Небесный странник (СИ)

* * *
Регион: центральные миры. Сектор, система, планета: Корусант. Храм Джедаев. Зал Высшего Совета. То же время.
Год: 2 РС/32 ДБЯ.
Квай-Гон Джинн/Оби-Ван Кеноби/Шаак Ти/магистры.
Последние сутки Квай-Гона не оставляли предчувствия грядущей волны необратимых изменений в полотне его бытия джедаем. Что-то изменилось и опытный мастер-джедай даже догадывался что именно. Как догадывался и о том, с чем это изменение было связанно — двое необычных одарённых, что они привезли с собой на Корусант с далёкой пустынной планеты внешнего кольца.
Проводя всё своё свободное время в медитациях и анализе событий, произошедших на далёком Татуине, Джинн довольно быстро понял — вот оно! Вот то самое, начальное событие, что изменит всё и всех в этой галактике. Изменит его судьбу, изменит его путь и даст столь долгожданный толчок в личном развитии, которого так не хватало мастеру. Квай-Гон чувствовал, что оно изменит не только его, но и мастера Шаак Ти, и его падавана, а также всех разумных, населяющих галактику.
Оба брата-близнеца вызывали любопытство джедая: кто же они такие на самом деле? Действительно ли они с мастером Ти нашли на Татуине в лице юного Энакина Точку Сосредоточения Великой Силы? Почему от Эйдана просто фонтанировало в пространство Светом одновременно с Тьмой? Почему от него же чувствовался не меньший потенциал, чем от первого близнеца, хотя количество мидихлореан у него едва-едва дотягивало до средне статического рыцаря? Что всё это значило? Эти и ещё куча других вопросов в отношении обоих мальчиков постоянно крутились в голове мужчины. Но, помимо них, Джинна также не оставляли тревоги о встрече с их вроде как давно почившим врагом — ситхом.
Всё это требовало дополнительного осмысления, но, к его сожалению, времени на то, чтобы выработать максимально действенный план, у мастера не было. И он решился, как и неоднократно делал ранее, положиться на Великую. Как недавно сказала призрак его почившей любови:
— Сила всегда вела тебя, Квай-Гон. Доверься Великой.
Что ж, если Её воля требовала от него этого, то противится ей он был не вправе. О том, как Сила может покарать разумного, Джинн знал не понаслышке.
Заходя в круглый и просторный Зал Совета, мастер-джедай неожиданно почувствовал в Силе нарастающее предвкушение близнецов из-за закрывшихся дверей. Это ощущение вызвало на его лице ухмылку. Видимо Эйдан сумел понять его скрытый посыл и готовил очередную шалость.
«Ну и пусть. Этому месту давно требуется такого рода встряска», — подумал мужчина, вновь оглядывая собравшихся в помещении разумных. Мысль эта посетила его сразу после того, как он и его спутники почтительно поклонись неожиданно почти полному составу Совета.
(текущий состав Совета)
Джинн был тут уже не первый и даже не сотый раз. Каждое его прошлое задание требовало немедленного доклада Совету. Текущая миссия исключением не являлась. Как и ранее, его и компанию встретили разнообразные взгляды. Кто-то из магистров, как его старый друг Пло-Кун и ещё парочка, встретили его довольно тепло, а кто-то, как корун Мейс Винду со своей бывшей ученицей чалактианкой Депой Биллабой и поддерживающие их консервативные взгляды на политику и жизнь ордена, настороженно-отчуждённо, и лишь Великий Магистр Йода смотрел на него всё так же добро, с небольшой понимающей хитринкой в зелёных глазах. Всё это он уловил в Силе практически мгновенно. Впрочем, такой приём не стал чем-то неожиданным для опытного и повидавшего многое мужчины. Лишь его падаван сверкал в ощущениях жёстким протестом такому отношению к своему мастеру. Сам же Квай-Гон на это взирал с философским спокойствием и даже каким-то безразличием. Прошло то время, когда чужое мнение довлело над ним.
 
(Джинн и Кеноби)
Так-то его уже не раз и не два приглашали в состав совета, но Джинн непреклонно отказывался от такой «чести». Для этого, на первый взгляд нелогичного, решения у него были свои причины. Главное из них было заключено в том, что остальные магистры явно и недвусмысленно намекнули Джинну, что его готовы взять в состав Совета лишь временно. И то, только в том случае, если он откажется от пропаганды своих бунтарских, несвоевременных предложений по изменениям в ордене и от своего виденья ученья джедаев в вопросах восприятия Силы как разумной и всемогущей сущности.
Для понимания всей абсурдности и если уж быть совсем честным с самим собой, унизительности предложения, нужно было хоть немного разбираться во внутренней кухне руководства ордена джедаев. Совет, как и любое управляющее образование в абсолютно любой более-менее крупной организации, делился на фракции. Проблема была в том, что текущий состав совета был в массе своей — консерваторами. Они до последнего цеплялись за устои, что привнесла своим «руководством» давно почившая магистр Фей. За те самые устои, которые в текущих условиях, по его мнению, зачастую лишь тянули орден в пропасть стагнации.
В нынешнем составе Совета не было единства и, как и говорилось ранее, он был раздроблен во взглядах на консерваторов, редких регрессоров и массовки. Связано это было с тем, что пять из двенадцати членов Высшего Совета избирались на пожизненный срок, четверо — на длительный, трое — на ограниченный. Последние играли роль массовки, а первые две группы и делились на консерваторов и прогрессоров. Ну и нельзя было забывать о Великом Магистре Йоде, который вот уже которое столетие вёл их орден к лучшему будущему. К чести маленького Учителя-учителей можно было сказать, что он был скорее прогрессором, нежели консерватором. На протяжении всего своего бессменного правления, он довольно сильно смягчил многие постулаты и догмы, которые его мастер, Магистр Фей, внесла в орден во время и после подписания Руусанской реформы.
На текущий момент, Совет Магистров включал в себя следующих джедаев: коруна Мейса Винду (пожизненное место в Совете), Йоду (пожизненное место в совете), церианина Ки-Ади-Мунди (временное место в совете), икточи Сэси Тийна (долговременное место в совете), Йаддль (временное место в совете), ланника Эвена Пиелла (долговременное место в совете), тисспианца Оппо Ранцизиса (пожизненное место в совете), толотианка Ади Галлия (временное), квермианеца Йараэль Пуфа (пожизненное), забрака Иита Кота (долговременное), чалактанку Депу Биллабу (долговременное) и кел-дора Пло Куна (пожизненно).
Джинн знал каждого из присутствующих в Зале. Все эти джедаи были крайне могущественными одарёнными, со своими устоявшимися взглядами на учение джедаев. Все они, кроме Мейса Винду и его бывшей ученицы Биллабы, у которых владение Ваападом сказалось на балансе, были ярыми приверженцами Светлой стороны Силы. Помимо этого, каждый из присутствующих членов совета были довольно опытными руководителями того или иного корпуса джедаев. Власть и возможности лишь с виду не давили на них, но даже его друг Пло Кун признавал своё более высокое положение над остальными джедаями и довольно часто пользовался этим самым положением. Остальные магистры в этом вопросе не отставали от кел-дора.
«Эх-х-х, а ведь всего-то и надо…», — додумать мысль Квай-Гону не дала его спутница на этой миссии.
Тогрута решилась взять первое слово в их совместном докладе, видя его задумчивое лицо. Сделала она это крайне своевременно, ведь именно сейчас действительно было не место и не время для размышлений о проблемах в ордене.
— Уважаемы магистры, мы на текущий момент… — начала говорить женщина, привлекая к себе всё внимание членов Совета.