Небесный странник (СИ)

² Краситорн или Круциторн (англ. Crucitorn) — техника для преодоления физической боли за пределами нормального порога. Техника давала возможность блокировать собственное сознание от посторонних восприятий. Посредством ментального проникновения можно было как сосредоточиться на другом ощущении, так и повысить болевые ощущения цели.
Иит Кот был одним из самых известных пользователей этой техники.
 Глава 20 
 (с картинками) 
Регион: центральные миры. Сектор, система, планета: Корусант. Храм Джедаев.
Год: 2 РС/32 ДБЯ.
Магистр Йода / Магистр Мейс Винду.
Великий магистр был задумчив более обычного, и для такого состояния у джедая, которому было восемьсот шестьдесят четыре года, были весьма веские причины. И становилось их с каждым днём всё больше и больше, что не могло не беспокоить «учителя учителей».
Как и многие века ранее, от странствующих джедаев со всех концов галактики в Храм постоянно стекались доклады о слухах, подозрительных происшествиях, состоянии дел в наиболее проблемных мирах или же любых более-менее значимых происшествиях в каждом из исследованных секторов. Но в последнее время эти доклады заставляли руководство ордена всё чаще и чаще собираться полным составом для того, чтобы коллегиально постараться найти верный путь. Тот, который позволит самым именитым пользователям Светлой стороны Силы достойно выполнить своё предназначение: обеспечить мир и гармонию в этой жестокой и безжалостной галактике.
Последние годы Тьма стала вновь пятнать Небесную Реку своим присутствием, застилая взор всем способным к предвиденью джедаям. По своему опыту, Йода знал — всё это не к добру. Войны, восстания, беззаконие… Эти и другие ужасные явления были и раньше, будут и позже, но частота конфликтов в настоящем, их ярость, кровопролитность и результаты, а главное назревающий уже тысячу лет новый виток противостояния Света и Тьмы пугали, маленького ростом, но могучего в своих силах и возможностях, Йоду.
«За всё в этой галактике рано или поздно приходится платить. Я видел это уже не раз. Платить за то, что хочешь быть собой. Джедаем быть, а не казаться им», — грустно думал самый известный из ныне живущих джедай, неторопливо идя мелкими шажками и постукивая в такт своей знаменитой клюкой по камням дорожек Зала тысячи фонтанов. — «Остальным галактам ещё труднее. Им приходится платить просто за то, что они живы. Цена, что взимает Сила — всегда страшна, ведь платить приходится судьбой. Своей или же чужой, неотвратимо и зачастую вынужденно. Цена страшна и соразмерна. Но и награда есть, да…».
Йода надеялся, что за все те века, что он провёл, стоя во главе джедаев, и за все те личные усилия, которые он приложил в немалом количестве, чтобы нивелировать урон, привнесённый хранителям мира Руусанской реформой — ему хоть немного удалось стронуть орден в сторону изменений, прогресса и развития, но он, как никто другой понимал, что в текущем своём состоянии весь орден сильно уязвим перед лавиной хаоса, что несёт в себе Тёмная сторона. Многие джедаи противились изменениям, погрязнув в догматах его учителя магистра Фей и не хотели менять что-либо или меняться самим. А если и делали это, то недостаточно быстро, как он считал. Хотя, было бы правильным упомянуть тот факт, что его ученик — Дуку, не раз и не два говорил, что неторопливость уже самого Йоды в решениях и действиях, свойственная всем долгоживущим расам, рано или поздно выйдет им всем боком.
— Стар я стал, ученик мой Дуку, но всё ещё не бесполезен, — отвечал Йода на претензии ученика. — Некоторая неторопливость в поступках порой стоит намного дороже, чем поспешность в решениях.
— И всё же, мастер, я не изменю своего мнения: ордену давным-давно пора отбросить старые догмы и вернуть себе былое величие, — гордо возражал Дуку. — Служа Сенату, мы лишь позорим своих предков, которые сражались за мир в галактике, а никак не за процветание прогнившей до основания Республики.
 
— Не против изменений я, но всему должно быть своё время, ученик. Хорошенько запомни это. В этой галактике всегда будет время разбросать камни и будет время собрать их вновь… Меняться ордену нужно, но не бездумно и не сломя голову.
В Зале тысячи фонтанов было множество мощённых дорожек, проложенных среди водопадов, озёр и прекрасного буйства разнообразной флоры, выращенной умениями джедаев из аграрного корпуса. По ним было приятно неторопливо прогуливаться, но Великий магистр был сосредоточен на последних событиях и новостях, которые принесли с собой два рыцаря — человек Квай-Гон Джинн и тогрута Шаак Ти.
И если в способностях Квай-Гона и его шебутного падавана Кеноби находить на ровном месте проблемы на свои буйные головы Йода не сомневался никогда, то вот как в этот слаженный дуэт столь гармонично вписалась довольно скромная и уравновешенная тогрута — магистр не мог взять в толк до сих пор.
Отправляя Шаак Ти в помощь Джинну, он планировал добиться кардинально противоположного результата. Но, как недавно крайне метко выразился Эйдан Скайуокер — не срослось! Подумать только, своими действиями этой троице в результате простой дипломатической миссии, всего за несколько дней удалось привести Республику к переизбранию нового канцлера, подняв невиданный шторм в кулуарах Сената. Помимо этого, им удалось найти двух неординарных одарённых, один из которых обладал потенциалом в Силе превосходящим все разумные границы, а второй был способен своими действиями сломать о колено любую предсказанную канву событий.
Оба мальчика были образованными и разносторонне развитыми, как подчеркнули в своих докладах оба рыцаря, с устоявшимися взглядами на жизнь и довольно прочными моральными ориентирами. К сожалению Йоды, эти факты были для их принятия скорее минусом, чем плюсом, но Великий магистр не мог не признать того факта, что упускать возможности нахождения Точки Средоточия в их рядах им не следовало. К тому же, все магистры ощутили искреннее желание Энакина влиться в ряды ордена, а вот от Эйдана полное его отсутствие. Скорее даже наоборот, мальчик желал всеми силами оказаться от них как можно дальше.
От размышлений Великого Магистра отвлекло приближение хорошо ощущаемого в Силе Мейса Винду. Во всём ордене его приближение могли почувствовать все более-менее чувствительные к Силе юнлинги. Попробуй не почувствовать такой коктейль эмоций, задавленный могучими скрепами самоконтроля, что постоянно транслировал корун в пространство! Оно и немудрено: великий талант Мейса в фехтовании, который тот пустил на разработку нового, а на деле хорошо забытого старого — стиля Ваапада, требовал от него постоянного баланса между Тьмой и Светом. Именно этот баланс сместил некогда уравновешенного магистра Винду в сторону более эмоционального, а временами и даже немного вспыльчивого, язвительного характера.
Как бы там ни было, но коруну, на зависть многим, удавалось оставаться вторым, после самого Йоды, лицом всего ордена. Пусть по возрасту он и был младше многих других членов Совета. Добился же этого темнокожий мальчик (для старого магистра его возраст был именно таковым) благодаря персональной силе, а главное мудрости, глубину которой не раз отмечал и сам Великий магистр.
Гданд-мастер, как и немногие посвященные, знал о ещё одной могущественной способности коруна: Мейс мог видеть в Силе точки уязвимости противников. Страшное по своей сути умение, которое всегда выручало коруна на самых сложных миссиях. Но в отличии от немногих посвященных, Йода также знал и об обратной стороне Винду. У мальчика были ярко выраженные наслаждение боем, что являлось потенциально опасным явлением для любого другого джедая, ведущим его на Тёмную сторону, а так же излишняя гордость, самоуверенность, избыточный прагматизм и дерзость. Впрочем, пока эти его черты лишь подчёркивали статус самого ярого приверженца догм ордена.