Тихоня. Тайный малыш для босса (СИ)

— Зачем бы мне это делать? — с насмешкой роняет босс, но я вижу, что попала в цель.
— А вот это и мне интересно, потому что вы ясно дали понять, что вас не интересует, куда я пойду!
Между нами повисает звенящая тишина, а мы с Максимом Александровичем пилим друг друга взглядами. Так продолжается довольно долго, и Джейк решается нарушить тишину:
— Я так понимаю, я здесь лишний. Васильиса, вы остаетесь или вас проводить?
Закусываю губу и тихо роняю:
— Спасибо вам, Джейк, я останусь.
Мужчина кивает и, расплатившись за ужин, исчезает.
Вишневский выдыхает и вальяжно плюхается на стул.
— Думал, он никогда не уйдет!
— Что вы вытворяете?! — шиплю я, сбросив маску спокойствия. 
— То, что считаю нужным! — равнодушно пожимает плечами мужчина и добавляет: — Давайте выпьем!
— Вам достаточно! — резко останавливаю я мужчину, и тот хмыкает. — Зачем вы все испортили? — немного успокоившись, спрашиваю я.
Присев на стул, я опускаю голову на ладони и устало потираю виски.
— А он вам правда нравился? Он же никакой! — брезгливо бросает Вишневский, а я вспыхиваю:
— А вам есть разница? Я больше не ваша сотрудница!
Мужчина вмиг приобретает серьезный вид и берет меня за руку.
— Вот поэтому я и пришел. Василиса, возвращайтесь!
Я замираю, ошеломленная таким поворотом.
Вернуться?
— Но зачем? В качестве кого?
— В качестве моей помощницы! — просит Максим Александрович. — Знаете, я никогда не извинялся ни перед кем, но теперь сделаю это. Извините меня, я погорячился и был не прав. Возвращайтесь.
— Я не знаю… — тяну я, все еще не в силах поверить в то, что слышу. Вишневский так напился, что решил извиниться? Или все же он действительно сожалеет?
Босс расценивает мое молчание как глубокое сомнение и быстро добавляет.
— Я уволил Елену.
— Что? Зачем? — выдыхаю я, совершенно обалдев от происходящего.
— Это же она вас подставила. Назвала неправильное время совещания! — заявляет Вишневский.
— Но откуда вы…
— Тихонова, это моя фирма. У меня там везде глаза и уши. Мне узнать подобную мелочь – раз плюнуть. Тем более я ожидал чего-то подобного от нее.
— Но как же она теперь… — с жалостью вспоминаю девушку, думая о том, что она потеряла не только возможность видеться с тем, в кого влюблена, но еще и хорошую работу.
— Вы слишком добрая – это не всегда полезно.
— А вы чересчур вспыльчивый и непредсказуемый! — парирую я в ответ и тут же прикусываю язык.
Ожидаю, что мужчина разозлится, но он начинает хохотать.
— А вы мне все больше нравитесь! Еще никто не осмеливался так со мной разговаривать!
Я пожимаю плечами, а Вишневский снова берет меня за руку.
— Тихонова, возвращайся! Обещаю, приставать не буду! Только рабочие отношения! Мне правда комфортно с тобой работать. Если честно, ты первая, кто действительно что-то соображает в работе и старается сделать все качественно.
Мне приятно от такой высокой оценки, но я все же не знаю, можно ли верить Вишневскому. Может, он сегодня извиняется, а завтра снова начнет наезжать.
— Ладно, я согласна. Но только с одним условием.
— О как! Говори! — соглашается Максим Александрович.
— Никаких ночных смен. Я хочу иметь четкий график и установленный объём работ!
— Справедливо, — заявляет Вишневский. — Согласен. В принципе, у меня все так и есть, просто это была небольшая проверочка, — усмехается мужчина, а я вспыхиваю.
— Ничего себе проверочка!
Он пожимает плечами и встает, подавая мне руку.
— Пошли, я отвезу тебя домой.
Встаю и подаю руку мужчине. Мы идем к машине, и я улыбаюсь, садясь в салон.
— А все же не обязательно было устраивать подобную сцену!
— А если бы он переманил тебя в свою фирму? Я не привык терять ценных сотрудников! — Максим Александрович улыбается, но улыбка не выходит веселой.
Мы доезжаем домой, и я выхожу из машины. Мужчина следует за мной и нежно берет мою руку.
— До завтра, Тихонова. 
Оставив легкий поцелуй на тыльной стороне ладони, он возвращается в автомобиль и резко отъезжает, оставляя меня смотреть ему вслед в полной растерянности.
 
Дует прохладный ветерок, приводя меня в чувство, и я со всех ног несусь домой. На пороге меня тут же встречает Нина Михайловна.
— Ой, а вы еще не спите?
— Ты приехала на другой машине. Да и провожал тебя явно не американец! — проигнорировав мой вопрос, выдает женщина.
— Да, это был Вишневский.
— Так я и думала. И что хотел этот тиран? — поджав губы, спрашивает Нина Михайловна.
— На работу звал. Просил вернуться, — пожимаю плечами.
— Даже так? А ты что?
— Согласилась! — улыбаюсь я, а женщина прищуривается:
— Ну, Василиса, решать, конечно, тебе. Но будь с ним осторожна. Ох и непростой это мужчина, ох и непростой! — причитает она.
— Все будет хорошо, Нина Михайловна. — Я быстро чмокаю женщину в щеку и, хихикнув, бегу к себе в комнату.
Настроение взлетает до небес. Неужели я и правда ему нужна?
Скидываю с себя одежду и бегу в душ, напевая песенку. Я уверена, что теперь все будет хорошо! Теперь все наладится!
  
Глава 11
 
Глава 11
Я возвращаюсь в офис и с удивлением обнаруживаю на месте Елены мужчину. Надо же! Вишневский категорично решил проблему влюбленных секретарш?
Захожу в кабинет и глубоко вдыхаю. Надо же, этот кабинет стал мне родным за такое короткое время.
Сажусь за стол, и тут же открывается дверь из кабинета Вишневского и появляется он сам.
— Доброе утро, Василиса. Я рад вас видеть! — добродушно говорит босс, а я его не узнаю.
Он то наглый, то хамит, то давит авторитетом, но чтобы вот так искренне улыбаться и смотреть… Не помню подобного к себе отношения.
— Доброе, Максим Александрович. И я рада, что вернулась.
— Хорошо. У меня к вам просьба. Сделайте вот этот отчет, желательно до обеда, тут немного. — Он кладет папку с бумагами передо мной на стол, уперевшись ладонями по одну сторону от меня.
Чувствую запах его одеколона и дыхание над ухом и замираю, а мужчина продолжает:
— А в обед я зайду за вами, съездим на одну встречу.
— Хорошо, Максим Александрович, я все сделаю.
Он еще раз улыбается и уходит, прикрыв за собой дверь, а я приступаю к работе. 
К обеду, когда я уже почти справилась с отчетом, за мной заходит Вишневский и везет в ресторан. Там нас ждут двое мужчин и тепло приветствуют босса и меня.
Мы присаживаемся, и в ходе разговора я понимаю, что это представители строительной компании. Вишневский хитро улыбается мне и обращается к мужчинам напротив:
— Когда кабинет будет готов? 
— За два дня управимся, Максим Александрович, вы же нас знаете. 
— Знаю, поэтому и обратился. 
— Какую цветовую гамму предпочитает ваша помощница?
— Что? — поднимаю взгляд я, оторвавшись от чашки кофе.
— Я решил сделать ремонт в твоем кабинете. Бирюзово-голубой? Может, что-то более теплое? — как ни в чем не бывало спрашивает Вишневский, а я заторможенно отвечаю:
— Голубой нормально…
— Вот и отлично! — улыбается босс, а я перевожу взгляд с него на мужчин и обратно.
— Но где я буду работать, пока кабинет будут делать?
Мне почему-то кажется, что они не могут сделать такой объём работ всего за два дня, но раз сказали…
— Со мной! — простодушно выдает Максим Александрович, и я давлюсь кофе.
— С вами?!
— Да! А тебя что-то смущает? — поднимает бровь Вишневский, и я мотаю головой.
— Нет, все хорошо…
Два дня в одном кабинете с боссом то еще испытание, но если он обещал не нарушать субординацию и больше не третировать меня, то в целом можно и потерпеть.
Мы возвращаемся в офис, и я наседаю на Максима Александровича:
— Почему вы мне не сказали, куда мы едем?
Тот пожимает плечами и хитро улыбается:
— Вы бы не согласились!
— Не согласилась бы!