Я разорву эту помолвку! (СИ)

Лара сдала украшения в ломбарде и получила за них сорок тысяч левисов. Тридцать из них я положила в банк на хранение, это был мой первый взнос в уплату долга. Осталось девятьсот семьдесят. У-у-х.
Из десяти тысяч пять отдала отцу для оплаты учителей Томаса, а остальные три — отложила на всякий случай, а две взяла сегодня с собой, чтобы потратить в городе на инструменты для Аби.
Довольные мы выходили с покупками из лавки и вслух обсуждали где бы нам перекусить, как в дверях столкнулись с каким-то грубияном. Он налетел плечом на мою подчиненную, едва ли не сбил ее с ног, но схватил за руку.
Приняла этот жест за попытку стабилизировать позу Абигель.
Все это произошло так быстро, что я даже не успела толком рассмотреть лица невежи.
— Отпустите! Да кто вы такой?! — вскрикнула девушка, когда поняла, что никто ее отпускать не собирался.
Мужчина ничего не ответил. Плащ с капюшоном закрывал его лицо.
— Эй! — негодующе прикрикнула я, вырывая руку Аби из его захвата. — Объяснитесь мистер, или мы будем беседовать в другом месте — рыцарский городской отряд давно сидит без дела.
Охраной города и поддержанием правопорядка занимались рыцари, воины, которых на довольствие в обмен на службу брала империя. Рыцарем было почетно и благородно. Ими становились младшие дети дворян, если все семейное имущество наследовали старшие сыновья, отпрыски крестьян и горожан, реже — сироты из приютов. Чтобы получить звание рыцаря и заработать назначение на службу нужно было сдать сложный экзамен. Отбор был тщательный.
Мужчина замер, словно только сейчас заметил меня и сделал шаг назад. Он скинул капюшон, и мы с Аби одновременно воскликнули, а после переглянулись удивленно.
— Джастин?
— Вы?
Уж не знаю, откуда Абигель водит знакомства с наследником герцога, но ситуация подсказывала, что близким оно не было.
Джастин поджал губы и нахмурился, переводя свои серо-голубые глаза с меня на артефакторшу и словно пытаясь понять, как мы друг с другом связаны.
Я не спешила как-то объясняться и реагировать. Пусть мистер Берримор разбирается сам.
Джастин вздохнул и запустил пальцы в волосы, а после махнул рукой назад. Мы так и стояли на крыльце лавки, соглашусь здесь говорить было не очень удобно.
В первом попавшемся трактире среди дня было пусто. Обед уже закончился, а до ужина было далеко. За стойкой бармен лениво протирал стаканы видавшей виды тряпкой — кушать я здесь не буду — и поглядывал на наше трио с любопытством.
Джастин склонился над блокнотом. Аби начала грызть ноготь на большом пальце, верный признак беспокойства. И чего она натворила?
«Нарушитель должен понести наказание…», — так было записано в блокноте в тот раз. Какое наказание? За какие правонарушения? И кто дал право этому мужчине, сидящему напротив вершить правосудие? Это прерогатива лишь суда.
«Леди Флоренс, какие у вас отношения с Абигель Ромонт?»
— Я не обязана отвечать, — скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула. Симпатия к Джастину резко уменьшилась. — Вы не государственный обвинитель и мы не на суде. Пока не объяснитесь сами, я ничего вам не скажу!
Я его не боюсь. Пусть знает. Заметила боковым зрением, что Абигель восторженно на меня уставилась. Джастин же сверлил хмурым взглядом. А он тоже не прост. С виду такой весь милашка-очаровашка, но на самом деле, кто знает, что скрывается за этой маской… И все же, не хотелось мне быть не правой и ошибаться в людях. Надеялась, что у мистера Берримора есть разумное объяснение, пусть у меня и были кое-какие догадки.
Но говорить к моему удивлению стала Аби.
— Леди Флоренс, — пискнула девушка, — я б-благодарна вам за все, что вы для меня сделали. Правда, и за то, что приютили у себя в доме, и за вашу заботу, и ваше ко мне отношение… есть у вас странная черта, я с таким не сталкивалась раньше, хотя повидала много людей. Вы ко всем относитесь как к равным себе, что аристократам — особенно аристократам — не свойственно…
Я слушала молча. Дальше Аби пустилась в объяснения. Джастин тоже внимательно следил за ходом ее монолога.
 
Выяснилось, что не я одна «подозревала», что за именем Густова Рома скрывается женщина, наша Абигель. Скандал, нарушение правил гильдии о членстве в их закрытом сообществе артефакторов. Где видано, чтобы женщина под видом мужчины творила бесчинства?
Кхм-кхм, да, правда, где? Лорд Брук, о, я слышала, что это прибывший издалека предприниматель-новатор, конечно, я с ним не знакома, да, не подумайте лишнего!
Аби на этом чистосердечном признании не остановилась. Как оказалось, ее статьи и идеи привлекли не только меня. Какая-то известная шишка написала ей с предложением о сотрудничестве — знакомые слова — и наша наивная мелочь с большими амбициями поспешила как мотылек на свет огня ухватиться за такую возможность.
Что там было дальше в подробностях Аби не стала описывать, залившись краснотой, но итог от партнерства таков: девица, которая еще недавно была мужиком, сбежала и прихватила с собой несколько секретов прославленного на всю империю артефактора!
Получается, я крышую преступницу? Как-то не верилось.
Джастин сурово сузил глаза.
Аби сжалась.
— Но я ничего не крала! Я не воровка! У этого Брима из «секретов» (под секретами понимались какие-то тайные разработки, насколько я поняла) только пьянство, разгульное неприличное поведение и эксплуататорство молодых подмастерье! Все его открытия и левиса не стоят, проверьте его поместье и сами увидите, сколько там держат талантливых ученых в подполье! Я еле ноги оттуда унесла, иначе нашли бы мой труп в канаве!
Аби разразилась тирадой и злобно пыхтела, сверкая глазками в сторону мрачного Джастина. Кому верить, читался вопрос в его глазах.
Мне вот верилось больше Абигель. Смысл был ей врать?
Джастин взял в руки капиллярную ручку с острым стержнем.
«Почему тогда вы сбежали? Почему не пошли в гильдию или сразу в рыцарский орден, не сообщили о преступлении мастера Брима? И как так получилось, что он жалуется на то, что вы использовали на нем странную «магию» отчего пострадало его мужское достоинство?»
Я заглянула в блокнот, не уверенная, предназначались ли для моих ушей эти вопросы.
Аби снова залилась румянцем.
— Не пошла и не сообщила, потому что сама виновна, — ответила я вместо девушки. — Это ведь очевидно. Да и не факт, что кто-нибудь дослушал до конца, если бы Аби призналась — а без этой информации про вашего Брима не рассказать. Повязали бы на месте и быстренько в кутузку. А если даже и дослушали — поверили бы?
По выражению Джастина поняла, что попала в точку.
Девушка же беззвучно проговаривала по слогам непонятное слово «кутузка».
«Могла прийти в гильдию. Ко мне».
Аби нервно рассмеялась.
— Да кто бы меня пустил? Пришла бы такая и заявила с порога: Мне на аудиенцию к главе гильдии? Так что ли?
Стоп. Чегось?
Глава гильдии? Вот этот вот парнишка? Ему же и двадцати пяти нет!
В моем понимании глава или главный был все равно что начальник. А до такой должности надо еще дослужиться, так что человек должен быть в годах или же, за особые таланты и богатый послужной список, мастерство и прочее, прочее, руководителем может стать молодой и предприимчивый, но под такую гребенку попадают те, кому за тридцать, а на пенсию не скоро, поскольку эти достижения тоже не за один день случаются.
Джастину же, на вид, можно было дать максимум за двадцать с хвостиком.
Минуточку.
Но ведь Аллан — тоже глава гильдии. Хотя вряд ли можно их сравнивать. Торговые гильдии были в каждом городе, а все они подчинялись одной самой главной — столичной. Гильдия же артефакторов была одной на всю империю, ее аппарат и функционал находился в столице. Закономерно, торгашей полно, а вот артефакторов гораздо меньше.
Но это не объясняло, как Джастин стал главой гильдии. Спрошу потом у Аби.
Мистер Берримор задумался и нехотя кивнул. Так и есть, неизвестной девчонке к руководству не пробиться.