегистрированный металл нового толка, имеющий стойкую сопротивляемость и отталкивающий всякую магию, добываемый на данный момент на трех месторождениях — в землях баронства Винтер, на разломе в Дариме, и в угодьях графа Уитмора, был также найден и в Алгамении.
Если это действительно так, то все, к чему пришли ученые-артефакторы империи Элевис стало для нашего соседа неплохим подспорьем. Куда им там до патентов и соблюдения принципов справедливости, когда идет вооруженное противостояние за очень нужные их жителям территории.
От Джеймса я больше писем не получала, и сама ему тоже не писала. Знала лишь, что он жив. Переодически его имя мелькает в газетах в новостных сводках. Все-таки не зря он был лучшим магом-боевиком на курсе, да и мечом, поговаривали владел мастерски, подвигов ему было не занимать.
Я только одного не понимала, почему Гидеон, вернувшийся во дворец в столицу спустя год после начала военного столкновения и «удалившийся» из армии, не взял с собой Джеймса. Разве они не лучшие друзья?