Я разорву эту помолвку! (СИ)

— Любовь не нужно «заслужить», ваше высочество. И она не требует опыта или времени, не всегда. А потерять истинное чувство сложно, если не невозможно: вы до конца дней будете помнить человека, которого искренне любили, — объясняла словно маленькому ребенку.
В какой именно момент наш разговор вдруг перешел к рассуждениям о чувствах? Я знала только, что это не я подняла данную тему.
— Вы любите, — не спрашивал, а утверждал мужчина, смакуя шоколадный бисквит. — Сэру Джеймсу повезло.
— Я люблю свою семью и друзей, — вроде и не отрицала, но опровергла. Джеймса я не знала, обида на него зарубцевалась, как старая рана, но не забылась, а любви между нами не было никогда. Принц в одном прав, это всегда взаимное чувство. Безответной может быть лишь влюбленность.
— В таком случае он просто еще не знает своего счастья, — взгляд Филиппа за очками потеплел. Он потянулся и положил себе на блюдце еще одно пирожное.
Я проследила за этим действием, врали все газетчики, что принц не ест в окружении других людей, боясь отравления. Вон, уплетает с задумчивым видом. Наверняка размышляет, отчего пренебрегал десертами в этом месте — я уже как-то и позабыла, что мы в театре, а не в кафе — раньше.
— Вы не плохой человек, леди Флоренс. Я это вижу. Но не могу верить вам, не зная причин ваших поступков.
— Тогда не верьте. Доверяйте своим собственным суждениям обо мне и тому, что подсказывает вам интуиция. Я поступаю так же.
Филипп улыбнулся и пригубил чай. Стекла его очков запотели от пара. Он снял их, протер новым чистым платком и одел обратно.
— Вы подали заявку на регистрацию нового металла, леди Флоренс.
Эта песня хороша — начинай с начала. Мы вернулись туда, откуда ушли.
— Да. И думаю, что его свойства поглощать магию любого толка будут полезны в армии. Ваш знакомый лорд Брук арендует участок с шахтами у моего отца…
— Умно! — согласно кивнул принц. Как я и думала, он уже все знал. — Так у старого графа — вашего будущего тестя — не будет возможности вас обобрать. Долг баронства перед Астерами меньше, чем будущая прибыль с шахт, но из-за того, что это ранее неизвестный металл, то рыночная его стоимость неизвестна, и суд, если до такого бы дошло, оценил бы ваш рудник по самому минимальному стандарту.
Этого я не знала, но порадовалась, что нашлась еще одна причина, подтверждающая правильность моих решений.
Дальше мы уже говорили о делах. Филипп потребовал двадцать пять процентов от прибыли в замен на поддержку бизнеса с его стороны и обеспечение неприкосновенности от загребущих рук сильных мира сего. Все же, несмотря на показное подозрение, какого-то уровня доверия мы достигли. Но задумчивый взгляд, мелькающий время от времени у принца Филиппа, когда он смотрел в мою сторону, мне все же не нравился.
Нужно будет поговорить с Алланом по возвращении. У нас с ним в «Сундучке» равные доли по половине. Чтобы уступить оговоренный процент принцу, я не собиралась делить только свою часть. Придется пересмотреть наше соглашение, но полагаю, что услышав имя его высочества, он не будет сильно против, ибо как никто другой поймет, что это значит.
А вот в деле о рудниках винтерия — если не считать платы за «аренду» земли — я была единственной хозяйкой, двадцать пять процентов не казались большим делом, остальные семьдесят пять все равно будут моими.
В этот день представление, разыгравшегося на театральной сцене я так и не увидела. На пару вдвоем мы с Филиппом слопали большую часть десертов, договорились обо всем, что касалось дел, и домой я вернулась тем же способом, каким и прибыла в столицу — через портальную арку.
Одно то, что у меня в союзниках сам принц — и, я верила, что этот мужчина станет следующим императором — успокаивало поселившийся в душе страх перед императрицей.
Я боялась за свою семью, не смогла бы жить, зная, что по моей вине они оказались в опасности, а будущее их разрушено. Но несмотря на то, что эта привязанность была моей слабостью, она придавала мне сил просыпаться каждое утро и окунаться в дела с головой, решать насущные проблемы и продумывать каждую мелочь — все для того, чтобы дать дорогим мне людям лучшее и уверенное завтра.
 
Я не могла гарантировать счастье. Ни свое, ни чужое. Но даже так простая истина, что счастья на деньги не купишь казалась мне глупостью. Да, не купишь. Но с деньгами можно сделать что угодно: путешествовать, заниматься благотворительностью, учиться, посвятить себя любимому делу, кушать тортики каждый день и многое-многое другое, что приносит радость.
Этим я и занималась дни напролет. Зарабатывала деньги.
* * *
Флоренс: Этим и занималась дни напролет.
Автор: Кушала тортики.
Флоренс: И это тоже.
  
Глава 12. «Приданое невесты»
 
Начался декабрь с буранов и метелей.
Лоррин, как и вся провинция Лорния, оказался в сугробах. Дороги чистились плохо, и поездка до города из поместья занимала времени почти в два раза больше обычного.
Мы с Алом связь держали в основном с помощью артефактов, благо, что за два месяца ни магазин, ни гильдия в моем прямом присутствии и участии более не нуждались, а если и возникали срочные дела, то решить их можно было и с помощью простого звонка, выезжать мне было уже без надобности.
Крупным заказом, о котором говорил принц Филипп во время нашей встрече в театре, оказалось снабжение армии теплой одеждой. Мне на ум сразу пришли тулупы из овчины — бекеши — старинные пальто долгополого покроя со складками и разрезом сзади, с запахом на шнуре на груди впереди.
Это была привычная на Руси одежда, которая после пользовалась популярностью у солдат и офицерского состава во времена империи и даже стала инвентарной одеждой военных в СССР. Можно смело утверждать, что такой предмет теплого верха был удобен и легок в носке, и ему были не страшны никакие морозы, что было проверено временем на протяжении многих поколений.
Я решила провести несколько улучшений, заменила овчину на экомех, добавила отстёгивающийся капюшон на молнии — моем очередном нововведении, которое быстро завоевало симпатии у местных кузнецов, у них появилось много работы; в разработке у закройщиц уже лежала целая стопка предстоящих для весеннего пополнения товара в «Сундучке» эскизов различных платьев, юбок, блуз, а также брюк для мужчин, и всего этого вместе размерами поменьше для юных клиентов, где активно будет применяться удобная застежка вместо многочисленных пуговиц.
Сейчас продажи «Сундучка» стихли, можно было подумать, если наблюдать со стороны, что он вот-вот закроется. Портные, наверное, из-за этого и прекратили свой саботаж. Но на самом деле все ресурсы производства сейчас были брошены на то, чтобы в срок завершить работу над заказом императорского дворца для армии.
За эти пару месяцев в землях баронства появилось еще три хозяйства с овечками, привезенными из далеких северных земель. Все благодаря организованной Винтерами поддержке крестьян и выгодным ссудным условиям. Это стало огромным подспорьем, иначе в срок бы нам точно было не уложиться — где бы я смогла раздобыть столько сырья, то бишь шерсти? Стадо Берга не смогло бы дать столько меха и за несколько раз.
Но даже новые фермы, как я стала их называть, не могли обеспечить швей нужным количеством материала — поголовье было молодым и после переезда животные испытывали и без того немало стресса, в длительной перспективе стричь их часто не рекомендовалось.
К счастью, северные купцы заинтересовались внезапно возникшим интересом моих крестьян к меху овечек с их земель и связались с «лордом Бруком», выяснив через свои торговые связи, что было к чему. Мы заключили взаимовыгодное соглашение. Сырье они поставляли в срок и жаловаться было не на что. Закупочная цена была такой, что, принимая во внимание, какой аванс — половину стоимости от заказа — заплатил мне принц Филипп, я сочла ее вполне уместной.
Однако и обманываться не приходилось. Большая часть денег все равно ушла на работу швей, кузнецов, закупку сырья — шерсти и тканей — покупку дополнительного оборудования и найм новых рабочих, а также много чего еще.