После 2050 (СИ)

— Ну что ж, смертный! — начал я величественно. — Кстати, а как тебя по имени? — спросил я уже тихо и мягко.
— Аппендолос, — также тихо и мягко ответил главный стражник.
— Ну что ж, Аппендолос! — продолжил я опять величественно. — Веди нас к Афродите и Аресу.
— Повинуюсь каждому твоему слову, о Гефест, царь огня! — воскликнул Аппендолос, после чего шепнул второму стражнику: «Быстро лети в Акрополь и сообщи там обо всём, что здесь видел».
Главный стражник показал рукой жест позади стоявшим коллегам, и те открыли ворота в город. Как только мы вошли, нас пригласили устроиться по двое в трёх колесницах, в которых уже находились управляющие ими возничие. Мы устроились у бортов колесниц, после чего резвые скакуны стремглав понесли нас по городу. В самой колеснице ни Кэти-Афина, ни я совсем не чувствовали себя богами — от скачков и резких поворотов нас бросало из стороны в сторону, отчего образ нашего величия выглядел уже не так убедительно. С остальными происходило то же самое, когда я оглянулся посмотреть на другие экипажи нашего кортежа.
Вдоль дороги находилось множество построек, которые утопали в зелени и цветах. Люди в белых, но слегка грязноватых одеяниях, с вышитыми на них цветными узорами в виде крестиков и плавно извивающихся линий, занимались возле своих домов различными делами, а когда замечали нас, то замирали и смотрели с большим любопытством.
Наши колесницы подкатили к высокому храму с мощными колоннами. На ступенях перед храмом уже стояла небольшая группа людей, вероятно, встречающих нас. Среди них я узнал Изабель и Майка, одетых в чистые белые хитоны. Изабель помахала нам рукой и подмигнула, а Майк кивнул — и это означало, что всё в порядке, и можем продолжать действовать согласно легенде. Рядом с ними стоял мужчина лет пятидесяти в пёстром шёлковом хитоне и накидкой оранжевого цвета, а позади него находились четыре человека одетые заметно проще. Спустившись со ступеней, они подошли к нам, а четыре стоявших позади человека упали на колени и поклонились. Мужчина в пёстром хитоне только наклонил голову и немного ссутулил спину, а Изабель и Майк стояли ровно, что само собой разумелось.
— Приветствую вас, о боги! — обратился к нам мужчина в пёстром. — Я Пифодел — архонт и правитель Афин. Мой народ благодарен богам Олимпа за то, что удостоили честью спуститься с небес именно в наш город.
— Я Гефест — владыка огня. По левую руку от меня — Афина — мать города вашего, а также Дионис и Деметра. По правую руку — Аполлон и Артемида, — начал я с уже заученной фразы. — Твои слова приятны нам, Пифодел, — продолжил я степенным тоном. — Мы рады, что смертные помнят и любят нас. Но, спускаясь с небес в этот мир, мы порядком подустали и желали бы уединиться для отдыха с нашими братьями и сёстрами, а уже после мы сможем предоставить тебе аудиенцию.
— С превеликим удовольствием! — воскликнул архонт Пифодел. — Я лично проведу вас в прекрасные палаты, где вы восполните вашу божественную энергию.
— Веди нас, архонт! — сказал я повелительным тоном.
Нас привели в великолепные палаты с большими ложами для отдыха. Это помещение выглядело довольно просторным и светлым. По периметру помещения была развешена шёлковая материя, которая колыхалась от лёгкого тёплого ветерка. Возле лож находилось по несколько больших блюд с изысканными яствами, а также стояли кувшины с жидкостью, вероятно с вином и водой. Во всех углах располагались скульптуры мужчин и женщин, тела которых, если не считать ожерелий с драгоценными камнями, ни чем не были прикрыты.
— Располагайтесь, отдыхайте, всё к вашим услугам. А вечером я устрою пир в честь снисхождения богов, а также буду иметь честь познакомить наших достопочтенных гостей с удивительным афинским философом-естествоиспытателем, — сказал спокойным голосом Пифодел.
— Мы дадим знать о нашем желании для встречи! — строго воскликнул я.
Пифодел отступил на шаг назад и начал раскланиваться, потом обернулся и вышел из палат.
— Как вы думаете, здесь есть подслушивающие устройства? — спросил Бен на родном языке.
 
— Подождите. Ничего не говорите, — сказал я своим друзьям. — Принесите нам пергамента несколько дюжин листов и…и чернила! Есть у вас чернила уже?! — крикнул я в сторону входа, сомневаясь, что чернила в этом времени уже существуют.
Через минуту нам принесли то, что я просил и даже чернила, которые были больше похожи на густое вино, по цвету напоминающее венозную кровь.
— Какие там подслушивающие устройства в Древнем Мире, Бен? Плохо в школе учился? — полушёпотом вспылил Махмуд.
— Ну мы же не уверены на сто процентов, что находимся в древности нашей планеты. Поэтому я и допускаю некоторые отклонения. Ведь почему-то все наши вещи и технологии уничтожила здесь какая-то сила, — ответил Бен.
— Устройств, может быть, и не было, а вот шпионы были под каждым кустом и за каждой колонной, поэтому, господа «олимпийцы», берите вот эти деревянные палочки, макайте их в чернила и пишите свои мысли на пергаменте, — предложил я.
«Как всё прошло?» — написал я на пергаменте, после чего показал Изабель и Майку.
«Сначала мне было страшно, а потом расслабилась, когда увидела, как на нас здесь реагируют. При некоторых сомнениях элиты местного общества о нашем «божественном» происхождении я решила показать один фокус, который поверг местных в шок, и тогда нам точно поверили», — написала Изабель.
«Какой фокус?» — написал я на пергаменте.
«Вытянула пять золотых монет из-за уха этого главного — Пифодела».
«А где ты взяла монеты?» — написал Бен.
«Майк вытянул у одного из сопровождающих, когда мы проходили в неосвещённом коридоре храма», — написала Изабель.
«Но зачем ты залез к нему в карман, Майк? Это же не благородно для боевого офицера», — написала Кэти.
«Притворяться древнегреческим богом тоже неблагородно, но чего не сделаешь ради достижения результата. Я предвидел то, что свои «божественные силы» ещё придётся доказывать», — ответил Майк.
«Молодец! Стратег!» — написал Махмуд о Майке.
 «Говард, мы реально попали в прошлое нашей планеты?» — написала Кэти.
«Я предполагаю, что нас занесло в другую реальность Земли, где до вчерашнего дня всё развивалось по тому же сценарию, что и на Земле нашей реальности. И, вероятно, теперь наше присутствие здесь изменит хронологию событий. Конечно, для этого времени почти незаметно, но с годами будет существенно изменяться вплоть до полной неузнаваемости мира», — ответил я.
«Ну ты и загнул, Говард. Голова кругом», — написала Мишель
«Простите за нескромный вопрос. Где здесь уборная?» — написал Махмуд.
Все захихикали.
«Возле каждой палаты есть небольшое помещение, при входе в которое стоит опознавательный знак, что это уборная. Знак в виде статуи Аполлона», — написал Майк.
«Аполлон, для естественных потребностей ориентируйся на статую, посвящённую тебе же», — написала Янь для Махмуда.
Опять все захихикали, а Махмуд, переваливаясь с ноги на ногу, пошёл искать уборную.
«А что же случилось с нашими вещами? Почему они исчезли?» — написала Изабель.
«Похоже, что из-за конфликта времён или же измерений. Это место не принимает наших технологий. Из-за этого какая-то «сила», неподвластная нашему разумению, постепенно уничтожила все неорганические материалы, связанные с нами», — ответил я.
«А наши тела остались неповреждёнными», — написала Изабель.
«Да. Видимо, эта «сила» посчитала наш генетический код соответствующим генетическому коду местных жителей. Поэтому мы и остались живы», — написал я.
«Что будем дальше делать?», «Как мы вернёмся на корабль?», «Если останемся здесь, каким образом к нам прибудут остальные?» — Бен, Изабель и Янь одновременно показали свои пергаменты с вопросами.
 
«Давайте для начала разберёмся, что к чему, и потом уже составим план дальнейших действий. Осмотримся здесь. Ведь мы-то планируем переселение десяти миллиардов человек с нашей Земли. А примут ли их те несколько сот миллионов людей, которые уже проживают на этой планете? Как найти точки соприкосновения между группами людей из разного времени? И вообще, насколько идентична эта планета нашей Земле? Короче, это всё глобальные вопросы, и мы до них ещё дойдём. Начнём с наблюдений за местностью, а также поищем пути возврата на корабль», — наконец отписал я.